Читаем без скачивания Кровавая Земля (ЛП) - Бернард Корнуэлл

- Вы все уходите? - спросил почтальон.

- Завтра вся армия уйдет, - подтвердил Дилейни.

- Куда?

- Через холмы, далеко отсюда, - беспечно ответил Дилейни. По его щекам струился пот. - Но я полагаю, что скоро вернутся федералисты?

- Наверняка, - подал плечами почтальон. Он взвесил письмо в руке и нарочито засунул его в ящик, а не к другим письмам из армии Конфедерации. - Оно дойдет до адресата, - пообещал он, - только не знаю, когда.

- Весьма вам обязан.

Выйдя из почтовой конторы, Дилейни прислонился к стене. Он трясся, как в лихорадке. Боже мой, подумал он, не хватает у него духа для таких дел. Он почувствовал внезапный позыв к рвоте, но смог с ним совладать. С него градом катился пот. Какой же он идиот! Не смог удержаться, чтобы не порисоваться. Он намеренно пытался произвести впечатление на человека, который, по его мнению, симпатизировал Северу, но знал, что глупо рисковал, и мысль о петле палача снова вызвала спазм в горле.

- Вам нехорошо, майор?

Дилейни поднял глаза и увидел пожилого священника с белым воротничком, который оглядывал его с сочувствием, но с осторожностью. Без сомнений, он опасался, что Дилейни пьян.

- Это всё жара, всего лишь жара, - отозвался Дилейни.

- Тепло, - согласился священник с явным облегчением, что не выпивка явилась причиной недомогания Дилейни. - Вам нужна помощь? Может, стакан воды?

- Нет, благодарю вас. Я справлюсь, - Дилейни внезапно поднял голову, когда вдалеке послышался раскат грома. Никаких туч видно не было, но звук далекой грозы трудно было с чем-то спутать. - Может, дождь прогонит жару, - сказал он священнику.

- Дождь? - нахмурился тот. - Это не гром, - сказал он, сообразив, что имел в виду Дилейни. - Это пушки, майор, пушки, - он посмотрел на запад, вдоль по Мейн-стрит, туда, где виднелись зеленые поля и очертания палаток мятежников. - Харперс-Ферри. Это наверняка в Харперс-Ферри. Да поможет Бог тем несчастным.

- Аминь, - сказал Дилейни. Аминь.

Потому что сражение началось.

***

Пушки откатились по собственной колее, выплюнув из стволов дым на шестьдесят футов вперед и оставив на траве, где еще мелькали огоньки от предыдущего выстрела, выжженные отметины от пыжей. Звук орудий был таким громким, что его можно было ощутить как прикосновение, будто вздрогнула сама планета. По долине засвистели снаряды, оставляя за собой небольшие дымные следы от горящих запалов, а потом разорвались над дальним холмом брызгами грязного сероватого дыма. Дымные следы в воздухе задрожали от порыва ветра, стали тонкими и прозрачными, а потом выстрелила другая батарея, и траву перед пушками снова резко пригнуло к земле, а небо прорезали новые дымные следы. Из стволов пушек донеслось шипение, когда в дула засунули влажные банники. На холме батарея янки открыла ответный огонь, но у северян было гораздо меньше пушек, а орудия мятежников установлены на удачных позициях и хорошо нацелены, так что канониры северян погибали один за одним, пока над ними свистели осколки.

Северяне оттащили пушки с холма, оставив в обороне только пехоту. Артиллерия южан поменяла мишень, и теперь снаряды разрывались в лесу, кустах и скалах на вершине гряды. Некоторые пушки стреляли обычными снарядами, разметывая кучи глины и листьев, а другие использовали картечь, которая разрывалась в воздухе, выбрасывая в сторону обороняющихся янки ружейные пули.

- Застрельщики? - к Старбаку галопом мчался подполковник Гриффин Свинерд. - Застрельщики? - снова прокричал он.

- Они там, полковник, - ответил Старбак.

Желтоногие находились на правом фланге бригады Свинерда, слева от Легиона, и Старбак позаботился о том, чтобы его рота застрельщиков вышла до того. как Мейтленд отправит вниз, в долину, застрельщиков Легиона. Старбак тщательно отобрал своих застрельщиков из тех людей, которые лучше всех держались на марше к северу от железной дороги. Основной части солдат марш дался нелегко, они всё медленней и медленней хромали на окровавленных и покрытых волдырями ногах, пока батальон мучительно ковылял по долине к северу от Чарльзтауна, достигнув места, как раз когда первая пехота Джексона свернула в ту же сторону после долгого перехода из Фредерика в обход Харперс-Ферри, к местности, что лежала к югу от осажденного федерального гарнизона.

