— Прости, дорогой! Я не хотела тебя обидеть, — спохватилась она, но было поздно.
— Номер таксопарка внизу, в телефонной книге, — сухо сказал Роналд.
Он вышел из спальни и закрыл за собой дверь…
Элизабет нашла Эвана в самом дешевом номере мотеля лежащим ничком на кровати. Рядом на полу валялась смятая одежда. Уткнувшись лицом в подушку, он тихо стонал. Пожалуй, никогда еще она не видела брата в таком ужасном состоянии.
— Эван, дорогой! Что с тобой? — обняв содрогающееся от конвульсий тело, воскликнула Элизабет. — Ничего не бойся. Я люблю тебя и всегда буду с тобой, мой милый…
Не успела она закончить фразу, как сзади раздалось невнятное восклицание. Обернувшись, Элизабет, к своему изумлению, увидела застывшего в дверях Роналда.
— Роналд! Как ты здесь оказался?
В ответ он молча обвел глазами убогий номер. Его взгляд остановился на Элизабет, сидевшей на кровати и прижимавшей к груди голову мужчины.
— Какая банальная ситуация, — наконец произнес он. — Зато все предельно ясно и не нужно спрашивать, что ты здесь делаешь. — Боже, за что ты во второй раз так жестоко наказываешь меня? — недоумевал Роналд. — Не волнуйся, Элизабет! Мы оба играли каждый свою игру. Просто ты несколько раньше меня раскрыла свои карты.
— Какую игру? О чем ты?
— Неужели ты в самом деле поверила, что я женюсь на тебе? — засмеялся Роналд. — Чего только не наобещает мужчина, чтобы затащить женщину в постель. Нет, дорогая, я не такой дурак, как твой Пауртон.
Элизабет вздрогнула как от удара.
Повернувшись, Роналд вышел из жалкого номера. Он никогда не забудет этой ужасной сцены. Она будет стоять перед его глазами до конца дней.
12
Детство Роналда прошло в лачуге, стоявшей на самой окраине захудалого городишки. И все равно он не знал более прекрасного места на свете, чем его родная Монтана.
Приближалась ночь. Фиолетовые тени простирали свои длинные пальцы к отрогам гор. Краснохвостый орел парил над каньоном в поисках добычи. Лошадь Роналда фыркнула, нетерпеливо переступая ногами. Наклонившись, он ласково потрепал ее по шее.
— Спокойно, мальчик! Спокойно!
И в самом деле, причин для волнения больше не было. Элизабет ушла из его жизни, ушла раз и навсегда…
Он вспомнил, как облегченно вздохнул Элиот, услышав, что свадьба Роналда расстроилась. Почему же в таком случае он все время думает о ней?..
Уже почти стемнело. Лошадь осторожно ступала по узкой тропинке, навострив уши.
Дома Роналда ждет приготовленный экономкой ужин. Слегка поковыряв в тарелке, чтобы не обижать добрую женщину, он заученно поблагодарит за вкусную еду и пройдет в кабинет. Там он разведет огонь в камине, поскольку вечером с покрытых вечными снегами гор даже в июне приходит прохлада, и сядет к письменному столу, чтобы поработать, а вернее, сделать вид, что он работает над привезенными с собой документами. Потом, посмотрев на часы, скажет себе, что пора ложиться, и направится в спальню, где стоит огромная кровать с балдахином, в которой он когда-то мечтал нежиться вместе с Элизабет.
Опять эта Элизабет! Какого черта он все время вспоминает о ней! Что он в ней нашел такого необыкновенного? Абсолютную порядочность? Вот уж не тот случай. Любящую его женщину, способную на беззаветную преданность? Элизабет даже не пыталась притвориться, что питает к нему какие-либо чувства.
И вдруг он снова услышал шепот, которым она произносила его имя в момент любви. Почувствовал на губах сладость ее поцелуев. Вспомнил, как она прижималась к нему во сне, положив голову ему на плечо, а руки на грудь, как будто боясь, что он уйдет и оставит ее одну…
С раннего утра и до позднего вечера Роналд изводил себя тяжелой физической работой. За эти дни он пробурил сотни ям под столбы для новой изгороди, чтобы хоть так выкинуть Элизабет из головы. Рабочие смотрели на него с удивлением, но вопросов не задавали. Здесь было не принято приставать с расспросами. Мысли человека принадлежат только ему. Захочет, сам поделится, не захочет — так тому и быть.
— Роналд!
Он поднял голову и увидел подошедшего управляющего.
— Тебя к телефону. И потом, для столба не нужна яма до центра Земли…
Криво усмехнувшись, Роналд отбросил бур.
— Я что-то сегодня не в настроении…
— Да уж видно.
— Неужели заметно?
— Спрашиваешь!
В доме было холодно и тихо. Сказав экономке, что он подойдет к телефону в библиотеке, Роналд поднялся по лестнице я закрыл за собой дверь.
— Хорошие известия, Элиот? — спросил он, взяв трубку.
— Откуда ты знаешь, что это я?
— Кому еще придет в голову звонить мне сюда. Я же сказал, что беру на несколько недель отпуск.
— Да, я знаю, но есть любопытные новости, касающиеся вдовы Пауртон. Помнишь, ты сделал запрос о некоторых обстоятельствах ее дела, так вот пришел ответ…
— Выброси его в корзину.
— Вначале я так и хотел поступить, но потом решил все-таки сначала взглянуть…
— Меня все это больше не интересует.
— Я отправил бумаги тебе в Монтану.
— Ладно, дружище, — вздохнул Роналд. — Я сам их уничтожу.
Конверт прибыл на следующий день утром. Прихватив с собой чашку крепкого кофе, Роналд поднялся в библиотеку. Положив конверт на стол, он устроился поудобнее в кресле, выпил кофе и только после этого взглянул на прямоугольник из плотной желтой бумаги. Обычный, стандартных размеров, каких к нему приходило сотни. Но к этому он боялся даже прикоснуться…
— К черту!
Резким движение он вскрыл конверт, чуть не порвав оказавшиеся внутри бумаги. В нем лежали документы, проливающие свет на некоторые подробности жизни Элизабет.
Сейчас узнаю всю правду и почувствую себя наконец окончательно свободным, подумал Роналд с горькой усмешкой и погрузился в чтение…
Два часа спустя он сидел в кабине частного самолета, летевшего туда, где он надеялся найти Элизабет.
— О, бедная ты моя, — шептали губы Роналда. — Как жестоко я с тобой обошелся!
Элизабет лущила горох, сидя на ступеньках дома, в котором выросла. Стояло теплое летнее утро. Мохнатые пчелы весело жужжали над цветами. Но вся эта идиллия никак не гармонировала с ее настроением. Элизабет была сердита. Нет, она была просто в ярости.
— Идиотка, — шипела она на себя. — И как только я могла влюбиться в подобного негодяя! Лгун, обманщик, мерзавец! Такой же, как и все они, мужчины.
И она еще занималась с ним любовью. О Боже! Самое ужасное то, что никогда еще в жизни она не испытывала такого блаженства, как в те дивные минуты, когда лежала в его объятиях. Это невозможно забыть. Можно вычеркнуть из жизни подлого соблазнителя по имени Роналд, но нельзя выкинуть из головы неземные ощущения. Смириться с мыслью, что они никогда не повторятся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
