- Пожалуйста, не спеши. Успеем насладиться.
- Наслаждение - цель бытия, - тяжело дыша, произнес Нелидов. - Ты захватила бинокль?
- Себе театральный, а тебе - цейсовский, призматический.
- Ну что ж. Такова судьба. Полюбуемся в былые служебные часы на упущенные возможности. - вздохнул Викентпп Петрович.
- Пожалуйста, но говори так. Это тебе дорого стоило.
- Это стойло так дорого стоило, что его и строить не стоило, отшутился Викентий Петрович.
- Не думай, что тебе эта трубоэнергетика помешала. Тебя непременно назначили бы заместителем министра, если бы не новый инсульт. Счастье, что ты ходишь. Я холодею от воспоминания об этом Верейском. Совсем молодой человек - и инфаркт. Всего только один. И его нет. Ужас!
- Что делать! Он любил острые ощущения. Скончался на бегах, поставив крупную сумму на Цезаря, а тот засбоил.
- Да, - вздохнула Агния Андреевна. - Он был убежденный игрок, но очень обаятельный человек. Остановись, отдохнем.
- Стоять лучше, чем ходить. Сидеть лучше, чем стоять. Лежать лучше, чем сидеть. Спать лучше, чем лежать...
- Замолчи, Вика! Не продолжай дальше. Ты разрываешь мне сердце!
- Древнеиндийская мудрость. Специально для пенсионеров вроде меня.
- Ты не обычный, а персональный. Союзного значения.
- Да, проводили на пенсию с помпой. И сразу дело пошло.
- Какое дело?
- Да вот которым любоваться будем.
- Надо кончать войну Алой и Белой розы. Вот что. Давай пошлем поздравление Вике с Костей. Пора нам внуков вернуть.
Нелидов не ответил. Взял у жены тяжелый полевой бинокль и, присоединившись к толпе у балюстрады, поднес его к глазам.
А на "Седьмом небе" инженеры и полковник все обсуждали комбинированную систему энергостанций.
- Как же мы сами до этого не додумались! - воскликнула Вика. - Ведь это давно известно!
- Новое - это весьма забытое старое, - глубокомысленно изрек Александр Максимович.
И тут все посетители ресторана вскочили с мост. У многих оказались бинокли. Полковник тоже их принес, и не только для себя, но и для Вики и Кости.
Он передал их молодым людям после того, как ласково пожал им руки.
Вика обводила биноклем туманный горизонт. На нем теперь отчетливо виднелись тонкие оранжевые иглы.
- А первая труба была синяя, - почему-то сказала Вика.
По всему гигантскому кругу, окаймлявшему Москву, в небо поднимались вслед за серебристыми звездочками вертолетов золотистые энерготрубы.
- Ура! - закричал кто-то с соседнего столика, косясь на Вику и Костю. Их узнали.
- Ура! - подхватили и другие смотрящие в окно телебашни.
Вика опустила бинокль и взглянула на Костю. По ее щекам катились слезы.
Костя обнял ее за плечи.
Иван Тимофеевич методично считал поднявшиеся в небо подмосковные энерготрубы. Он сосчитал их пятьдесят.
- Миллион киловатт! - сказал он с гордостью.
- Так будет всюду, везде, по всей стране, по всему миру! - отозвался Костя.
- Так держать на космическом корабле... "Земля!" - сказал Иван Тимофеевич и, дотянувшись через стол до Кости, пожал ему руку выше локтя. - Идет, капитан?..
- Я никогда не думала, что это так красиво! - обернулась Вика, счастливая, сияющая.
- Красота - это воплощение того, что приносит счастье, - заключил Гусаков.
ЭПИЛОГ
Чтобы постигнуть бездонные
глубины мысли, возьми клетчатую
доску, расставь на ней разные
фигуры и оживи их в борьбе.
Читатель! Последуй этому совету
и достань шахматы.
"Катенька, старушка ты моя!
Ну как ты можешь писать, что чувствуешь годы? Какие там годы! Это в девятнадцатом веке считалось, что "бабий век - сорок лет". Женщин ценили лишь по способности заинтересовать мужчину. А ты!..
Вот опять и восстановилась наша с тобой переписка. Нет худа без добра. Я сначала очень расстроилась, узнав, в какую даль после Москвы направили твоего Ваню и тебя вместе с ним. Я давно говорила, что он у тебя "далекоидущий", вот и пошел в полном смысле слова далеко! Директор комбината в вашем медвежьем углу, пожалуй, что-то вроде удельного князя. Думаю, ему действительно следует задуматься о строительстве трубоветровой электростанции. Ваши морозы теперь не помеха. Мы уже давно строим комбинированные ветротрубные и бутановые установки.
Пусть твой Ваня даст "добро", и я первая приеду к вам. И, может быть, даже с Никитой, хотя он и занят сейчас на проектировании типовой комбинированной энергостанции на миллион киловатт. Для вас, пожалуй, многовато?
Никита - наша гордость. Он принял от нас с Костей эстафету. Впрочем, это не вполне верно. Передать эстафету-это не нести ее самим. А мы с Костей продолжаем держать "эстафетную палочку", как знамя. Никита просто встал в строй рядом и идет с нами в ногу. Это высшая награда нам с Костей.
Мы гордимся тем, что Никита внес в наше дело большой творческий вклад. Он предложил использовать ветер, который при большой силе вынуждал класть трубу на землю, останавливая ветротурбину. Так вот он, наш Никита, и решил на это время в турбину подавать воздушный поток этого же самого "злого ветра". Таким образом наша энергосистема стала тройной. Не только с трубой, создающей исскусственный ветер, не только с паровой установкой, работающей на бутане, но и с ветросиловой частью, использующей сильный ветер. Теперь наша энергосистема имеет устойчивую мощность при любых условиях.
Маленькие дети - малые заботы. Выросшие дети - большие заботы. Говоря о Никите, можно было усомниться в этой поговорке. Когда он поступал в институт, мы с Костей не знали никаких тревог, обычно терзающих родителей. Он все делал сам - сам готовился к экзаменам (в школе всегда был отличником!), сам выбрал специальность, сам решил идти по дороге отца с матерью.
Ты помнишь, как он разом вымахал? Когда мы с Костей встретились, у него были длинные пышные волосы, а у Никитенка они вдруг сразу завились перед окончанием школы. Так и стал он у нас кудрявым гигантом - я ему едва до плеча достаю.
Но вот со вторым нашим чадом дело совсем другое - народная поговорка безусловно верна. Каких только забот у нас с Костей нет по поводу нашей Марианночки! Чего стоят одни тревожныe ожидания по вечерам ее возвращения с прогулок! Она вечно преподносит нам сюрпризы. И никак мы не ожидали, что она, интересовавшаяся математикой и физикой, вдруг решит стать врачом. Каждый ее экзамен отнял у меня по году жизни. Она очка недобрала до проходного балла. В ее сочинении букву "а" в какомто слове приняли за "о" (крючочка по обыкновению не дописала!)
и влепили ей тройку. Ее почерк всегда меня огорчал. К счастью, она не пала духом. Решила окончить курсы медсестер и работать весь год в больнице. А на будущий - поступать снова в медицинский. Оказывается, у нее есть характер, кое-что передалось ей oт нас с Костей...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
