Читаем без скачивания Убийства единорога - Джон Карр

Зачем притворяться Гаске, когда его могут разоблачить, если появится настоящий Гаске? Мне пришел в голову ответ: он не возражает, чтобы его разоблачили. Причуда назваться Гаске щекотала какой-то сатирический нерв – ведь он действительно совершал миссию мести и действительно знал, кто такой Фламанд. Это не было притворством – он был уверен, что знает Фламанда. Почему? Знал ли он это все время, или ему подали какой-то намек рассказ Кена и авторучка? Инцидент с авторучкой становился все более значительным. А что случилось потом? Мы сказали ему: «Если вы Гаске, покажите нам Фламанда». И он ответил с яростью, к которой примешивался триумф: «Да, я покажу вам Фламанда, но не сейчас, а вскоре». Почему же не сейчас, если кота выпустили из мешка? Зачем давать Фламанду шанс спастись? Другие его слова также наводили на размышления: «Мои люди скоро будут здесь, и они доставят арестованного в Париж». Казалось, все зависит от чьего-то прибытия. Чьего же? Никаких «людей» у него не могло быть – он не был Гаске и не имел никаких полномочий. Не ждал ли он прибытия в замок своего двойника, прежде чем ловушка захлопнется? «Предположим, – сказал я себе, – этот парень – Гилберт Драммонд, а в Марселе убили Харви. Предположим. Гилберт занял место брата, чтобы найти и поймать убийцу, так как тот убил Харви и украл его документы с целью занять его место». Но так как это снова была догадка, мне пришлось ждать.

Теперь вы понимаете, почему я не подозревал, что этому парню грозит опасность. Я думал, что убийца – Фламанд – еще не прибыл в замок. В действительности он все время тайно находился здесь, но мы этого не знали. Гилберт (будем называть его настоящим именем, чтобы не запутаться) ждал, что убийца появится в роли Драммонда. Наверху у него были документы, доказывающие, что он Гилберт, что Харви мертв и что в его гибели виновен Фламанд. Но Гилберт не знал, что дамба разрушена, а когда Фламанд тайком проник в замок, он не знал, что ее разрушат.

Однако я забегаю вперед. Обо всем этом я еще не догадывался, а просто сидел и думал. Вскоре мы нашли беднягу убитым. Господи, для меня весь мир перевернулся вверх ногами! «Сынок, – сказал я себе, – ты снова витал в облаках – твои догадки не подтвердились. Ты был не прав, так как дамба снесена, и никто не мог сюда пробраться. Забудь свои нелепые идеи». Вот почему я вел себя так дико, когда произошло убийство и после того, как нам в темноте подбросили издевательскую записку.

Тогда я начал по-новому располагать фрагменты картинки-загадки. Лучшим способом это сделать было уяснить последовательность событий. Что происходило после того, как мнимый Гаске (кто бы он ни был) поднялся наверх? Как вы помните, он поднялся на несколько минут раньше остальных. Что произошло в промежутке? Он вышел в коридор, поговорил с Огюстом (как я выяснил, по-английски) и спросил, куда отнесли его багаж. Огюст показал ему его комнату. Там он увидел два чемодана и обнаружил, что портфель исчез. (Теперь нам известно, что его по ошибке отнесли в комнату Эбера, но бедолага этого не знал.) Он отправил Огюста вниз на поиски. Пока Огюст искал портфель, никто не видел этого парня. Потом Огюст поднялся на второй этаж… и увидел, как он выходит из комнаты Хейуорда.

Огюст снова спустился, а остальные поднялись в свои комнаты. Огюст собирается посмотреть, не остался ли портфель в самолете, но Жозеф и Луи уже разрушили дамбу. Огюст поднимается в комнату Гилберта и сообщает, что дамбу снесло. Гилберта это приводит в ярость. Огюст идет в комнаты д'Андрье и наблюдает за задними окнами мнимого Гаске, покуда д'Андрье наблюдает за дверью. Правильно?

– Правильно, – согласился д'Андрье. – Добавлю, что при этом я не видел никого входящего в бельевую, что сильно все запутало.

– Еще бы! Но продолжим. Вы, Фаулер, наблюдая с другой стороны коридора, не видели никого проскользнувшего в бельевую. А что видели остальные? Огюст видел, как фальшивый Гаске выбрасывает свой багаж в окно.

Ребята, хотя все предприятие окружено ореолом безумия, одного этого эпизода было бы достаточно, чтобы сойти с ума. Зачем невинному человеку вытворять подобное? Огюст слышал, как он произнес трагическим тоном: «Украли!» Это делает все еще безумнее. Допустим, «Гаске» что-то потерял, не нашел это в своих чемоданах или обнаружил, что это не его чемоданы. При любом объяснении сама мысль, что человек, обнаружив потерю, впадает в такое состояние, что вышвыривает в окно всю свою одежду, кажется невероятной.

