Читаем без скачивания Банда в белых тапочках - Алина Кускова

Каблук молниеносно пересек подвальное помещение, вылетел в открытое окошко и припечатал лоб.

– У! Ё! Ё… – успел сказать голос и умолк.

– Допрыгался, – усмехнулась Леокадия. – А ты, Василиса, меткая.

– Еще бы, – та гордо тряхнула белокурой головой, – не зря сработала живцом. – И потрясла кулаком: – Мы им еще покажем небо в изумрудах!

– Его нашли?! – с волнением в голосе спросила Леокадия.

Василиса поняла, что ее звездный час не за горами, а тут, рядом, в шаге от нее, ценный свидетель чудом остался жив. Правда, нет никакой надежды, что этот свидетель расскажет ей все откровенно. Ведь, судя по тому, что она все еще сидит взаперти, Монти ничего не рассказала преступникам. Но Василиса должна показать Леокадии, что ей можно доверять. Сейчас она станет мягкой и пушистой…

– У! Ё! – В подвальном окошке показалась голова в черном чулке, рука преступника трясла Василисиным каблуком: – Доберусь я до вас!

– Заходи, сатрап, будем рады, – прищурилась Алевтина, пододвигая к себе лопату.

Василиса вздохнула: никакого мыслительного процесса нельзя организовать в этой обстановке. И чего этому тюремщику спокойно не сидится? Ей бы час свободного времени не помешал. Ей бы вполне хватило часа для того, чтобы разузнать все подробности дорожного происшествия и расставить все по своим местам. Но видно, не судьба.

– Держите, метелки! – проворчал сатрап и протиснул между решеток бутыль, – компот из малины с абрикосами! Чтоб вы подавились… чтоб не подавились вы, девочки!

– Мы не пьем компот! – решительно заявила Алевтина. – Мы вообще объявляем голодовку! Хотим умереть на рассвете, не обремененные лишними продуктами в желудке… А вишни там нет?

– Есть, – с готовностью ответил сатрап, – вишня там очень вкусная.

– Все равно не пьем! – выпалила Алевтина и отошла от окна.

– А я вишню люблю! – обрадовалась Василиса. – Спасибо вам огромное за заботу! Давайте-ка эту бутылку мне!

– Не бери ее, Василиса, – поспешила остановить подругу Алевтина, – они туда черт знает чего намешивают.

– Не черт знает чего, – обиделся сатрап и потер лоб, – а натуральные продукты. Вишню с малиной.

– А поначалу он говорил про абрикосы, – недоверчиво заметила Леокадия.

– Ничего, девочки, – сказала Василиса, развязывая бутылку, – выпьем за их здоровье!

– Правильно, – кивнула чулочная голова, – пейте! – смотала веревку и скрылась.

– Не надо пить этот компот. – Алевтина подбежала к Василисе и попыталась вырвать у той бутылку. – Они туда подмешивают снотворное.

– У них что, нервно-паралитический газ закончился? – резонно поинтересовалась Василиса. – Или они используют газ с истекшим сроком годности? То-то я после него так быстро очухалась. И глаза недолго слезились. Ага! Получается, что они решили нас напоить снотворным посредством этого вкусного компота. Наверное, его Мария Сергеевна варила. Значит, собираются нас перебазировать.

– Собираются, – согласилась Леокадия, – они предупредили: если я ничего не скажу, перебазируют нас на городское кладбище… – Она всхлипнула.

– Девочки, – бодро сказала Василиса, – не раскисать! Я с вами!

– Естест-но, – хлюпала носом Леокадия, – и ты с нами туда же… Отдельную могилку организуют или братскую, сестринскую то есть?

– Ха! – подмигнула Василиса готовой расплакаться Алевтине. – Ничего у них не получится!

Она подошла и проверила, насколько хорошо закрыто окно. Ясно, хорошо, даже клоп не проскочит.

– Если они решили нас напоить снотворным, – Василиса говорила шепотом, – значит, в своем газе не уверены. И это нам на руку!

– Зачем нам газ на руке? – шепотом поинтересовалась Алевтина, забывшая, что собиралась реветь.

– Не важно. Думаем и анализируем. Итак, они решили напоить нас снотворным и перебазировать… – Василиса закрыла глаза, помолчала секунду-другую и вскрикнула: – Нам жутко повезло!

– Ага, – согласилась с ней Леокадия, – страшно и жутко.

– Мы сделаем вид, что выпили все, – зашептала Василиса, – и прикинемся, что спим…

– Здорово придумала, – обрадовалась Алевтина.

– Тише, – оборвала ее Монти. – Дальше.

– Они придут за нами, а мы с лопатой, граблями и молотком…

– Я с молотком, – зашептала Леокадия, – у меня с граблями несходство характеров.

– А если они нас перед этим газом? – подстраховалась Алевтина.

– Вряд ли, – нахмурилась Василиса, – что они, готовили неисчерпаемые запасы к химической атаке на соседнюю республику? Но для профилактики, когда они зайдут, лучше не дышать.

