Поэтому я тоже отправился на кухню.
Буханкин уже вовсю хозяйничал, достал из холодильника малосольного лосося, отрезал от него толстый оранжевый пласт, отрезал горбушку от белого хлеба, набросал на нее слой масла в палец и сверху пристроил рыбу.
Откусил. Прожевал с удовольствием. Достал банку концентрированного молока, проколол две дырки. Отпил большой глоток.
– Кушать хочешь? – поинтересовался я.
– Не, – ответил Буханкин, – не хочу. В рыбе фосфор, он стимулирует мозговые процессы.
И принялся работать над бутербродом уже серьезнее.
– Там еще шпроты есть, – сказал я, когда с рыбой и молоком было покончено.
Буханкин залез в холодильник и достал открытые шпроты, те, которыми я угощал Питера и Тоску.
– Открытые… – покривился Буханкин. – Окислы наверняка всякие образовались…
И принялся шпроты жрать.
Когда последняя килька была прожевана, Буханкин откинулся на канапе и изъявил желание откушать кофию.
Я сварил, я разлил, я пригласил Буханкина пройти в комнату.
– Я вот тут думал, – сказал Буханкин, заглядывая в чашку. – Я вот тут думал и пришел к выводу, что Элвис жив.
«Этого и следовало ожидать», – подумал я.
– Даже поверхностный анализ позволяет сказать, что Элвис жив, – это Буханкин произнес уже безапелляционно. – Да-да, жив. Конечно, слухи о том, что он в свое время инсценировал смерть, ходили, однако прямых доказательств, разумеется, не было…
– Как интересно, – ухмыльнулся я, – а ты нашел их, эти доказательства?
– Нет, я этому вопросу уделял не так уж много времени, – честно признался Буханкин. – Но люди эту тему поднимали. Я тут раскопал материалы… Такие, закрытые для широкого доступа. Так вот, в этих материалах все подробно описано. Что Элвис в свое время был завербован инопланетной разведкой. Он должен был работать над подготовкой вступления Земли в Лигу Светлых Миров, однако его работа пошла слишком успешно. Об этом стало известно резидентуре Темных Миров, и они подослали к Элвису своих агентов. Чтобы его убить. Пребывать на Земле дальше он не мог, поэтому был вынужден спасаться бегством. Но он не захотел улетать далеко от своей родной планеты и поселился на Марсе.
– Элвис живет на Марсе, – сказал я. – Прекрасно. Как это относится к нашим делам?
– А ты знаешь, что в последнее время наблюдается странный всплеск интереса к его наследию?! – подозрительным голосом спросил Буханкин. – Коллекционеры, желающие остаться неизвестными, приобретают на аукционах сценические костюмы, автомобили, предметы утвари. Так вот – это сам Элвис, скучающий на Марсе, потихоньку скупает свое имущество! Вашу крысу украли по его заказу! Впрочем…
Буханкин замолчал.
И я просто увидел, как в его голове оглушительно-стремительными темпами рождается новая версия.
– Не исключено, что дело совсем не в этом, – деловито сказал Буханкин. – Не исключено, что крыса ценна сама по себе. Есть предположение, что Элвис собирал информацию о новом оружии, способном разрушить планы Темных Миров. Вероятно, ему удалось разгадать эту тайну. Но тут его виллу в Грейсленде осадили агенты темных. Надо было срочно эту информацию спрятать! Куда?!
Возбужденный Буханкин вскочил. Обычный безумный блеск в глазах усилился, он почти выпрыгивал из буханкинских зрачков, я даже испугался, что Буханкин впал в истерию или чуть-чуть свихнулся, так, немного.
Ему бы сценарии сочинять, подумал я. Для фантастических фильмов третьей категории. Которые не показывают ни в Нью-Йорке, ни в Лас-Вегасе, которые крутят исключительно в Оклахоме, будь она тридцать три раза неладна! Кино, в котором злобные космические негуманоиды запускают в спинной мозг несчастных землян свои отвратительные слизистые ганглии, пользуется стабильным успехом. Надо ему посоветовать будет скооперироваться со Жмуркиным и замастырить подобное варево.
– Куда?! – азартно повторил Буханкин. – Куда ему было спрятать эту информацию? Элвис обежал глазами свой дом – и не увидел ни одного достаточно надежного места! И тогда идея пришла ему в голову! Он решил спрятать информацию о супероружии в своего любимого питомца – крысу Элвиса! С помощью…
– Ментального триггера, – вставил я.
– Чего? Какого еще ментального триггера? С помощью обычного рибоконвертера! Так вот, с помощью обычного рибоконвертера Элвис зашифровал собранную им бесценную информацию в структуру ДНК своей верной крысы…
– А она не сдохла бы? – спросил я. – Если бы ей всю ДНК перекодировали бы?
