Несмотря на сравнительное затишье, воцарившееся в результате обоюдного утомления и только временами нарушавшееся яростной ночной стрельбой, отряд страдал от невыносимой жары, ужасного трупного запаха и недостатка воды. 28 июня пулеметному отряду пришлось выдержать еще одну энергичную атаку англичан, причем последний исправный пулемет девять раз отбивал их, а затем после израсходования всего боевого запаса был отведен в тыл.
Ввиду сильного переутомления и потери почти всей материальной части отряд был отправлен на отдых и пополнение в Константинополь.
27 июля вновь сформированный отряд в составе 3 офицеров, 150 матросов, с 12 пулеметами, под командой обер-лейтенанта Больца направился в Дарданеллы. Предполагалось в течение 14 дней заняться обучением отряда в тылу. Но случилось иначе. 7 августа англичане неожиданно высадили значительные силы в бухте Сувла. Положение стало критическим, необходимо было остановить продвижение неприятеля, ввиду чего отряд был брошен на новый фронт. Особенно горячий бой разгорелся за гору Кодшачемендаг, вершина которой господствовала над этой местностью. Если бы англичанам удалось завладеть ею, они могли бы обстрелять оттуда все турецкие позиции и даже сами Дарданеллы. На передовой турецкой позиции было установлено 4 пулемета. Окоп имел едва ½ м глубины, однако непрерывный огонь противника и сильная жара не давали возможности его улучшить. Турки страдали от гнетущего августовского зноя, непрерывно взрывавшиеся поблизости снаряды и стоны множества раненых, лежавших в окопе, привели их в состояние полного отупения. Остальные 8 пулеметов предполагалось установить на правом фланге турецкого фронта. Но из-за недостатка воды для охлаждения пулеметы эти не были в боевой готовности, а воду удалось добыть только на следующий день. 8 августа в 16 ч Больц получил записку от начальника группы в 4 пулемета, написанную последним в 12 ч ночи. Он сообщал, что турецкий полковой командир и весь его штаб убиты и что, по-видимому, надо ожидать английского наступления. Когда Больц прибыл на помощь, наступление уже началось и шли жестокие бои. Англичанам удалось ворваться в окопы, почти совершенно сравненные с землей, но они были отброшены в рукопашном бою. 4 пулемета были почти совершенно приведены в негодность: один из них оказался совершенно разбитым прямым попаданием, другой был поврежден ружейной стрельбой, а остальные два были испорчены. Из 16 человек прислуги 11 было убито, ранено или пропало без вести, командир группы убит.
По желанию командира дивизии 6 пулеметов были установлены близ Ари-Бурну таким образом, чтобы они имели фланговый обстрел по неприятельским окопам и могли мешать смене частей в окопах.
Расположение пулеметов было выбрано так удачно, что купающимся на берегу англичанам причинялись большие потери, и пристань, на которую каждое утро выгружалось продовольствие, стала непригодной для этой цели. В результате энергичной стрельбы 6 пулеметов, причинившей жестокие потери густому скоплению англичан, неприятель разобрал пристань. Использование находившейся на берегу водяной цистерны тоже сильно затруднялось для неприятеля. Одним словом, пулеметы причиняли англичанам столько неприятностей, что против них была выставлена горная батарея, стрелявшая с величайшей точностью; поэтому пулеметам пришлось переменить свою позицию. С новой позиции они энергично содействовали отражению неприятельских атак.
8 августа, по распоряжению командования армии, 4 пулемета были переведены на крайний правый фланг турецкого фронта на Кирештепе; здесь немцы настолько усилили турецкую оборону, что англичанам не удалось продвинуться вперед, несмотря на сильный огонь корабельной артиллерии.
ГЛАВА XIII
Бой «Гебена» с русским флотом перед Босфором. Снабжение Турции углем
Русские перед Босфором. Крейсерские операции на Черном море. Русский флот снова перед Босфором. «Гебен» сражается с 5 линейными кораблями. Угольное снабжение Турции. Угольные районы. Образование «угольного бюро». Организация доставки угля. Помеха со стороны русских.
