— Я тоже так считаю.
— Я знаю, — сказала Сэлли с уверенностью. — Беги.
— Я не могу просто так уйти, — возразила Джессика. — Вы с Джерри потратили столько сил на этот праздник. Как я могу взять и уйти в самый разгар?
— Я научу тебя как, — сказала Сэлли и повела ее ко входной двери. — Просто иди. Я объясню всем, что у тебя мигрень. Все эти люди понимают, что сорокалетие — всегда головная боль.
— Ты чудо, — сказала Джессика, крепко обнимая Сэлли. — Какое счастье, что ты моя подруга.
— Навсегда, — сказала Сэлли искренне. — И, Джесс…
— Да?
— Я думаю, твоя новость потрясающая… несмотря ни на что.
Джессика ответила ей сияющей улыбкой:
— Я должна признаться, мне самой она кажется просто чудесной. — И она пошла к машине, нашептывая про себя — Надеюсь, Кевин будет тоже так считать.
Глава одиннадцатая
К сожалению, ей не удалось найти Кевина и все рассказать. Придя домой, она остановилась около его квартиры, но на стук никто не открыл. Она звонила ему по телефону всю ночь, но никто не отвечал, даже автоответчик. К утру она была в таком отчаянии, что даже один только звук его глубокого, чувственного голоса на этой бездушной штуковине мог бы облегчить ее страдания.
Что с ним случилось? Может быть, он прямо отправился в объятия другой женщины? Например, Бэрри? Нет! Ей надо перестать так думать, если она собирается когда-нибудь научиться верить. Но если он не с Бэрри, то где?
А что если он попал в катастрофу? Зная, как он всегда водил свой «порше», не обращая внимания на ограничения скорости, что ей было думать? Вчера, когда он был такой злой, он наверняка ехал, как маньяк. Она представляла себе машину, разбитую всмятку, с Кевином внутри. От этого у нее еще сильнее сдавило горло.
В восемь тридцать она начала звонить в «Баронет», набирая номер каждые пять минут, пока наконец в девять утра ей не ответили.
Силясь говорить сдержанным, без паники, голосом, она спокойно сказала:
— Кевина Лоуренса, пожалуйста.
— Мистера Лоуренса нет, — ответивший голос звучал безразлично, помощи от него ждать не следовало.
Раздраженная Джессика коротко спросила:
— Когда он будет?
Монотонный, лишенный всякого интереса, женский голос ответил:
— Трудно сказать.
— Послушайте, мне очень важно его поймать. Вы не знаете, где я бы смогла его найти?
— Нет.
Рассерженная Джессика спросила казуистически:
— А вы можете передать ему, чтобы он позвонил Джессике Уоррен? Это срочно.
Швырнув трубку, она села, уставившись в аппарат, как будто она могла заставить Кевина позвонить. Нескончаемая тишина делала ее усилия бесплодными. Наконец не в состоянии больше ждать, она включила свой автоответчик и снова спустилась вниз в квартиру Кевина. Утренняя газета все еще лежала на полу перед дверью, за которой не было слышно никаких признаков жизни. На ее стук никто так и не ответил.
Вернувшись наверх, она неохотно приготовила яйцо и тосты, потом отставила тарелку, пока все не остыло и стало несъедобным. Только мысль о ребенке принудила ее съесть хоть несколько кусочков. Их ребенок не сможет как следует вырасти на витаминах в таблетках, шампанском и кофе, чем практически она питалась последние двадцать четыре часа. Она не ела нормальной пищи с завтрака предыдущего дня. И не спала. Она могла себе представить, какую лекцию прочел бы доктор Мак Кейб, если бы узнал, как она обращается с собой на этой критической стадии беременности. Она откусила еще пару раз тост и отставила его.
Джессика вернулась в кабинет и свернулась калачиком на диване, напряженно держа руку около телефона. Почему он до сих пор не позвонил? Каким бы сумасшедшим он ни был, он, наверняка, не проигнорировал бы такое срочное сообщение. Память об их злом обмене любезностями вспыхнула в ее голове. Она снова и снова проигрывала разные слова, жалея, что нельзя ничего изменить. Она должна только постараться восстановить причиненный ими ущерб.
Днем она снова позвонила в «Баронет» и поговорила с другой секретаршей, которая сказала, что, кажется, мистер Лоуренс звонил в офис, но она с ним не разговаривала.
— Я уверена, если вы раньше оставляли сообщение, он его получил, — заверила она Джессику.
— Вы не знаете, где он или когда будет?
— Нет. Извините. Я здесь временно. Может быть, вы оставите еще одно сообщение?
— Да. Передайте ему, что снова звонила Джессика Уоррен. Мне надо как можно скорее с ним поговорить.
— Разумеется.
Когда через несколько минут зазвонил телефон, Джессика подскочила, но это оказалась всего-навсего Сэлли.
— Ты чем-то огорчена, — заметила она. Затем игривым тоном спросила — Не ждешь ли ты случаем чьего-либо еще звонка?
— Я надеялась, это, может быть, Кевин, — призналась Джессика.
— Значит, вы все уладили между собой?
— Нет, мы даже не разговаривали, — сказала она подавленно. — Я не могу его нигде найти. Я оставляла ему несколько раз сообщения в его офисе, но он до сих пор не позвонил. Какая же я дура! Что если он больше не желает иметь со мной ничего общего после вчерашнего?
— Ты слишком торопишься с выводами. Я уверена, этот человек выше мелкого недоразумения, — сказала Сэлли успокаивающе. — Он позвонит, как только выкроит минуту.
Джессика нервно рассмеялась.
— Надеюсь, ты права. Мне бы следовало уже знать, что мужчины в отличие от нас не анализируют часами всякие ссоры. Они зарываются с головой в работу и забывают все на свете. Поэтому они никогда не могут понять, почему мы поднимаем такую шумиху из-за того, что для них просто какая-то тривиальность.
— Точно. Мы с Джерри можем поспорить за завтраком. Он разбушуется и успокоится, а я весь день сижу и взвинчиваю себя. Он возвращается домой и даже не помнит, что было. Из-за этого начинается новый скандал, потому что я обвиняю его, что он не принимает наш брак всерьез, — сказала Сэлли, хихикая. — Ладно, я лучше освобожу телефон, а то вдруг Кевин не может дозвониться. Не волнуйся, Джесс. Я уверена, все будет хорошо.
— Надеюсь. Поговорим позже.
Джессика почувствовала себя лучше после разговора с Сэлли, но она все еще не была убеждена, что ей удастся спасти их отношения с Кевином после того ущерба, который сама нанесла им вчера. Растянувшись на диване, она пыталась выкинуть из головы сомнения, но они отказывались подчиняться. В конце концов усталость сморила ее, и она задремала.
Смеркалось, когда она проснулась. В ужасе от того, сколько прошло часов, а от Кевина не было ни слуха, ни духа, она отправилась прямо к нему домой. Там ничего не изменилось, кроме того, что к утренним прибавились вечерние газеты. Чувство беспомощности охватило ее, когда она шла обратно к себе. В последний раз она попробует позвонить в «Баронет» и хватит.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
