за что не изменить. Оно только стало хуже. ― Слёзы душили её, Рэд только и мог что прижиматься к её щеке, пытаясь успокоить. ― Если бы я не попала в это тело, то всё было бы иначе.
― Ты ошибаешься. ― Демон присел на колени перед ней у кресла, смотря ей в глаза. ― Такое будущее ждало этот мир изначально. Но у тебя, действительно, есть шанс всё поменять. Мы вместе придумаем, как избежать ужасного финала этой истории.
― А ты? Ты смог его избежать? ― Резко спросила Лия, вспоминая, что тому пришлось убить свою возлюбленную. ― Как тебя зовут на самом деле? Рик ведь не полное имя?
― Фредерик. ― Устало признался демон. ― Риком называла меня только она. Святая, с которой мне посчастливилось встретится и которую я полюбил всем сердцем. Но… наша история не закончилась на той войне.
― Правда? ― Лия чуть наклонилась вперёд, надеясь, услышать, что их ждал счастливый конец. Она ждала, что он вдохнёт в неё уверенность и надежду.
Чёрные глаза демона были наполнены печалью и грустью.
― Наверное, стоит начать с нашего знакомства. Я был молод и глуп. Частенько выбирался в ваш мир. Искал сам не знаю чего. Постоянно озирался в поисках кого-то. И мир людей казался мне интересным, ведь нам, демонам, чужды людские эмоции и переживания. Я не понимал тех, чувств, что вы испытываете.
И понять, почему вы плачете или отчаиваетесь, не мог. Привязанность, любовь… Это всё было так далеко от меня.
Я не был человеком, поэтому моя нить не была сплетена богиней. Так по крайней мере я думал тогда. Думал, что богине плевать на таких существ, как я.
Я мог питаться вашими эмоциями, но всё это было фальшивым. И я совершил самую ужасную ошибка, которая и погубила ту, что стала для меня всем.
Единственное, от чего я испытал хоть что-то ― было создание новых заклинаний, которыми я вдохновлялся у людей. Я… создал истинный демонический огонь, который был способен уничтожать людские души. Мучительное пламя, о котором я о сих пор жалею.
Лия в ужасе отшатнулась от демона, теснее прижимаясь к спинке кресла. Что? Как же так? Этого просто не может быть… Тот, кто создал это ужасное заклинание, сидел перед ней. Но… Откуда его тогда знает Эмилия?
― Ту гамму эмоций, что люди испытывали из-за огня, поражала меня. Там был ужас, отчаяние и… сожаление. Но всё изменилось, когда я повстречал её… Святую, любимицу этого мира. Просто одна случайная встреча изменила меня.
Я был ранен из-за своей глупости, убегал, не в силах использовать свою силу. В тот день я потерял свой гримуар, артефакт наполненный тёмной энергией моего мира. Тогда мы и встретились.
Святая спасла меня, исцелив своей божественной силой. И я начал к ней приглядываться. Думал, что питаю к ней лишь благодарность, но… Мне нравилось дурачиться с ней, «играть» в человека.
Любопытство влекло меня к ней. Просто… она отличалась от других. Видела меня другим: радовалась всяким глупостям и всегда была добра.
Я и сам не заметил, как во мне стали просыпались чувства, которых раньше я не испытывал. И я был счастлив… Те несколько лет пролетели, как одно мгновение. А затем разразилась война. Глупая человеческая война.
Мне было плевать на неё. Но я не учёл одного. Потеря гримуара стала для меня фатальной ошибкой. Тот, кто нашёл его, смог осуществить призыв… Он сковал меня словно невидимая цепь, заставляя подчиняться. Я стал инструментом в руках второго принца.
Но Святая освободила меня, пожертвовав своей жизнью. В тот момент, когда моя демоническая рука, наполненная тем самым огнём, задела её… Я понял, что богиня сплела мою нить с её, сделав нас истинной парой. И наша встреча была не случайна. Она хотела и мне подарить счастье. Глупому демону, что на самом деле был не достоин этого. И глупая случайность ― всё испортила. Если бы я не потерял гримуар, то всё было бы иначе.
И за то, что я не воспользовался даром богини и погубил её любимое дитя, она спустилась в тот день. Гнев переполнял её и… она прокляла меня.
Из раза в раз я должен был перерождаться человеком без воспоминаний. В каждой жизни я встречал любимую, от рук которой мне всегда было суждено погибнуть. Это было моим наказанием.
Лишь перед смертью я вспоминал о своём грехе, глядя в её прекрасные голубые глаза, чтобы потом вновь окунуться в петлю несчастливых перерождений, из которой не было выхода.
― Но ты всё же выбрался. Как?
Демон прижал руку к груди, и Лия всё поняла. Использовал своё пламя на себе.
― Это стало моим искуплением. Почувствовать на себе то, что я сам создал. После того как я сумел выбраться из плена проклятья, я больше не смел появляться в мире людей.
― Богиня поступила жестока. ― Покачала головой Лия.
― … она сожалела о своей вспыльчивости и не могла смотреть на результат своих творений и мучений дочери, поэтому покинула мир. Так она мне сказала перед уходом. ― Признался Фредерик.
― Но Святая же вновь переродилась?
― Да, но я никогда не искал её.
― Как же так? ― Лия не могла поверить, что теперь, когда он мог это сделать, демон просто сидел здесь и не делал ничего, чтобы встретиться с той, кого когда-то полюбил.
― Я трус, который боится увидеть в её глазах отвращение и ненависть из-за того, что она пережила из-за меня. ― Фредерик сжал кулаки, опуская голову.
― Но ведь она ничего не помнит.
― А я боюсь, что может вспомнить, как только увидит меня.
Лия тоже опустила голову: почему все лишь страдают. Его история, наоборот, лишила её последних крох надежды на спасение. Может ли вообще у её истории быть счастливый финал, если даже любимица богини в итоге стала несчастна?
Лия тяжело вздохнула: в её голове творился полный бедлам.
― Почему же ты помогаешь мне?
