Долин посмотрела вверх и увидела быстро приближающийся потолок пещеры, к которому «Ходок» грозился катапультировать ее. Ей надо как-то остановить машину – и не успела она до конца сформулировать мысль, как «Ходок» прекратил свое движение.
– Функционирует! – закричала она. – И даже лучше чем наши сенсорные шлемы. Мы можем еще кое-чему поучиться у этой техники. Эта штуковина мгновенно выполняет все мои мысленные команды.
– Тогда будь поосторожнее! – предостерег ее Дэлвар. – Не хватало только, чтобы ты по ошибке заставила «Ходока» расшибиться о стену.
– Вниз! – подумала Долин. И «Ходок» медленно опустился, кабина остановилась совсем низко над землей, а ноги вновь сложились под ней.
– Чего вы еще ждете? – закричала она. – Залезайте наконец.
– Вперед, зададим им жару! – заорал Маккена. Он уселся между Долин и ускорителем плазменной пушки, так как в кабине «Ходока» место было только для одного. Дэлвар поступил так же, усевшись между кабиной и плазменной пушкой справа от Долин.
Долин не удалось открыть большие ворота в боковой стене пещеры, зато она воспользовалась возможностью, чтобы опробовать огневую мощь «Ходока». Результат ее приятно поразил – уже первым залпом она до основания разрушила тяжелые бронированные ворота.
Они не знали, как далеко йойодины проникли в станцию. По крайней мере, до них они еще не добрались. Автоматические защитные системы фагонов, видимо, оказались более эффективными, чем это им показалось вначале. Тем большее облегчение почувствовала Долин от того, что им не пришлось сражаться против них.
Правда, она все еще не знала, какому счастливому обстоятельству они обязаны, что их допустили в станцию, но по всей видимости, это была единственная причина, почему они все еще были живы.
С того момента, как она освоила «Ходока», уважение Долин к фагонам еще больше выросло.
Что бы ни говорили об отсталой технологии фагонов, «Ходок» был совершенной конструкцией, вполне сравнимой с соответствующими разработками кибертеков.
По большой дуге Долин обогнула ту часть горы, в которой была спрятана станция. Выйдя на дорогу, она вновь приблизилась к главному входу. Перед ним стояли две платформы на воздушной подушке, на которых прибыли йойодины. Они были вооружены тяжелыми пушками, в данный момент там была только дежурная команда, так как все остальные йойодины принимали участие в штурме станции.
До сих пор никто еще не заметил «Ходока». Долин немного опустила кабину, чтобы Дэлвар и Маккена смогли спрыгнуть с нее на землю.
– Подними защитный экран и покажи им, где раки зимуют! – крикнул Дэлвар и ободряюще улыбнулся ей, прежде чем вместе с Маккеной укрыться за скалой.
Долин включила отражательный экран и двинулась вперед. При этом кабину она не поднимала, чтобы до последнего поворота дороги оставаться под защитой скал, скрывающих ее от йойодинов.
Эти две платформы имели тяжелое дальнобойное вооружение и были крепким орешком даже для «Ходока». Очевидно, йойодины еще не заметили ее, так как орудийные башни были направлены на вход в станцию, как будто они ожидали оттуда внезапного нападения.
Это давало ей шанс – она должна была постараться вывести из строя хотя бы одну из платформ, прежде чем они смогут ответить на нападение.
Долин приблизилась к повороту. Пока «Ходок» крался вперед с низко опущенной кабиной, Долин не могла видеть, что делается за поворотом, так же как и йойодины не видели ее.
Ее рука медленно потянулась к спуску плазменной пушки.
Это оружие было особенно эффективным на дистанции до двадцати пяти метров. В шаге от поворота Долин подняла «Ходока» во весь его рост.
Когда огромная машина вынырнула на гребне холма, обе платформы находились всего лишь в нескольких метрах от нее. Как Долин и предполагала, их командам понадобилось какое-то время, чтобы преодолеть свое удивление – эти секунды замешательства обрекли одну из платформ на, гибель: плазменная пушка взревела и прямой наводкой поразила орудийную башню. Платформа перевернулась и, объятая пламенем, упала на землю.
Долин развернула «Ходока» влево, чтобы взять на мушку вторую платформу, но ее пилот успел стартовать. С максимальным ускорением платформа помчалась назад, прямо на «Ходока». Машина на воздушной подушке движется низко над землей и при этом только по относительно ровной поверхности. Поэтому платформа не могла свернуть с дороги. Она промчалась в каком-то полуметре от «Ходока» и сразу же открыла огонь, для чего ей даже не понадобилось поворачивать орудийную башню.
Залп пробил защитный экран и задел левую ногу «Ходока». От этого попадания Долин сильно тряхнуло в кресле пилота, и на какое-то мгновение ей показалось, что «Ходок» вот-вот опрокинется назад, но он устоял.
На табло индикации повреждений она увидела, что перебит гиромобилизатор – машина еще могла двигаться, но ее маневренность значительно уменьшилась.
Только когда платформа почти уже вышла из зоны обстрела, Долин удалось развернуть «Ходока» и дать еще один залп. Платформу сильно затрясло, и она чуть не врезалась в скалу, но пилоту удалось справиться с управлением. Клубы дыма повалили из орудийной башни.
Платформа не могла больше защищаться, но все еще могла маневрировать.
Радость от мнимой победы улетучилась, как только платформа помчалась на «Ходока» и Долин поняла, что собирался сделать пилот.
Он собирался ее таранить! Долин чертыхнулась. Проклятый кодекс чести предписывал йойодинам скорее погибнуть, чем сдаться в безвыходной ситуации, и вот она и ее «Ходок» были мишенью такой атаки камикадзе. На поврежденном «Ходоке» она не могла увернуться, и ей осталось лишь одно – стоять на месте и стрелять.
Долин изо всех сил нажала на спуск плазменной пушки и не отпускала его.
Пушка взревела, за несколько секунд жара в кабине стала просто невыносимой. Струя раскаленных газов закрыла ей видимость. Долин могла только молиться, чтобы ее выстрел попал в платформу до того, как та собьет ее. Из-за струи огня и клубов дыма вновь показалась платформа. Видимо, Долин еще раз попала в нее, так как она горела еще сильнее, однако это не мешало ей продолжать двигаться, хотя и с меньшей скоростью Долин попыталась сделать шаг в сторону, не прекращая вести огонь по платформе.
Но «Ходок» перемещался слишком медленно – она не успеет! Долин сняла руку с управления плазменной пушкой и расстегнула свой ремень. Когда платформа в тридцати метрах от нее, как огненный шар, ударилась о землю, Долин выпрыгнула из кабины. Ударившись правым плечом о землю, она перекатилась на бок. Ее лицо исказила гримаса боли.
Когда она, спотыкаясь, поднялась на ноги, то увидела, что горящие обломки платформы продолжают по инерции двигаться по дороге в ее сторону.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