В конце апреля и в начале мая 1915 г., точно так же, как и в последующие недели, во время наиболее серьезных и кровавых схваток на полуострове Галлиполи, когда решался вопрос о существовании Турецкой империи и когда в район Дарданелл бросались резервы и весь военный материал, русские на Черном море держали себя сравнительно спокойно. Во всяком случае они не предпринимали каких-либо более энергичных операций, чем в предыдущие периоды. Уже 18 марта, в день грандиозной англо-французской морской атаки на Дарданеллы, чувствовалось отсутствие тесной совместной работы союзного флота с русским, остававшимся в течение этого критического дня в полном спокойствии. Так и теперь не было и следов общего руководства морскими силами. Не подлежит никакому сомнению, что поддержка операций союзников у Дарданелл соответствующей боевой деятельностью русского флота перед входом в Босфор произвела бы сильное впечатление на турецкую оборону[52]. Во всяком случае непосредственная угроза столице создала бы значительные осложнения для правительства.
Впоследствии русские несомненно поняли, что обстрел босфорских укреплений действительным огнем можно было предпринять без большого риска для их флота. По крайней мере, русский обстрел обоих маяков 20 марта остался без ответа со стороны турецких береговых укреплений.
Контр-адмирал Сушон считал необходимым в этот период выйти в Черное море с имевшимися в его распоряжении крейсерами «Гебен», «Бреслау» и «Гамидие» с целью показать, что дарданелльские бои ничуть не ограничивают операций флота. 2–3 мая перед Босфором появились русские линейные корабли. «Гебен» перешел к Бейкосу, у самого выхода из Босфора, для стрельбы по русским (стрельба по невидимой с него цели). Однако до боевого столкновения дело не дошло, ввиду того что русские вскоре удалились[53]. Для предстоявшей крейсерской операции Сушон отдал следующий приказ:
«1. С в е д е н и я о п р о т и в н и к е. Неприятельские главные силы показались 2–3 мая в сопровождении 6 тральщиков у Босфора.
2. З а д а ч а. Нанести ущерб неприятельским морским силам и морской торговле, обеспокоить неприятельские прибрежные пункты.
3. В ы п о л н е н и е. «Гебен», «Бреслау» и «Гамидие» выходят из Босфора 6 мая в 6 ч в Черное море. Начальнику охраны водного района Босфора надлежит по возможности протралить выходной фарватер.
4. И с п о л ь з о в а н и е к о р а б л е й в Ч е р н о м м о р е:
согласно радиотелеграфным приказам.
Подпись Сушон».
6 мая в указанное время крейсеры вышли в море. По радио был дан следующий дополнительный приказ:
«Произвести разведку и вести операции против неприятельской морской торговли в районах: «Бреслау» — к W от меридиана 30°; «Гамидие» — к Ost от меридиана 32°; «Гебену» — в промежутке. По возможности беречь уголь. Рандеву — 7 мая в 14 ч, квадрат 404».
6 мая неприятель не был обнаружен. 7 мая «Гамидие» был отправлен в Зунгулдак для погрузки угля. «Бреслау» получил новое приказание: следовать к Констанце для показа флага у румынского побережья, вдоль которого ему следовало идти курсом S, а затем идти к Босфору для обеспечения последнего от минных операций неприятеля. «Гебен» пошел к побережью Крыма.
«Бреслау» 7 мая в 13 ч проследовал в 6–7 милях мимо Констанцы. «Гебен» 7 мая в 23 ч 20 мин находился в 55 милях от световой преграды Севастополя, а на рассвете 8 мая прошел вдоль побережья до мыса Херсонес. Предположенный обстрел Ялты не был проведен, так как из опасения наличия минных заграждений у русских берегов пришлось бы держаться на большой дистанции и вести стрельбу тяжелой артиллерией, ввиду чего возможные результаты не оправдали бы расхода и без того незначительного запаса снарядов. И здесь неприятель не был обнаружен. 8 мая днем все 3 крейсера вернулись в Босфор. Хотя ожидавшийся результат и не был достигнут, но зато появление «Гамидие» успокоило население анатолийского побережья; у населения русских и румынских берегов появление обоих мощных крейсеров должно было создать впечатление, что османский флот намерен и впредь плавать в Черном море и сохранять свободу действий.
На следующий день, 9 мая, выяснилось, что русские немедленно использовали возвращение крейсеров в Босфор и предприняли обстрел угольного района. В 8 ч морское командование получило известие об обстреле русским крейсером и эскадренным миноносцем Эрегли и о высадке там десанта, который был отбит турецкими войсками. Русские потопили 3 турецких угольных транспорта. Турецкое высшее командование полагало возможным высадку большого русского десанта с целью уничтожения угольных шахт и оборудования копей.
