Путь от двери был один, и вел он вниз. Он был очень длинен, и даже Рубосу скоро стало ясно, что так глубоко под дворец они еще не забирались.
Оказавшись наконец в горизонтальном коридоре, они обнаружили, что ориентироваться в этом подземелье невозможно. На полу и на стенах не было ни одного указывающего знака, а чувство пространства и направления здесь сбивалось несильной, но вкрадчивой и эффективной магией.
Они все больше запутывались в бесчисленных ходах, переходах, ответвлениях и поворотах. Скоро Лотару стало казаться, что этот лабиринт представляет собой просто огромный геометрический узор, пробитый в толще скал без всякой практической цели.
В подземелье не было ни одного факела, но стены его отливали странным сухим блеском, и его, к счастью, хватало, чтобы Рубос не натыкался на острые выступы и углы.
Лотар почувствовал, что стал уставать. И еще он был рассержен, хотя понимал, что это только отнимает силы и делает его более уязвимым. Наконец в полной растерянности Желтоголовый остановился на развилке темных коридоров, внешне совершенно похожих, но пол одного, как казалось, вел вверх, а другой все еще опускался вниз. Сухмет подошел к Лотару сзади своей шуршащей торопливой походкой.
– Господин мой чем-то смущен?
– Я и не подозревал, что под дворцом есть еще более глубокое подземелье.
– В старые времена любили делать такие вещи, – усмехнулся бывший раб Нуримана.
– Если мы будем бродить здесь слишком долго, нас перехватит Блех со своими ублюдками, – прогудел Рубос. В тесном пространстве его голос звучал зловеще.
– Ну что же, – решился Лотар, – тогда поторопимся. Пойдем тем коридором, который ведет вверх.
– Не думаю, что это правильно, – спокойно сказал Сухмет. – Мы еще в той части подземелья, которая должна защищать остальной лабиринт.
– Защищать? Зачем? – спросил Рубос.
– Может быть, от тех, кто попробует войти незвано, как мы.
– Я совершенно не чувствую, что тут находится впереди, – признался Лотар.
– Я тоже, – подтвердил Сухмет. – Поэтому, мой господин, лучше положиться на их стремление погубить нас.
Они пошли по коридору, который вел вниз. Свет, льющийся со стен, становился все сильнее. Рубос провел рукой по камням, и вдруг его рука тоже стала светиться, словно на коже заискрился бледный зайчик лунного света. Но свечение это довольно скоро поблекло и угасло. Должно быть, Рубос очень отчетливо размышлял об этом, потому что неожиданно Сухмет произнес:
– Это мельчайшие живые существа. Они питаются чем-то, специально рассеянным в воздухе. В этом больше изобретательности, чем магии.
Рубос только хмыкнул. В коридорах этот звук разлетелся, породив эхо.
Последующие коридоры были освещены уже чуть больше. В переливах этого света, в его пятнах на полу, стенах и своде пещеры было что-то завораживающее. Каким-то образом это подчиняло волю и заставляло идти туда, где было все яснее и светлее. Осознав это, Лотар вдруг отчетливо услышал колокольчики, зазвеневшие в его сознании. Он замер.
Перед ними лежал коридор, освещенный едва ли не лучше, чем если бы здесь горели факелы. Но теперь Лотару совсем не хотелось в него входить. Поколебавшись, он свернул в темный и сырой туннель, который на этот раз вел довольно круто наверх.
Это было настолько неожиданно для Рубоса, что он недовольно заворчал. И тут же, к своей радости, Лотар услышал шепот Сухмета, хотя шептать здесь было совершенно ни к чему:
– Мне кажется, он разгадал дух этого лабиринта.
Теперь Лотар не сомневался, что они идут правильно. Он уже угадывал впереди сырой воздух верхнего подземелья и заранее радовался тому, что скоро не увидит этих пятен рассеянного, гипнотического, предательского света.
Мельком он подумал о том, что слишком легко принял советы этого старика, бывшего раба демонов и, вероятно, могущественных волшебников. Нужно будет установить пределы его возможностей, решил Лотар. Если они превосходят его собственные способности понимать мир, с ним придется расстаться. Хотя, если старик возьмется за его обучение…
Внезапно они вышли в коридор, в котором даже Рубос сразу узнал один из переходов в старый дворцовый двор. Лотар быстро просмотрел своим магическим зрением то, что находилось по сторонам. В одном конце коридора было очень много солдат. Они куда-то бежали, хотя в их головах все смешалось и даже офицеры ничего не понимали. Они направлялись в ту сторону, где находилась главная часть дворца. С другой стороны располагались стражники, хотя их было меньше, прорываться через них значило опять, уже в который раз, посадить себе на пятки погоню.
Оба эти хода должны привести их наверх, откуда Лотар мог бы улететь, захватив своих спутников. Но помимо открытого пространства, ему также требовалось некоторое время на трансформацию, а когда начнется схватка со стражниками, у него этого времени не будет.
Внезапно он понял, куда шел и почему так и не сделал настоящей попытки прорваться наверх. Как и в начале этого приключения, что-то, чему он не мог подобрать названия, толкало его вниз – туда, где лежало это таинственное, освещенное микроорганизмами сухое подземелье. И даже еще ниже – туда, где не могло уже ничего быть, но где все-таки что-то было.
Он сконцентрировался, хотя это потребовало от него немалого расхода энергии, которую следовало сохранить: впереди могли поджидать еще более суровые испытания.
В нижнем подземелье творилось что-то несусветное. Воины Конада все-таки взломали дверь на балконе и ринулись по той лестнице, где всего полчаса назад прошел Лотар с Рубосом и Сухметом. Но у стражников было больше пыла, чем рассудка, и они попадали во все смертельные ловушки, которые теперь почему-то отчетливо видел Лотар.
На той развилке, откуда беглецы пошли вниз, целая дюжина солдат бросилась наверх и была засыпана тяжелыми камнями, переломавшими им ребра. В коридоре, который был лучше освещен, оказался тупик с раздвижным полом. Отчаянные вояки пытались цепляться за края плит, которые медленно, но неотвратимо сдвигались под стены, но когда держаться стало не за что, не менее десятка людей провалилось в темную, бездонную черноту, похожую на ту, что видел Лотар в обвалившейся старинной ловушке…
Ловушка. Лотар совсем забыл о ней… Хотя, как теперь ему казалось, он не забывал о ней ни на минуту. А она была совсем близко. Всего-то в сотне шагов. И, конечно, около нее не догадались выставить ни одного охранника. Приказано-то было держать верх дворца, а о подземельях и не подумали.
– Ты чего ждешь? – спросил Рубос.
– Сухмет, где веревка?
Раб выставил вперед сумку, поверх которой аккуратными кольцами была уложена веревка. С запоздалым раскаянием Лотар подумал, что вот Рубос догадался взять у старика часть поклажи, а ему это не пришло в голову.
