рождения 2049 год.
Милан и окружение Браво я изучал в рамках операций, так что знаний было достаточно.
Впрочем, главное было всё же в том, что они не выдавали и зачастую сами не знали всех членов своей семьи. При этом болтунов среди римлян было просто море.
Поведение «Базилио» походило на многих представителей клана. Болтливый с торгашами, хмурый с врагами, богатая жестикуляция и логичная жестокость. Ну и фанатизм к оружию даже у магов.
В некотором смысле я был заложником ситуации.
Маги этого отряда могли меня победить и обездвижить, если бы я начал сопротивляться без данных о них.
Теперь же я планировал следить и выбирать момент, чтобы предать, использовать или просто убить тех, кто думает обо мне ровно так же.
— Слушай, Базилио, а как ты оказался в Танзании? Браво же с русскими в контрах, — спросила болтливая блондинка.
— А, ты всё ещё пытаешься выведать, где я добыл «межеру»? — усмехнулся я.
— В яблочко.
— Кораблекрушение на каком-то острове. Там ещё пингвины были, вот у них и забрал косточку. Потом там высадились какие-то лопухи. Первых я вырезал, но не понял, как ехать. Одёжка и оружие оттуда. А вот ко второй партии, что приплыла спасать других, я присоединился. С языками проблем у меня нет. Однако меня нашли во время плавания, когда я решил приготовить пасту на камбузе. Аборигенам корабля это не понравилось, во время нашего боя судно пошло ко дну, а я на берег. Отнял лодку у следующих лопухов, выбрал реку, откуда выплыло торговое судно, а дальше всё просто. Если бы не психи в теневом рынке и предложение об охоте на молниеносного монстра, я бы давно свалил, — протараторил я менее, чем за тридцать секунд, активно жестикулируя с пистолетом в руке.
Моя активность явно смущала или даже раздражала попутчиков А и Б, а вот Джей Роуз отчего-то веселилась.
Впрочем, я резко прекратил нести пургу, стоило заметить отблеск.
— Впереди кто-то с оптикой, могут атаковать машины, — спокойно сказал я.
— Где? — удивился Б, сидевший за рулём. — Дорога впереди пустая и ровная, ближайшие кусты минимум в километре от нас.
— В двух, оптика, в лёжке. Минимум трое винтовок или пулемётов с одиночными прицелами, ещё два бинокля, — заявил я, — не удивился бы и противотанковым ракетам, они могут пробить даже слабенькие артефакты, но пусковые устройства обычно располагают выше над землёй.
— Всё же Браво — оружейные психи. Сообщить остальным? — спросил А, повернувшись к Джей Роуз.
В следующий миг машина, которая ехала первой, совершила резкий разворот, её дёрнуло и повело, а затем она несколько раз перевернулась.
— Водитель без артефакта был, — спокойно прокомментировал я. — Теперь и пассажирам кранты, если быстро не выберутся.
Тем временем остальная колонна пронеслась, не сбавляя темп.
Я такого от них и ожидал, когда в первые машины отправились местные наёмники.
Куда эффективнее в первой машине иметь магов с артефактами защиты, но «господа» во всех странах предпочитают использовать пушечное мясо.
Этот отряд, конечно, не был исключением, а наоборот являлся претендентом на звание эталонных волшебников.
— Я так понимаю, это уже далеко не первая попытка, а о нас знают? — уточнил я. — Грачёвы или кто другой?
— Конкурирующие с нами группы охотников из числа людей какого-то другого японского клана. Их цель не найти нужное ядро, а добыть голову Цучиямы. В сумме это уже двенадцатая экспедиция. Одиннадцатая оказалась почти успешной, но на нужной территории нас было уже слишком мало. А попобава выходит на охоту только в полнолуние, поэтому приходится отступать. То место слишком опасно, чтобы там ждать целый месяц нового шанса, — с отвращением произнесла Роуз Джей.
— То есть почти год туда ездите. Сколько раз там были Вы? — уточнил я.
— Три, — ответила британка.
— Мы весь год, но остаёмся у машин и помогаем при помощи беспилотников ориентироваться и предупреждать об опасностях, — признал А.
— Без нас вы не дойдёте к нужной точке! — уверенно заявил Б.
— Что нам требуется преодолеть? Какая обувь лучше? Будем ли как-то заметать следы? — уточнил я.
— Следы оставляй или нет, без разницы. Отряд в любом случае заметят и монстры, и люди. Придётся пересекать территорию, где Грачёвы испытывают какие-то системы и разводят монстров. В этом основная сложность. Мы договорились с егерями, чтобы отчёт о нас не передавали выше, но опасности это особо не снижает, — заявила блондинка. — Охрану всё равно можем встретить. Их надо устранить быстро, чтобы они не отправили сигнал на спутник, тогда прибудут отряды Грачёвых. Так один раз пришлось отступить и отменить. Но стражники могут встретиться только на внешнем периметре.
— Да, «птичками» изучим путь, если что можно затихнуть. Охрана набрана из местных, следы они читают плохо, — заметил Б.
— Да и опасности от них минимум, убить не проблема, — хихикнул А. — Иногда хватает сбросов с коптеров, чтобы их нейтрализовать.
Мысленно я окрестил этих «людей» далеко не красочными эпитетами.
Конечно, я не об охране, а о своих попутчиках.
Впрочем, а сильно ли лучше я сам? Вряд ли.
Но я не убиваю ради прикола и не радуюсь тому, что совершил.
Конечно, если речь не о монстрах. Я уже начал скучать по мясу имуги. Ладно змеевидный дракон, я не отказался бы и от крабов. Мясо в забегаловках Васильевска и в сухих пайках было отвратительно после тех деликатесов.
Местный рацион не был тухлым или несъедобным, но его вкус не шёл ни в какое сравнение с аппетитной свежатиной.
Между тем я понимал выбор города в качестве базы. Российские силы занимали в основном только океаническое побережье. Даже речные порты получили в свой гарнизон зачастую только по 50–60 таможенников, которые погрязли в коррупции ещё до прибытия на место службы.
Парадокс в том, что это было выгодно как местным, так и аристократам, которые зачастую и были руководством таможни. В подчинении обычно у них были члены их кланов или доверенные простолюдины.
Византийцы же контролировали ранее практически всё, а большая часть населения заранее была поделена между колониальными кланами в качестве рабов. «Лучших» отправляли в метрополию, в стольный град Константинополь.
Ну, учитывая мою биографию, не мне сопереживать местным. Номинально я даже не человек для своего клана…
Тем временем мы достигли расстояния, где начала работать не винтовка, а пулемёт.
Уж не знаю, почему
