обе стороны, - напомнила ему Лиза. – Мне тем более нечего терять, я готова на всё, чтобы от тебя избавиться! Это раз. А ещё в завещании сказано, что мы должны жить в дедушкином доме. Это два! Если, конечно, ты не хочешь дать благотворителям повод забрать холдинг. Видел того неприметного мужичка, что сидел с краю и всю дорогу молчал? Думаешь, это сотрудник ЮрисПрофи? Не угадал – это представитель тех организаций, которые получат всё, если мы не выполним условия завещания. Уж поверь, они будут следить за нами очень внимательно! И это три!
- Там не сказано, что мы обязаны весь год сидеть в Парадиз безвылазно. Вещи перевезли, ночевать ночевали. А потом отправились отдыхать – имеем право! – прошипел Олег, снова надвигаясь. – На любого хитрого юриста найдётся ещё более хитровыделанный, который любое завещание вывернет в нужную мне сторону. Я не отдам холдинг, он мой по праву! Слишком многое я вложил в этот проект, слишком дорого он мне достаётся! Раздевайся сама, тогда я обещаю сделать всё быстро и менее травматично для тебя.
Лиза молча отступила ещё дальше и отрицательно помотала головой.
- Ну что ты ломаешься, как де… Ах да, я и забыл, что ты до сих пор девственница! – с насмешкой воскликнул Левин. – Кому расскажи, со смеху помрут: девке двадцать три, а она до сих пор целочка!
- Ты! – от унижения у неё даже горло перехватило. – Ты…
- Скажешь – для любимого себя берегла? – продолжал смеяться Олег. – Враньё! Просто тебя никто не хотел! И я не хочу, но раз для дела надо, то пересилю себя и сделаю-таки тебя бабой. Ты не так хотела лишиться невинности? Верю, но за это благодари своего деда! Если бы он не начал какую-то непонятную игру, то ничего этого не было бы!
Лиза рефлекторно отшатнулась, пытаясь увеличить между ними расстояние. Но муж успел поймать за руку и, грубо дёрнув к себе, впечатал девушку в своё тело.
- Прекрати ломаться и лучше согласись добром. Я всё равно своё возьму, но только от тебя зависит, как для тебя это пройдёт. Я ведь могу быть как нежным, так и грубым!
- Ты не имеешь права меня принуждать! Вспомни, что тебе грозит за нанесённый мне вред!
- Не будь идиоткой, - теперь он снова шипел. – Что ты продемонстрируешь – царапины и синяки? Фигня вопрос – постельные игры у нас такие, ведь ты любишь пожёстче, а я, как любящий супруг, всегда выполняю твои пожелания. Тем более, если после всего я продержу тебя взаперти с неделю, то потом ты уже никому не докажешь, что была девственницей, и не давала своего согласия на секс.
- Скотина… Какая же ты скотина! – пробормотала Елизавета.
В её голове калейдоскопом метались мысли, лихорадочно выискивая способ спастись.
Взывать к совести Олега смысла не было – у него окончательно сорвало стоп-кран. Но и позволить ему к себе прикоснуться она тоже не могла.
Оставалось одно – она должна заставить Левина играть по её правилам!
Но легко сказать - заставить, а делать-то что?
Кричать? Где гарантия, что соседи не на работе, а дома. И если даже кто-то услышит её вопли, то захочет ли он вмешаться или вызвать полицию? Время сейчас такое, что каждый сам за себя. И мало кому нравится встревать в чужие скандалы: потом сам же и останешься виноватым!
Значит надо привлечь внимание соседей как-то иначе.
«Как?! Думай, Лиза, думай!!!»
- Ну, чего стоим, кого ждём? – лениво произнёс Олег. – Я же всё равно сегодня тебя поимею – смирись! Может быть нам повезёт и ты залетишь с одного раза. Тогда девять месяцев поживёшь королевой и под присмотром, а как родишь, то подпишешь отказную и можешь идти на все четыре стороны.
- Я никогда не откажусь от своего ребёнка, - опрометчиво воскликнула Лиза.
И тут же прикусила язык: «Зачем, дурочка? Не надо его злить ещё больше, пусть лучше думает, что у него всё под контролем, я сломалась. Или вот-вот сдамся…»
- Я решу этот вопрос, - Олег многообещающе улыбнулся и опять приблизился на шаг, оттирая девушку от выхода из комнаты. – Посмотрю, что будет дешевле – признать тебя недееспособной и наркоманкой или организовать пышные похороны по безвременно покинувшей меня любимой жене? Послеродовая депрессия – какая жалость! Такая молодая, жить бы и жить…
Взгляд Лизы заметался по комнате и внезапно наткнулся на массивную, похоже, мраморную пепельницу. Не раздумывая больше, Лиза подскочила к столу, схватила её и с размаха бросила в окно.
Стекло, жалобно звякнув, просыпалось осколками наружу. Через мгновение с улицы донёсся сначала звук удара, а следом истошный ор автомобильной сигнализации.
- С-сука, ты что наделала!? – взвыл несостоявшийся насильник. – Я давно знал, что ты стерва и идиотка, потому что от недотраха не только характер портится, но и мозги плесневеют! Господи, за что мне такое наказание?
Из разбитого окна ощутимо потянуло холодом. Затем внезапно умолкла сигнализация и почти сразу за этим со двора донеслись голоса, быстро перешедшие с цивилизованной речи на многоэтажные выражения.
- Вон окно разбито – женский вопль. – Третий этаж! Оттуда бросили!
- Я знаю, чьи это окна – двадцать восьмая ГЭ! – проорал кто-то следом.
- Затаились, - третий голос.
- Ща выкурим!
Хлопнула дверь подъезда и по лестнице затопали шаги, по меньшей мере, трёх человек.
А через несколько секунд кто-то энергично забарабанил в дверь квартиры.
- С-сука!!! – повторил Левин, торопливо доставая свой сотовый и тыкая в экран пальцем. – Одни неприятности от тебя! Алло, Владимир Всеволодович, срочно, прямо сейчас – Милютинский переулок 20/2, квартира 28 Г. Надо решить одну проблему. Жду.
И, сбросив этот вызов, тут же набрал второго абонента:
- Леонид, собери ребят и в Милютинский переулок, дом 20/2. Две машины – мне нужно кое-кого склонить к миру и вывезти отсюда жену. Да…
Услышав это, Лиза очнулась и схватилась за свой сотовый. Но звонить не стала, боясь привлечь внимание разъярённого мужчины.
Если он отберёт у неё телефон до того, как она успеет попросить о помощи, то ей точно не спастись. Левин, плюс пятеро преданных ему мужиков… Тут без вариантов: скрутят и утащат.
Стараясь делать всё незаметно, она повернулась к супругу полубоком и трясущимися руками набрала СМС:
«Квартира в Милютинском переулке, Дом Лансере. Спаси!!!»
- Что ты там прячешь?
