все же стоит поддаться на уговоры соседа и начать ходить вместе с ним в зал. Кроме того, было и указание ректора в этом плане — для контроля моих растущих магических сил мне надо привести тело в порядок.
Я уже собрался прощаться с Валерой, когда Мишаня, будто между делом, задал вопрос:
— Слушай, а где опоссум? Там это… — гигант состроил страшную рожу, намекая на Лилит, — его ищут.
— …
— …
— Блять! — воскликнул я. — Валера! Мы забыли Стивена!
— Кого? — удивился Воронцов.
— Моего опоссума! Мы бросили его возле клуба!
Этот полуфабрикат на секунду завис, а потом на его лице появилось понимание.
— А… Ну да, точно. Но, думаю, его уже размотали на куски.
— Блять! Мне срочно надо назад!
От одной мысли, что я проебал свое тотемное животное, мне стало хреново. Что со мной сделает Б. Г.-кун? Да хер с ним, что со мной сделает Лилит⁈
Отвратительное животное было единственным способом отвлечь дьяволицу от моей тощей тушки и сбить градус сексуального напряжения, который она с легкостью повышала при любом удобном случае. А Стивен, между прочим, отвечал девушке взаимностью, устроившись посреди ночи у нее в ногах. Да меня же выебут за его пропажу! В прямом смысле этого слова! Без каких-либо фигуральностей!
Быть втихую в ночи изнасилованным ара-ара мечтой отаку конечно заманчиво, но только если эта ара-ара мечта не дочь, мать его, Сатаны. Еще и Мишаня в зрительском зале — это уже совсем ни в какие ворота! А если он притворится, что спит⁈ Еще хуже! Я не хочу делать из моего кореша куколда!
— Валера! Мы возвращаемся!
— Ц-ц. Никуда я не пойду, — цокнул Валера. — Я устал.
Он в самом деле выглядел хреново. Мишаня со мной тоже не пойдет, у Иванова режим, мы же помним. Так что, придется отправляться на спасение рядового Стивена в одиночку.
Я успевал на последний поезд электрички, а там, если надо, доберусь пешком. Прорывов сегодня, вроде, быть не должно, кордоны на ночь ставить не должны. Здраво рассудив, я понял, что если бы Стивен погиб, я бы это почувствовал. Как? А хрен его знает, но Грузовик-кун точно дал бы мне просраться за такой косяк, если не хуже. Нет, Стивен жив! И я спасу эту страшную тварь! Ради собственного блага, спасу!
— Держись, дружок!.. — пробормотал я, выходя на своей станции. — Ты там только держись…
Поблуждав по району и проверив все возможные помойки, я решил все все же заглянуть в клуб. Может, Стивена просто поймали и держат в клетке? Все же, животное редкое, может, решили толкнуть за пару тысяч какому-нибудь ебанутому любителю дикой природы.
Клуб выглядел снаружи совершенно, до неприличия тихим. Я аккуратно толкнул плечом дверь, уже готовясь орать дурниной «ХАДУКЕН!», но… оказалось заперто. Странно, вроде дверь немного движется, будто бы подперто чем-то тяжелым изнутри.
Чуть не выбив плечо, я все же смог организовать небольшую щель и протиснуться внутрь. В клубе было темно, и я не сразу понял, что же мешало открыть дверь. Небольшой огонек на кончике пальца (я очень старался, ведь одежды у меня почти не осталось!) и я вижу… два загрызенных трупа. Гримасы ужаса застыли на лицах амбалов, а все вокруг было залито кровью…
Пресвятой грузовик! Да что тут вообще случилось⁈ Какая-то мафиозная разборка, которую я пропустил⁈ Да тут все вмерли! Массово! Только диско-шар крутится над потолком, придавая этой картине элементы праздничной сельской дискотеки.
Переступая через изуродованные тела, я с опаской продвигался вглубь помещения. В воздухе непередаваемо воняло. Кровь, говно, моча и тот, единственный и неповторимый аромат, который оставлял Стивен. Точно поймали, и он где-то околел, лежит сейчас в мусорном пакете, слюни небось пускает.
Вдруг, над моей головой, на пролете второго этажа, который проходил прямо над залом, послышалась какая-то возня. Я знатно обосрался и понял, что так дело не пойдет. Придется вооружиться. Первый автомат, второй… Все магазины пустые. Повсюду валяются гильзы, а привыкшие к полумраку глаза стали замечать пулевые отверстия в стенах и сколы от очередей на бетонном полу.
Повторяю, что тут произошло⁈
Наконец-то, я нашел пистолет с полным магазином. Руки привычно легли на рукоять, палец нащупал спусковой крючок. Внутри что-то шевельнулось о прошлой жизни, но тут же исчезло, едва я опять услышал этот посторонний шорох.
Словно командос, от угла к углу, я аккуратно перемещался по залу, к лестнице. Ступеньки, переступить через несколько изуродованных тел, второй этаж. Сломанная табуретка, мигающая, висящая на одном проводе лампа. Вот, ко мне метнулась мелкая тень, я рванул ствол, беря прицел, и уже почти шмальнул, как понял, что это Стивен.
— Иди сюда! Кис-кис-кис… — радостно позвал я опоссума.
Я спасен! Меня не трахнут в ночи и меня не накажет Б. Г.-кун! Аж гора с плеч…
Стивен замер, посмотрел на меня своими глазами-бусинками, после чего довольно оскалился и в один прыжок оказался на моем плече. Хороший опоссум! Будет тебе дополнительная порция кошачьих консервов сегодня.
А теперь, раз уж я тут, стоит поискать какие-нибудь ценности и еще оружия. Очевидно, это была какая-то разборка в стиле техасской резни бензопилой между бандами, но чем черт не шутит, может, мне что-нибудь осталось.
Я прошел несколько комнат и попытался попасть в кабинет Усатика.
Выглядела дверь плохо, по ней реально будто бензопилой били, вон, все дерево наружу рваными волокнами. Спасла только бронированная плита, зашитая между досок. Но стояла дверь буквально на соплях. Пару раз ударить — и вылетит.
— Нет! Не надо! Нет! ААААААААААА!!!!!! — послышалось изнутри.
Крик был такой отчаянный, что в какой-то момент перешел в поросячий визг. Я же пару раз крутанул дверную ручку, подналег плечом и ввалился в кабинет.
В углу комнаты, бледный, весь в крови, сидел Усатик, размахивая разряженным пистолетом. Вот, взгляд бандюгана сфокусировался на мне, он, вроде, успокоился, но в этот момент Стивен, сидящий на моем плече, зашипел, словно кот.
Тут же мне в голову полетел разряженный пистолет, за который еще секундой ранее судорожно хватался Усатик, а сам мужик тонко завизжал:
— Не подпускай ко мне эту тварь! Не надо! Прости меня! Господи боже! Прости за все! Я обещаю! Больше не буду! Я не буду! Пожалуйста! Пожалуйста! Нет! Нет! Нет! А-а-а-ы-ы-ы!..
И тут от избытка чувств и переполнявших его восторгов Усатик вырубился.
— Припадочный какой-то… — пробормотал я и покосился на Стивена.
Опоссум мне, слава богам, не ответил, хотя я уже был готов ко всему. Кого эта усатая морда просила не пускать к нему? Стивена? Эту хрюкающую вонючую тварь? Серьезно?
Я немного потупил, выглянул в коридор, посмотрел на трупы и следы от бензопилы