– Исключено! – отмахнулся Буханкин. – Исключено! Девяносто восемь процентов наших генов находятся в латентном состоянии, их можно комбинировать как угодно, от этого ничего не изменится. И в них Элвис и спрятал ключ к тайне. Ворвавшиеся агенты темных ничего не нашли, в ярости они убили Элвиса – не крысу, инсценировав какой-то мифический сердечный приступ. И вот с тех пор тайна оружия передается от Элвиса к Элвису, она живет в крови его потомков…
Ну да. Лекарство от маразма. В этой крысе. Живет.
– Постой-ка, – сказал я. – Ты же только что, ну вот совсем недавно говорил, что сам Элвис, ну не крыса, живет на Марсе. И что он через подставных лиц собирает милые своему сердцу предметы. А теперь ты говоришь, что его убили пришельцы.
– Ну да, убили, – невозмутимо кивнул Буханкин. – Убили. И похоронили. Но в ночь похорон разведчики Лиги Светлых Миров проникли на кладбище, вскрыли склеп, достали тело и переправили его на свою базу на Марсе. А там уже с помощью…
– Универсального реаниматора, – снова вставил я.
– Нет, реаниматор – это для только что умерших, – поправил меня Буханкин. – А для тех, кто уже давно помер, требуется нейтронный репликатор. Его реплицировали, и теперь он живет на Марсе.
– А почему же он не вернется за своей крысой?
– Он потерял память, – спокойно ответил Буханкин. – При репликации это случается.
Так, будто это не затерянный на Марсе нейтронно реплицированный Элвис – не крыса потеряла память, а его родной буханкинский дедушка в Сольвычегодске впал в легкий старческий маразм.
Я не знал даже, что сказать.
– Послушай, Буханкин, ну, если все это так, почему же эти… темные враги Элвиса не похитят одну из этих крыс и не вытащат из этих крыс чертежи оружия?
– Это нельзя сделать – ключ от генетического шифра находится в мозгу самого Элвиса.
– А он потерял память на Марсе…
– Совершенно верно! – Буханкин продолжал волноваться. – Он потерял память! Но есть возможность сделать так…
Буханкин принялся объяснять мне, как следует точно просканировать мозг загодя реплицированного Элвиса, чтобы не разрушились синапсические связи.
Все это было как-то зверски. Не знаю. Буханкин болтал минут пять, не больше, а я уже чувствовал, как мой несчастный мозг начинает кипеть. В голове вертелись темные пришельцы с неприятными щупальцами, Элвис-не крыса с гитарой, Элвис-крыса в рекомбинаторе, сверхоружие… Буханкин превзошел самого себя. Такого отборного бреда даже от него я уже давно не слышал. И надо было что-то делать. Если бы я послушал это еще немного, я точно начал бы во все это верить.
Что Элвис живет на Марсе. Не крыса.
– Оригинальная теория… – промямлил. – Весьма оригинальная…
– Не успеешь оглянуться, как эта теория станет практикой! – заявил Буханкин. – Не пройдет и двух лет, как воины света сойдутся в битве…
Вдруг Буханкин замолчал и уставился на разложенные на моем столе распечатки из Интернета. Ну, про визиты американских школьников в глухие российские городишки.
– Ха, а эту жабу я знаю, – Буханкин ткнул пальцем в одну из фотографий.
– Что?!! – Я вылетел из дивана, примерно так чертик выскакивает из шутовской коробки.
– Что-что, говорю, что знаю эту дуру, – повторил Буханкин.
– Какую?!
– Да вот эту, слева, с краю.
Буханкин указывал на фотку. Посещение делегацией американских школьников какой-то там специализированной школы города Волгогорска. На фотке я узнал Мэри, Питера, еще пару ребят, остальные были мне незнакомы. На левом фланге фотографии стояла невысокая крепкая девчонка с угрюмым и очень решительным выражением лица и растрепанной прической.
– Это же Короста! – сказал Буханкин. – Джульетта Коростылева.
– Как?
– Джульетта. Мы ее называли Жу-жу…
Буханкин мерзко прохихикал.
– Жу-жу… Ты что, с ней знаком?
– Ага. Она вообще дура. Раньше она с нами была, в «Русском Розуэлле».
– Тоже тарелочница? – испугался я.
– Что значит тарелочница?! – надулся Буханкин. – Не тарелочница, а уфолог. Тарелочницы, знаешь ли, все в Гусь-Хрустальном. Уфолог, контактер… Так мы думали сначала. А потом оказалось, что она просто диверсант! Просто гадина! Слушай, Куропяткин, как понимать весь этот ироничный настрой? Тарелочница… Что значит тарелочница? Я понимаю, ты, в силу своей ограниченности, скептически относишься к научной и общественной деятельности моей организации, однако ты должен иметь уважение…
