— Мне кажется, там готово! — хмурится, деловито посматривая на плиту.
— Да, — довольно усмехаюсь. То ли вино подействовало, то ли он, и правда уже достаточно мучался? Теперь мне хочется утолить его голод…
В кухне есть пока только сама кухня с плитой и прочей техникой, а больше никакой мебели нет. Как и посуды… Поэтому, когда мы были в супермаркете, Влад купил фужеры для вина, и, скрепя сердце, согласился на одноразовую посуду, которую предложила я.
— Зато мыть потом не надо будет, — сказала я ему, пока мы стояли в очереди на кассе.
— Если тебе это не нравится, я могу помыть, — неожиданно предложил Влад.
Я удивлённо подняла брови. Хм… всё никак не привыкну, что Мистер Мажор не такой белоручка, как я о нём думала. Крышу у бабушки починил, теперь, вот, посуду помыть предлагает… Интересно, откуда он всё это умеет? Надо бы расспросить…
— Офигенно вкусно! — Влад ест стоя, а я сижу на столешнице. Мешки цемента мы решили не трогать. — Ты где так научилась?
Он смотрит на меня с таким неподдельным восхищением, что мне становится неловко. Вспоминаю бабулю, которая постоянно твердила мне, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. В детстве я беспокоилась, что не научусь готовить также хорошо, как она. Тогда бабушка снова делилась со мной мудростью: «если не уверена, что сготовишь вкусно, то сперва дай принцу оголодать. Голодному мужчине даже горелый блин покажется деликатесом!».
— Расскажу, — хитро пожимаю плечами. — Если ты мне расскажешь, где научился крыши чинить?
Влад снова откусывает большущий кусок мяса, и лукаво смотрит на меня:
— Тебе правда интересно?
— Ага! — делаю глоток вина. Оно так приятно согревает. — Безумно!
— Тут, в общем-то, и рассказывать особенно нечего, — пожимает плечами он, внезапно становясь серьёзным. — Когда мне было шестнадцать, родители развелись. Я уехал от отца, мы с мамой какое-то время жили в стеснённом финансовом положении, вот я и подрабатывал… — Влад как-то смущённо опускает взгляд.
Надо же! Не думала, что его хоть чем-то можно смутить!
— Крыши крыл? — поднимаю брови.
Ох, надеюсь, бабуля никогда об этой подробности его биографии не узнает! А то тогда уж точно женит его на мне! Ну или на себе! Такого рукастого парня ей в хозяйстве как раз не хватает!
— Я разное делал… — секунду Влад смотрит в пустоту перед собой, словно за его словами скрывается что-то куда более серьёзное, чем он хочет показать. Потом он моргает, и поворачивается ко мне уже с прежним лукавым выражением на мужественном лице.
— Я доел.
— Я вижу. Только это не «доел» называется. А «закинул». Или «поглотил»! Как можно было тарелку мяса за пять минут съесть? — удивлённо мотаю головой.
Влад подходит ближе и вклинивается между моих ног. Положив руки на колени, нежно разводит их в стороны. Теперь, когда я сижу на столешнице, наши лица оказываются на одном уровне…
— Я же не виноват, что ты такая вкусная… — бархатистый голос заставляет всё внутри сжаться от предвкушения…
— Ты хотел сказать, мясо вкусное? — тихо шепчу, сама не замечая, как руки оказываются на его широких плечах…
— И оно, и десерт, — невпопад кивает Влад, кладя палец на мои губы. Сминает их, ласкает, надавливает на центр, проскальзывая внутрь…
В подёрнутую пеленой страсти голову приходит запоздала мысль о том, что десерт-то мы как раз не купили…
Но когда Влад касается своими губами моих, я чувствую такую невообразимую сладость, что все прочие мысли напрочь покидают меня…
Глава 49
Вася
Запрокидываю голову, разрешая нетерпеливым поцелуям Влада опуститься вниз по моей шее. Его энергетика накрывает меня с головой. Мощь, уверенность, дикая, необузданная страсть… Как можно сопротивляться такому коктейлю?
Быстро расстёгиваю пуговицы на его рубашке. Несколько особенно непослушных рискуют быть выдранными с мясом, потому что я спешу… Спешу поскорее получить доступ к его шикарному, рельефному телу.