Гарнизон пытался оборонять возвышенности рядом с этим речным городом, но пока не слишком решительно. Пушки янки быстро сдались, и теперь пришла очередь испытать пехоту. Единственная рота застрельщиков Старбака уже сражалась, в долине поднимались маленькие серые дымки от их винтовок. Ответные виднелись высоко на дальнем склоне, и Старбак мысленно поторапливал Поттера, чтобы поднажал, хотя, положа руку на сердце, должен был признать, что его застрельщики дерутся отлично. Они намного опередили застрельщиков Легиона. Звуки схваток застрельщиков доносились волнами треска, которые можно было расслышать лишь когда прекращали огонь пушки. Свинерд смотрел в бинокль, как падают на дальнем холме снаряды мятежников. Старбак мог разглядеть лишь хаотичную и раздробленную линию пехоты в синих мундирах под яркими знаменами. Шеренга не была непрерывной. Между полками виднелись проемы, солдат не было и там, где им мешали выровнять строй кусты или скалы, а время от времени эта обороняющаяся шеренга и вовсе исчезала, когда янки прятались в ямах или за валунами.

- Не вижу окопов, Нат, - сказал Свинерд.

- И на том спасибо, Господи, - отозвался Старбак.

Свинерд поморщился, но не возмутился богохульством Старбака. Вместо этого он показал левой рукой на конец шеренги янки.

- Полагаю, вы сможете занять эту позицию? - спросил он. - Скажем, от края гряды и до орудий?

- Думаю, да, - согласился Старбак. По правде говоря, он понятия не имел, как поведут себя в драке Желтоногие. Не знал он также и как сам себя поведет в первом сражении с тех пор, как его захлестнул ужас в том исхлестанном дождем бою около особняка Шантильи. Он чувствовал, что этот ужас снова над ним навис, придав странное ощущение отделенности от тела, словно его душа наблюдает за телом и удивляется, что оно столь спокойно реагирует на приказы Свинерда.

- Подождите сначала остальных, а потом выступайте, - сказал Свинерд, развернул лошадь и поскакал к подполковнику Мейтленду, который сидел верхом позади центральной роты Легиона.

Старбак пошел к центру собственных рядов, где стоял капитан Билли Тамлин со знаменосцами. Выданный правительством штата флаг размером в четыре квадратных фута выглядел жалко по сравнению с тридцатишестифутовым ярким шелковым полотнищем, развевавшимся над Легионом. Старбак передал Тамлину приказ и вышел перед батальоном.

Задачей Старбака было приободрить людей. Их окрестили неудачниками, снабдили антикварным оружием, а теперь Нату предстояло убедить их в том, что они победят.

- У них нет пушек! - прокричал он, - одни ружья.

Наверняка янки были вооружены винтовками, но не стоило сейчас говорить правду.

- Они ужасно перепуганы, - продолжал он. - Наверняка сломаются, как только вы подойдете на расстояние выстрела, но если вы начнете колебаться, то это их воодушевит. Ни один из вас не погибнет, пересекая долину. Помните об этом! У них нет пушек! Мы пересечем долину, и когда я дам приказ, вы пойдете в атаку на ублюдков! А до этого не стреляйте. Нет смысла тратить патроны, стреляя издалека. Не стреляйте, ждите приказа идти в атаку, а потом с криком бросайтесь на них! Чем быстрее они побегут, тем больше всего побросают, чем больше солдат вы убьете, тем больше ботинок получите. А теперь примкнуть штыки!

Он повернулся, чтобы поглядеть на позицию, на которую они будут продвигаться. Слева местность круто обрывалась в сторону бегущего к Потомаку ручейка. Харперс-Ферри лежал там, где в Потомак впадала река Шенандоа, у этого слияния рек возвышались три отрога, с которых просматривался город. Войска Джексона сейчас заняли все подходы к возвышенностям и штурмовали их. Оттесни янки с этих холмов, и городской гарнизон, увеличившийся за счет других войск северян, искавших укрытия от натиска Джексона, будет подавлен артиллерией мятежников. Местные жители, просочившиеся сквозь ряды янки, рассказали южанам, что в городе попали в ловушку больше двадцати тысяч янки, и даже если это было преувеличением, это значило, что город завален провиантом, оружием и припасами - всем тем, в чем нуждался Специальный батальон.

Старбак оглянулся и увидел, что теперь батальон стоит с примкнутыми штыками. Он был небольшим, но не меньше прочих, чей размер уменьшила война. Легион был больше, но всё равно Старбак полагал, что в нем осталась лишь половина людей, выступивших к Манассасу, в первое сражение войны. Капитан Траслоу вышел из рядов Легиона с винтовкой на плече, где, как и у Старбака, не было никаких лычек, соответствующих званию.