Но тут я вспомнил один многозначительный факт. Парень, который выдал себя за Гаске, и человек, который остановил Кена и Эвелин на дороге, выглядят почти одинаково. Это ударило меня, как молоток. «Предположим, – подумал я, – снова исключительно в качестве гипотезы, – что моя первая теория все-таки была правильной. Предположим, что человек на дороге был Фламандом, что он последовал сюда за Кеном, увидел, что происходит, и понял, что фальшивый Гаске – это Гилберт Драммонд, который приехал с целью разоблачить его… Ну, точные мотивы еще невозможно установить, но предположим, что Фламанд в замке. Что, если человек, выбрасывавший чемоданы в окно, – Фламанд, который занял место первого самозванца? Тогда причина избавления от чемоданов становится очевидной. Ни одной вещи с меткой «Гилберт Драммонд» не должно оставаться в замке. Но, выбрасывая вещи в реку, Фламанд видит Огюста, наблюдающего за ним из другого окна. Вынужденный срочно изобрести предлог для своего эксцентричного поведения, он кричит: «Украли!» – между прочим, единственный раз, когда его слышали говорящим по-французски.

Поддерживает ли что-нибудь эту гипотезу? Я вспомнил о портативной пишущей машинке Фаулера. Из-за этой машинки было немало суеты и споров. Все вращалось вокруг вопроса, у кого имелась возможность украсть ее. Вы все начали обвинять друг друга на очень хлипких основаниях. Никому не пришло в голову спросить: у кого именно была возможность украсть машинку незаметно? Вспомнив ситуацию, вы получите очевидный ответ: у человека, который поднялся на второй этаж раньше остальных и оставался там наедине со всем багажом.

Я все сильнее убеждался, что произошла подмена. Один человек – мнимый Гаске, которого мы определили как англичанина, знающего личность Фламанда, – поднимается наверх. Через четверть часа он становится другим человеком. Когда же именно была осуществлена подмена? Давайте подумаем!

Он остался наверху один, когда Огюст спустился искать его портфель. Мы можем сделать вывод, что Огюста отправил на поиски первый мнимый Гаске, так как Огюст был с ним с тех пор, как он покинул нас в гостиной… Что же увидел Огюст, поднявшись снова? Он увидел мнимого Гаске, выходящего из комнаты Хейуорда.

Тут есть о чем подумать. Независимо от того, был ли этот человек «оригиналом» или подменой, что ему понадобилось в комнате Хейуорда? Что мы обнаружили позднее в этой комнате? Ничего, кроме пятен грязи на подоконнике, через который кто-то туда влез…

И тут я понял. Предположим, он влез в комнату именно тогда. Значит, до того он был на плоской крыше. Почему? Туманная картина начинала приобретать четкие очертания.

Фламанд находится в замке. Покуда слуги (прошу прощения, детективы) заняты разрушением дамбы, он стоит за дверью гостиной и слышит последнюю часть нашего разговора – о превращении «Харви Драммонда» в «Гаске» – благодаря акустике типа «галереи шепотов». Фламанд понимает, что не сможет явиться в дом в роли Харви Драммонда, как намеревался с самого начала, если не заставит замолчать человека, который его опередил. Когда наша группа в гостиной собирается расходиться, он быстро ускользает и, как я подозреваю, прячется в оконной нише за гобеленом, покуда Огюст и его Немезида поднимаются по лестнице.

Гилберт, отправив Огюста вниз за своим «дипломатом», пребывает в страшной тревоге. Все доказательства того, что он в действительности Гилберт Драммонд, находятся в исчезнувшем портфеле. Если он потерян или украден, ему грозят серьезные неприятности. Обуреваемый нетерпением узнать, что делает Огюст, он начинает спускаться. Огюст находится в задней части дома, все остальные в гостиной, и Фламанд – случайно или намеренно – выходит из-за гобелена, столкнувшись лицом к лицу с Гилбертом Драммондом.

Фламанду приходится действовать быстро и бесшумно. Думаю, он оглушил свою жертву рукояткой «гуманного убийцы», втащил его за гобелен, приставил дуло к его голове и нажал на спуск.

После избавления от врага образ действий абсолютно ясен. Фламанд оставляет тело за гобеленом, быстро поднимается в комнату Гилберта и уничтожает все доказательства личности последнего, какие может найти. Если его кто-нибудь увидит – за исключением Эвелин и Кена, которые хорошо разглядели его на дороге, – это не имеет значения. Любой, естественно, подумает, что это первый мнимый Гаске. Уничтожив доказательства, он выскользнет из дома, а потом явится снова в качестве подлинного Харви Драммонда, на которого напали на дороге, – это будет втройне безопасно, так как Кен практически признал в присутствии всех, что он был настоящим Драммондом. Фламанд окажется в замке, готовый ограбить Рэмсдена. Никто в мире не заподозрит Фламанда в убийстве, так как мошенника тогда якобы не было в доме, а личность Харви безмолвно подтверждена…