стажировался у Булата. И вроде жалко, что сегодня мой пост не в боевых порядках, а с другой стороны, хорошо, что сменил направление деятельности. Нужно поднять башню, дать больше энергии защитному куполу. Опять же вычищу проклятую пагубу из организма, чтобы не мешала создавать артефакты. Да и зрелище океана природной силы завораживало, предлагая обновить впечатление.
Баталер вернул мне арбалет и тубус, в котором не хватало пяти зачарованных болтов.
— Держи, Боря и не надо лишних слов!
С грязной ладони меня гипнотизировала крупная бусина с навыком Печати и символы. Петрович ничего не делает просто так, вот и сейчас исполнял типичную двухходовочку.
— Вещь, однозначно! — продемонстрировал мне древко дротика с двумя печатями из камнестали, прикрученными к нему веревками, — У меня сегодня день рождения. Теперь ты знаешь, что подарить дяде Коле.
И немедленно заржал с истеричными нотками. Опознал печать отворота скверны и преградный камень, те самые образцы, полученные от коменданта Шмелева. Причем, я их не показывал Баталеру, тем более, сам толком не ознакомился. Крысы вчера весь рабочий график поломали. Инвалид попросту залез в доверенный ему мешок и лично протестировал изделия.
— Понято-записато, — вернул себе неказистую поделку, понимая, что про день рождения Петрович мне не соврал из корыстных побуждений. Просто мужик чудом выжил в недавнем бою, а поблагодарить меня за мощный амулет, повязку адепта и вот эти неожиданно сработавшие как надо куски камнестали ему мировоззрение не позволяет.
Хозяин Общажной выдернул меня из разговора без церемоний. Оно и понятно, время дорого и нас ждут великие дела. Жанна с эдакой ленцой профессионалки тонкой струйкой обрабатывала бугристое ядро с помощью мастер-ключа. Гарин ювелирно прикладывал мелкие кристаллики «сахара» между светящихся полусфер, заполняя неровности. Ядро должно быть монолитом, это азы. Андрей охал на лежаке, мучительно пытаясь не сблевать. Петрович грубо поднял бедолагу за шкирку и отнес к медикам.
— Борис, я посмотрел на твою лепнину… — вдруг произнес Булат, — Как мыслишь, наш чудо-принтер может изготовить кирпичи?
Экранировать алтарь действительно важная задача, но по здешней традиции подготовились к ней примерно никак. Натащили гору порченой камнестали, согнали мастеров и объявили операцию «Витязь»: как хотите, так и трудитесь!
— Да, это должно сработать! — стукнул себя ладонью по лбу и вытер вспыхнувшее от переизбытка эмоций лицо, — Пусть Гаврилов найдет рамку для производства черепицы или декоративной плитки. Анна точно знает, где они лежат. Нам ведь достаточно будет стенку в два пальца толщиной!
Кирпичи — это круто, но печатать долго и ресурсоемко, таскать тяжело. Даже если их класть на бок, замучаемся вливать ману, создавая монолит. Напечатать полсотни плоских, но достаточно широких штуковин и заполнить ими арки гораздо проще, чем та дурь, которой три стажера маялись полночи… В любом случае, надо пробовать. Стало даже немного обидно, что этот изящный выход не пришел мне в голову сразу. Мучительно изобретал колесо, имея под рукой велосипед! Гений, чо.
Мастер вышел на воздух, чтобы через артефакт связи надиктовать срочное сообщение Диван Диванычу. Хотел было посоветовать отбирать мелкую «чернуху», да решил, что без меня разберутся. Гаврилов должен помнить, как я заряжал промпринтер мелкой фракцией, чтобы наконечники получались ровными и прочными. Надеюсь, сообразит.
Все-таки мне удалось самостоятельно вытянуть гиф. От начала и до конца без посторонней помощи. Наверное, повезло и нить не порвалась. Второй раз повезло, когда повторял трюк с прикреплением энерговода к ядру. Когда вернулся в реальность, на первом этаже уже хозяйничала дневная смена — Матвей, Лилия и Арсен. Понял, что устал, как ездовой хаски в новогодние праздники и не желаю видеть эти довольные выспавшиеся рожи ни одной лишней минуты.
— Борис, мы уходим! — тронул меня за плечо зевающий Гарин.
В окруженном насыпью лагере обновился личный состав. На дневное дежурство заступили бойцы попроще, из поселковых, Дома и Новой, чтобы день простоять за тех, кто ночь продержался. Лица знакомые. И защитные обереги, висящие под этими лицами, тоже в массе своей знакомые.
Во дворе встретил Аврору, Ираиду и Маргариту. Первые две собирались на вершине вала принять участие в увлекательной игре в царя горы. Аврора недавно приняла Искру и ее ощутимо колбасило, но девушка неплохо справлялась. У медицинской палатки Маргоша старательно готовилась к приему новых пациентов. Увидев меня, Ираида почему-то опустила глаза, а феечка из общаги захотела пообщаться, да Николай Петрович не позволил. Суровый наставник не видел смысла в праздной болтовне с женщинами, тем более, сегодня у нас каждая минута на вес золота. Следующие десять так совершенно точно. Перед возвращением в поселок он притащил меня на позицию, которую геройски оборонял всю ночь. Бусины и часть песка уже прибрали, но внутренний голос нашептал Петровичу обратиться к коллектору-профессионалу, пока рабочие не принялись ударными темпами восстанавливать перепаханные укрепления. И вот, полумертвый от усталости мастер на все руки, прошелся по плотному костяному ковру на дне рва и взрыхлил присыпанный прахом вал. Обильно поливая чужие останки своим потом. С первых же щепоток у меня пропало всякое желание скулить, слишком жирный кусок приплыл в руки. В дежурную банку ссыпал полсотни грамм — это стоило моих сверхусилий. Свою долю Петрович великодушно отдал временным соратникам из числа зеленодольских воинов. Реально туго пришлось вояке, иначе с чего бы такая щедрость? Зато ко мне никаких претензий, это ведь их добыча, пусть они и не могли ее собрать.
Глава 13
В разгар сиесты, что уже следовало трактовать, как преступление против личности, меня разбудил Сергей и потащил в подвал Главной исполнять опрометчиво данное ему обещание. Утирая едкий пот, жаловался, что его одолели настойчивыми просьбами очистить добычу от скверны. Жарило солнышко, вяло ругались незнакомые тетки у жертвенного камня, а я механически жевал жирную горячую самсу с рублеными пхонами, репчатым луком и зеленью. И не пытался притворно сочувствовать или давать советы космической глупости, поэтому доктор охотно поделился теплым травяным чаем из керамической бутылки в термочехле. Пряная зелень и целебные травы удачно оттеняли вкус жирнющего мяса, о происхождении которого лучше не вспоминать. Самса начала приятное путешествие по пищеварительному тракту и жаловаться на свою жизнь не хотелось. А так да, местное человечество порой бывает совершенно невыносимо. Мне ли не знать?
Десятки осколков душ наши взяли с крысиной орды, плюс сколько-то из Новой-Твердыни принесли на обмен, да плюс ежедневная добыча, все эти чудесные шарики требовали срочного внимания ритуалистов. Которых в поселке перечесть по пальцам одной руки. Надеюсь, Сундук скупит «грязные»