Дёргаю последнюю и спускаю ткань с плеч. Сама не заметила, как обвила ногами его талию. В промежность мне упирается его мощный член, и я с томительным предвкушением трусь о него раскрытой киской. Ткань трусиков уже намокла. Когда я представляю, как его член врывается в меня, дырочка начинает почти болезненно пульсировать от желания.
Влад хватает меня под попку и вдавливает в себя плотнее. Его язык снова врывается в мой рот, мы оба задыхаемся от нетерпения…
Он резко дёргает в сторону мои трусики. Пряжка его ремня ударяется о столешницу с лёгким металлическим звоном. Чувствую, как его горячая твёрдость упирается в скользкие складки, и тут же резко двигается вперёд. Я охаю и громко стону от его несдержанности.
Между ног всё горит. Его член утопает в моей смазке. Юбка задирается до талии, и я чувствую прохладную поверхность столешницы…
Влад врывается в меня и замирает на секунду.
— Ты такая узенькая, Вася… — хрипит, пока я, и сама, чувствую эту тесноту. То, как его член заставляет мою киску расшириться, делает её больше, натягивает… — Люблю быть в тебе, детка, — Влад подкладывает раскрытую ладонь под копчик, не давая пошевелиться. — Люблю…
Внезапно я распахиваю глаза и заглядываю в его дикие, горящие…
Неужели, он, и правда, хотел сказать именно это? «Люблю»?
Сердце заходится в безумном ритме, а его твёрдый, распирающий всё внутри член начинает ритмично вбиваться в меня. От его толчков я подпрыгиваю на столешнице. Одновременно двигаясь в меня, Влад надавливает мне на попку, насаживая на себя всё сильнее.
Резкие электрические импульсы разносятся по телу, оседая в сосках и делая их ужасно чувствительными… По венам течёт расплавленная лава. Она бурлит и лишает меня остатков здравомыслия, и тогда я стону:
— Я тоже люблю тебя…
В этот момент мне совершенно всё равно, что он обо мне подумает! Плевать и на то, как эти слова изменят наши отношения! Для меня сейчас это признание кажется таким естественным, как дышать…
Его движения становятся всё более резкими, рваными. С каждым толчком он проникает всё глубже и глубже, и я распахиваю ноги шире, чтобы позволить ему это. Мне хочется, чтобы он брал меня! Всё жёстче, резче и сильнее!
Кажется, мы оба будто перестаём быть собой… Растворяемся друг в друге, превращаясь в одно тело, в один сплетённый клубок обострённых нервов!
Хватаюсь за его волосы, утопаю в запахе его тела… Кажется, даже царапаю его, но Влад даже не думает сбавлять скорость.
Наши тела ударяются друг об друга с порочными хлюпающими звуками, что эхом разлетаются по просторной и пустой квартире…
Я смотрю на него, а он на меня. Кажется, никого, кроме нас больше не существует в этом мире…
Он пробирается как-то особенно глубоко, и я чувствую, как ток пронзает меня острыми иголками…
Я кричу, замирая над пропастью, а потом срываюсь в неё, летя вниз брошенным в пропасть камнем. Без подстраховки, без парашюта. Знаю, что полёт с такой высоты неминуемо кончится плохо, но сейчас мне совершенно плевать на это! Ведь это неземное блаженство непременно окупит боль от падения…
Тело содрогается в непроизвольных конвульсиях. Острая дрожь лишает меня способности управлять им. Влад сгребает меня в охапку, хрипит мне в шею что-то неразборчивое и… тоже присоединяется к моей сладкой агонии, орошая меня своим горячим семенем…
В ушах как-то странно гудит. Глаза слипаются. Чувствую себя ужасно уставшей и приятно обессиленной. Влад берёт меня на руки и несёт куда-то, а я просто закрываю глаза и позволяю ему отнести себя в комнату…
Диван посреди гостиной покрыт полиэтиленовой плёнкой. Влад снимает её и кладет меня на бархатную поверхность. Сам ложится рядом и накрывает нас своим пиджаком… Устраиваюсь у него на плече и закрываю глаза…
Внутри вспыхивают хаотичные импульсы желания поговорить и обсудить наши признания, но сейчас мне так хочется спать, что я не нахожу в себе сил сделать это. Завтра. Всё будет завтра… Ведь у нас впереди ещё столько времени!
