на грудной пластине выходца из аниме. Не прошло! И я довольствуюсь половинчатым решением, отрубая тянущемуся подобрать свой меч роботу вторую руку по плечо.
– Иди сюда… – характерным движением вакидзаси приглашаю последнего андроида к атаке. – Я и тебе крылышки подрежу.
Понял он меня или нет – не важно, так как промолчи я, эффект был бы тем же самым, робот пошёл в атаку, вращая своим мечом будто вентилятором. Идиотская техника против знающего, с какой стороны браться за шпагу. Такое отпугнёт только новичка, не слышавшего об атахо и вообще не имеющего представления о слабых сторонах каждой доли клинка. Лёгкий удар по первой зоне отклонит лезвие на миллиметры, а такой же по силе выпад, но пришедшийся по шестой части вражеского клинка, уведёт его с запланированной траектории безвозвратно. Да и быстрые веерообразные вращения только выглядят грозно и впечатляюще, на самом же деле они, прикрывая тело и вроде как подготавливая атаку, открывают ту самую кисть, которая и является слабым звеном в этой технике.
Самым оптимальным было бы дождаться атаки и подловить контрвыпадом, но, судя по тому, что я увидел краем глаза, у оставленной мной пары рейгов дела идут самым плачевным образом, и если хочу им помочь, то нужно торопиться.
Против человека я бы не стал ничего выдумывать, просто секущим ударом на максимальной дистанции отрубил бы пальцы, и дело с концами. Но ладони АББ также бронированы, и это не пройдёт, мне нужно раскрыть его кистевой шарнир, а не просто лупить по фантастической защите. Выпад «Слова» один на три, и силовой меч андроида на следующем вращении идёт чуть более широко, оказываясь в зоне, доступной «Чистоте». Подбиваю вакидзаси лезвие АББ, в результате чего тому приходится сделать кистевое движение, чтобы не провалиться, открыв для моего поражения свой визор. Но моя цель – не его голова, своим движением он раскрывает сочленение для атаки, и она не заставляет себя ждать. Повторять своей прошлой ошибки и тратить время на попытки добить робота я не собираюсь, и когда следом за правой кистью на асфальт автостоянки падает и отрубленная по локоть левая рука андроида, тут же прыжком ухожу на помощь.
Поражённый в визор АББ продолжает, тыкаясь в машины и фонари, искать свой меч. А вот два остальных пробуют мне помешать, задержать, толкаясь и пытаясь дотянуться хотя бы ногами, но их удары столь же невесомы, как удар подушкой пятилетнего ребёнка. В реальности, пропусти я хоть один такой, тут же бы свалился с многочисленными переломами, но в Изломе свои правила, и простое физическое воздействие, направленное на проекцию, работает от силы на одну сотую.
Даже не отмахиваюсь от них, чтобы не тратить время, потому как у оставленной мной пары дела идут из рук вон плохо. Первого из своих роботов они всё же добили совместными усилиями, зато второй, поняв, какую угрозу представляет оружие рейгов, сменил тактику и перешёл на более защитную программу. Судя по всему, как ни тупы эти железяки, но что-то способны соображать. К тому же эта пара Рыцарей владели своими мечами ещё хуже, чем андроиды, вот и результат, один единственный АББ гонял их, как хотел, уже сняв с обоих больше половины энергии. Если так пойдёт дальше, то он в одиночку с ними справится, и это не займёт много времени, потому как рейги явно начали паниковать. Их движения стали более спонтанными и резкими, они уже не пробовали атаковать, а скорее отмахивались, пытаясь удержать робота на расстоянии.
Моя атака со спины была для этого андроида столь же неожиданна, сколь и фатальна. Вначале хотел с прыжка отрубить ему голову, перерубив шейный шарнир, со спины тот был более-менее доступен, но вспомнил, что АББ может сражаться и без головы, и как бы он, что называется, «из последних сил», не натворил бед, бешено размахивая своим оружием куда попало. Поэтому сперва «Слово» отрубает руку ему по плечо, а уже затем, на долю секунды позже, «Чистота» перерубает и шейный отдел.
– Добейте! – кричу застывшей в небольшом шоке от столь быстрой развязки паре.
Сам же оборачиваюсь и встречаю преследовавших меня покалеченных роботов и в четыре движения отрубаю им ноги.
– И этих тоже! – у меня нет времени возиться и добивать эти бронированные туши своей шпагой, так как из тумана на нас вылетает ещё тройка андроидов.
Не став смотреть, поняли меня рейги или нет, встречаю атакой новых врагов. С первым мы сталкиваемся в воздухе, в прыжке друг на друга. Теперь, когда я знаю об их уязвимости, эти враги для меня не более чем нелепые игрушки, управляемые неумелым кукловодом. АББ и я сталкиваемся и тут же разлетаемся, с той лишь разницей, что я-то цел, а вот у него нет рук.
– Следующий! – ору я во всё горло, не знаю, есть ли в проекции адреналин, но меня с головой затягивает азарт сражения.
Я уже себя почти похоронил и прощался с жизнью! Эти твари меня напугали до колик, и теперь я не собираюсь ни одному из них прощать испытанный мной страх.
Сдвоенная атака андроидов проваливается в пустоту, моё чувство дистанции куда лучше, чем способны просчитать их позитронные мозги. Обтекаю ближайшего, подобно капле росы, что скользит по листку осоки. И прежде чем он успевает уйти в боковом прыжке, лезвие «Слова» чертит свою строку по его сочленениям, а «Чистота» ставит точку в этом предложении, впиваясь в левый плечевой шарнир, чтобы и эта тварь не кинулась поднимать потерянный клинок.
Пара оставленных за спиной рейгов, видимо, испытывали чувства, близкие к моим, потому как добивали роботов просто с остервенением, нарезая их буквально на части.
– И этого на фарш!!! – вновь кричу, подкидывая им новую работу.
На последнем АББ я сам уже «отрываюсь», медленно и методично, сперва отрубаю ему кисти, затем локти, потом вообще лишая рук. Я знаю, что робот не способен чувствовать, но мне как-то становится легче от этого избиения. Понимаю, что это детство, но ничего с собой поделать не могу и успокаиваюсь, только когда под моими ногами остаётся дёргающееся в конвульсиях тело робота. Тело без рук, ног и головы…
– Вот это мастер! – слышу возглас за спиной.
Добив последнего робота, гоплит стоит, оперевшись на свой дадао, и с непередаваемым восхищением в глазах смотрит на меня. Взгляд славянина почти такой же.
– Я не мастер… – отрицательно мотаю головой.
Вижу, как их глаза становятся больше смотровых щелей их шлемов, и добавляю:
– Я маэстро!
Пнув изуродованный корпус робота, почувствовал, как тиски напряжения наконец-то ослабевают.
