Читаем без скачивания Дикая орда - Джон Робертс

Мансур как-то упустил из виду, что большинство героев баллад заканчивают свой путь в могиле. Причем явно раньше срока.

ГЛАВА 10

Конан достиг ставки кагана после полудня, когда солнце уже миновало зенит и на землю легли длинные тени от закрепленных на шестах человеческих черепов и конских хвостов. День выдался тяжелым. Каган поручил киммерийцу оценить, насколько надежна осада, велика ли надежда на успех, и расследовать случившиеся несчастные происшествия. Как человек, не принадлежащий ни к одному клану, Конан лучше других мог рассудить спорящих между собой воинов из разных племен.

В помощь ему разрешено было взять образованного пленника. Тот должен был разъяснить ему устройство городских укреплений; Конан также воспользовался случаем, чтобы усовершенствовать свои познания в местном наречии. Для таких, как он странников легкость в освоении языков - немалое преимущество.

Конан спешился, отдал поводья слуге и прошел в шатер. Каган был окружен старшими командирами. Он как будто не заметил киммерийца, но Конан знал, что Бартатуя не упускает ничего, что происходит рядом с ним. Перед каганом стояла модель города, изготовленная искусным пленником; здесь были и городские стены, и постройки внутри них.

- Конан, - спросил Бартатуя, закончив другие разговоры, - как обстоит дело с постройкой осадных машин?

- Плохо, - ответил Конан. - На всей согарийской территории не найти настоящего леса. Деревья есть только во фруктовых садах - плодовые деревья, орех, оливы и так далее. Деревья небольшие, и древесина по большей части для дела непригодна - плодовые деревья слишком мягкие, а оливковое дерево хоть и твердое, но такое жирное, что достаточно нескольких зажженных стрел - и вся наша осадная башня превратится в столб огня. Да и потом, если мы вырубим плодовые сады, это разорит город.

- А нам какая забота, что они там в городе загнутся? - спросил надменный военачальник с лицом, сплошь покрытым татуировкой в виде сплетающихся змей.

- Это разорит город, принадлежащий кагану, - ответил Конан, пристально посмотрев гирканийцу в глаза. Тот отвернулся, что-то бормоча под нос.

- Для того чтобы укрепить подкопы, это дерево тоже плохо подходит, продолжал Конан. - А камни мы тоже использовать не можем - все постройки, выходящие в степь, из глиняных кирпичей. Настоящие обтесанные камни есть только внутри города. Тараны не сделать по той же причине - нет хорошего дерева.

- Я не знал, что для осады так важно дерево! - сердито сказал каган. Что же ты предлагаешь, киммериец?

- Есть три возможных пути, - сказал Конан. - Первый - каменный таран. Рядом с городом есть карьеры. Необтесанных камней там с избытком. Под прикрытием из ивовых прутьев можно соорудить таран высотой с сами стены. А потом все войско разом идет на штурм... Это верная победа, но слишком медленная и трудная, и притом много рабов погибнет.

Бартатуя небрежно махнул рукой:

- Ну, это неважно. Рабов у нас много. Еще что?

- Можно построить лестницы. На это дерева хватит. Хотя без осадных башен могут быть большие потери... Это самый опасный способ штурмовать укрепленный город, особенно когда стены такие высокие. Третий путь - сидеть здесь и ничего не предпринимать. Голод и заразные болезни заставят горожан сдаться. Только вот потом зараза может перекинуться на нас!

- Ты забыл о четвертом пути, - возразил каган. - Можно найти предателя в городе, и он откроет нам ворота.

Конан мог предположить, что об этом зайдет речь.

- Это не по моей части, каган. Если у тебя есть в городе свои люди, которые готовы проделать это, - замечательно. Но вот в чем беда: согарийские ворота сейчас заложены камнем, оставлены только маленькие проходы. Через них все равно много воинов не пройдет.

Бартатуе не хотелось больше терять время на разговоры.

- Ну так построим таран. - Он повернулся к стоявшему рядом невысокому человеку. Конан узнал его - это был кхитаец, с которым он познакомился в караване по пути в Согарию. Тот был представлен Конану как строительный инженер и направлен в его распоряжение для осадных работ.

- Сможешь построить? - спросил его каган.

- Покажите мне карьеры и дайте рабов, - сказал кхитаец, - тогда построю.

- Ну так дело сделано, - ответил Бартатуя. - Остается вот что... - Он повернулся к киммерийцу: - Эти два парня, которых сегодня нашли мертвыми, что скажешь об этом, Конан?

- Их убил гонец, выехавший из города прошлой ночью, - ответил Конан. У тел их найдены следы от копыт, укутанных в солому. Тот, кто убил их, отменно владеет мечом. Ударил так, как и мне было бы не стыдно. Его следы идут по сухому руслу и дальше на северо-запад. Точно неизвестно, куда он направляется, так что преследовать его смысла нет.

- Отлично, - сказал Бартатуя. - Все равно ему некуда будет возвращаться, если твои люди как следует поработают. Еще новости есть?

- Одна довольно странная, - ответил Конан. - Мой полусотник, козак Рустуф, был в дозоре на северо-западе. Он нашел след от по меньшей мере тысячи конников. Судя по всему, они вышли за день или за два до того, как мы окружили Согарию. Скорее всего они идут в пустынную местность, называемую Голодной Степью.

Конан поразился впечатлению, которое произвели его слова на некоторых из присутствующих военачальников. Он заметил, что все, кого так поразило это сообщение, принадлежали к одному с Бартатуей племени, к ашкузам.

- Голодная Степь! - закричал от неожиданности один из них, - Ведь это...

- Обсудим позже. - с ледяным взглядом оборвал его Бартатуя.

"Интересно, - подумал Конан, - что бы все это могло значить? "

- Все уходите, - прибавил каган, - кроме киммерийца. Распоряжения вы получили.

Остальные вышли из шатра; многие перед уходом кивнули Конану. Он раскланялся в ответ. Зачем ссориться с этими людьми? Они живут кланами, не угодишь одному - наживешь толпу врагов. Уж таковы они, гирканийцы. Что ж, он знавал людей похуже.

- Налей-ка вина, Конан, - сказал каган.

Конан наполнил две чаши из позолоченного кувшина и подал одну своему повелителю. Каган глотнул вина и произнес:

- Ты говорил мне, что Киммерия - страна каменных гор, Конан?

- Так и есть, каган, - ответил тот, не понимая, к чему Бартатуя клонит.

- Думаю, киммерийский парень с детства умеет карабкаться по скалам, или нет?

- Сущая правда. Мне частенько приходилось карабкаться по отвесным скалам - когда разорял птичьи гнезда или овцу охромевшую искал... Или когда шли в засаду на волчье логово.

- Великолепно, - ответил Бартатуя. - Я хочу, чтобы ты сегодня забрался на стены Согарии и посмотрел, что там внутри происходит.

Он должен был знать! Это в духе кагана - осыпать человека милостями, а потом послать на верную смерть. У любого гирканийца найдутся родственники, соплеменники, которые возмутятся, если с ним так обойдутся, а за чужака кто заступится? Он не спорил.