– Не есть, не пить, не дышать, – вздохнула Леокадия. – Кто мне возместит моральные издержки?!

– Калерия Дубинина, – ответила Василиса, – с подельником.

– Точно, точно, – закивала Алевтина, – Калерия Дубинина с Анатолием Сидоровым!

– Сидоровым? – Василиса постаралась скрыть удивление.

– Вот, – вздохнула Алевтина, – я тоже думала о нем как о хорошем человеке!

– Зато я всегда знала, что Сидоров подлец и разгильдяй! – довольно хмыкнула Монти. – И собиралась его гнать в шею из магазина. Только Калерия постоянно просила, чтобы я оставила его на месяц-другой, пока тот найдет другую работу. И он нашел! Взял и спер мой немецкий сейф, подлюга. Изумруд был у него?

Василиса не знала, где был изумруд, но догадывалась. Уж никак не у Сидорова. В паре охранник плюс Дубинина ведущая роль была явно не за ним. В том, как Калерия взялась за магазин, сразу чувствовалась ее деловая преступная хватка. Сидоров… Василиса неожиданно вспомнила, где она видела розовую пуговицу, оброненную преступниками в квартире Алевтины. Она ее видела на форменной кепке охранника! Тот еще ворчал, что кепка серая, а пуговицы на ней розовые, а Монти отвечала, что ей такая форма нравится и Сидоров будет носить то, что она ему скажет.

Тонкий и толстая. Сидоров разобиделся на Монти и пошел на преступление. Но на Монти были обижены и Раечка, и Алевтина. И Кузнецов ее бросил. Подруга обманула. Василиса посмотрела на Леокадию, та смотрела на стол с провиантом, прикидывая, уж не наесться ли перед смертью или дождаться все-таки преступников с молотком?

– Дождемся. – Василиса накрыла ее холодную руку своей. – И у нас все получится. Если у них есть камера слежения, нам лучше изобразить, как мы пьем компот. Давайте сядем за стол, но сначала избавим его от продуктов. Если в чем-то еще есть снотворное… Мы не должны рисковать.

Дамы уселись за столом и принялись разливать компот по кружкам, потом стали делать вид, что пьют его, после этого, естественно, изобразили на полу засыпающее царство…

– Отлично, – потер руки, а затем шишку на лбу подглядывавший в замочную скважину Сидоров. – Напились, метелки. Вот до чего жадна бабская натура! И чувствуют подвох, а сдержаться не могут! – Он скривил физиономию и передразнил Алевтину: «А вишни там нет?» Есть, Краева, есть. Кстати, о жадных бабах. – Сидоров полез в карман и достал мобильный телефон. – Калерия? Да, это я. Они спят. Через сколько приедешь? Через два часа? Почему так долго? Нет, они проспят до утра. Да, машину скорой помощи я подготовил. Сосед заломил такую цену! В два раза больше, чем в прошлый раз. Так что приплюсуй это к моей доле. Не злись, меня тут никто не видел. Нет, Цыпленковы тоже не видели. Только тут это… третья появилась. Василиса Василькова из свадебного салона. Конечно, спит с ними, куда она от меня денется. Я тебя обрадовал? Так я тебя постоянно радую, Лерочка, любовь моя. Хорошо, про любовь больше не буду.

– Ты слышала? – прошептала Алевтина Василисе. – Вот гад! Думает, что мы отрубились, и радуется.

– Чего и требовалось ожидать, – ответила тихо Василиса.

– В замочную скважину подглядывает, – пробурчала Леокадия, – у меня дальнозоркость, я его искрящийся оптимизмом щучий глаз отсюда вижу. Вот нищета Калерия! Даже нормальную камеру установить не смогла! Следят в замочную скважину, голытьба. – И она притихла.

В гулкой тишине за дверью раздались удаляющиеся шаги. Сидоров отправился праздновать победу?

– Лежим дальше, мало ли что, – прошептала Василиса, сжимая в руке грабли.

– Я от нее такой подлости не ожидала, – принялась делиться сокровенным Леокадия. – Подругой еще называлась, змея подколодная. Ладно бы выкрала изумруд, так еще и в плен захватила. Пусть ни на что не надеется. Я и под пыткой не скажу, что в кулоне омолаживающее средство! Там его практически не осталось. Да и качество уже не то, приходится делать дополнительные процедуры. Уколы красоты дорого обходятся! А после этого подвала мне придется решиться на хирургическое вмешательство. Никому нельзя верить, никому. – Леокадия перевернулась на другой бок и продолжила: – Илья небось, оставшись без денежной подпитки, сбежал…

– К Калерии, – не выдержала Василиса. Эх, молчать бы ей и молчать!..

– Нашел к кому. А я еще этой фригидной стерве магазин подписала! – досадовала Леокадия. – Я теперь нисколько не удивляюсь человеческой наглости и двуличию.