– Сам ты толстый. Вот, что, Алексий, – пропустив воинов, грек тронул поводья и, оглянувшись по сторонам, зачем‑то понизил голос: – А не гульнуть ли нам немного? Так сказать, согрешить! Пост‑то, чай, давно кончился.
– А, пожалуй! – с готовностью откликнулся Лешка. – Только вот как? Боюсь, старик прознает. Мне почему‑то кажется, что церковный сторож ему о нас стучит.
– Стучит?!
– Ну, докладывает.
– А, это ясно, что докладывает, – Владос хохотнул и, пригладив рыжую шевелюру, заговорщически подмигнул приятелю. – Так мы ведь не из дома будем на гулянки бегать!
– А как же тогда?
– А прямо днем… Вот, зачем нам вдвоем ехать? Телегу и один может загрузить – тяжело, конечно, но оно того стоит. В общем, предлагаю ездить за кирпичами по очереди. Сегодня – один, завтра – другой. Вот и погулять можно будет – считай, целый день! Знаешь, сколько в Трапезунде «веселых домов» – лупанариев?
Лешка усмехнулся:
– А сколько?
– Много! – со значением отозвался грек.
– Но там ведь надо девкам деньги платить.
– Во, дает! Конечно, надо. А ты что, проходимец этакий, хотел за так? Ничего‑ничего, не жмотничай.
– Но денег‑то маловато осталось, – озаботился Лешка.
– Так попросим у старика! Скажем, новые башмаки хотим справить.
Дед Николай деньги дал. Поворчал, но дал, в счет будущей зарплаты, так сказать – авансом. Обрадованные друзья всю ночь шептались, а утром, как только выехали за ворота церковного двора, подбросили вверх мелкую медную монетку – обол:
– Ну, голова или нос? – зажав медяху в кулак, осведомился грек.
– М‑м‑м… Нос! – решительно заявил Лешка.
Владос разжал руку – вместо ожидаемого изображения вражеского корабельного носа – ростра – там бугрилась кудрявобородая голова императора Мануила.
– Моя очередь! – радостно закричал грек и, хлопнув приятеля по плечу, добавил: – Не отчаивайся, ведь завтрашний день – твой!
Он спрыгнул с телеги, едва та успела завернуть за угол – и был таков.
– Везет же людям, – Лешка покачал головой и улыбнулся. И в самом деле, чего расстраиваться‑то? Ведь завтрашний день – его.
А сегодня уж пришлось потрудиться. Загрузить целую телегу кирпича – и вдвоем‑то не получится, а уж одному…
Святящийся, как голый зад при луне, грек внезапно вынырнул из темноты уже у самой церкви – Лешка нарочно ехал помедленнее, крутил головой. И все ж – не заметил.
– Ну, слава богу, успел! – запрыгнув на облучок, Владос перекрестился на церковный купол с большим золоченым крестом.
– Скажи спасибо, что я подождал, – буркнув, Лешка повернулся к приятелю. – Ну, как?
– Просто, как в сказке! Недалеко от старой башни есть одно заведение, я тебе расскажу, как найти…
Лупанарий Лешка отыскал сразу, заведение располагалось на втором этаже ничем не примечательной харчевни, в подробностях описанной Владосом.
– Что угодно господину? – к гостю тут же подбежал лысый трактирщик с небольшой черной бородкой и вислыми усами. – Есть хорошее вино, родосское… – трактирщик понизил голос и, весело подмигнув, осведомился: – Желаете подать на второй этаж?
– Ж‑желаю, – Лешка чувствовал себя как‑то скованно, все ж таки впервые в жизни посещал столь одиозное заведение, да еще и черт знает где.
– Прошу, мой господин! – поклонившись, лысый повел посетителя к лестнице, почтительно интересуясь, какую закуску подать к вину:
– Белые пышки, черные маслины, оливки?
– Оливки, – решительно кивнул юноша.
– Прошу!
Резким движением руки хозяин заведения откинул одну из тяжелых портьер, скрывавшую вход в небольшой альков, все убранство которого составляли широкое ложе и небольшой столик на гнутых деревянных ножках.
– Придется немного обождать, – гостеприимно кивнув на альков, улыбнулся хозяин. – Не очень долго… Да, извините, что спрашиваю – у вас имеются платежные средства?
Лешка без лишних слов вытащил из кошеля несколько небольших серебряных монет – денариев:
– Этого хватит?
– Вполне, – улыбнулся трактирщик. – Еще раз прошу прощения… видите ли, любезнейший господин, в последнее время развелось столько жуликов, и таких, я вам скажу, ловких, что и не отличишь от честных людей, таких, как мы с вами.
Еще раз попросив немного обождать, хозяин заведения зажег зеленоватый светильник и задернул портьеру.
Усевшись на ложе, Лешка недоуменно пожал плечами. Вино… закуска… А где же девочки? Он что, ошибся? Или не так попросил? Или это грек все напутал? Портьера внезапно качнулась, и в комнату, грациозно покачивая бедрами, вошла… нет – вплыла – пэри! Красавица из восточных сказок, с темными чуть раскосыми глазами и нежно‑оливковой кожей. Полупрозрачные шальвары из тонкой зеленоватой ткани отнюдь не скрывали стройные бедра, а кроме шальвар, на красавице была лишь узенькая, затканная золотом жилетка, оставлявшая обнаженным живот с темной ямочкой пупка. Темные волосы девушки стягивал узкий серебряный обруч. Придерживая обеими руками, пэри несла на голове большое серебряное блюдо с кувшином и двумя бокалами.
– Ты просил вина, господин! – изогнувшись, красавица поставила блюдо на столик и уселась рядом с Лешкой. – Как твое имя, о благородный юноша?
– Алексей… Али… А ты?
– Меня зовут Балия.
– Ты очень красивая… Девчонка лишь усмехнулась. Лешка потянулся к кувшину:
– Выпьем вина?
– Охотно…
Рука юноши дрогнула, и рубиновые капли упали на серебро, растеклись кровавыми кляксами.
– Ложись, мой господин, – выпив вина, промолвила Балия. – Я сделаю тебе чудесный массаж!
Лешка потянулся к поясу…
– О, нет, господин. Я сама тебя раздену… Поверь, у меня это лучше получится.
Лежа на животе, быстро освобожденный от одежды юноша чувствовал, как нежные девичьи руки гладят его спину и плечи… Не выдержав, перевернулся – голая красавица грациозно изогнула спину…
– О Балия! – парень набросился на нее, словно тигр.
– Постой, постой… – шептала девушка. – Не так быстро… Я ведь никуда не спешу…
Темные соски пэри казались Лешке терпкими на вкус, кожа была горячей и шелковистой, а тело – гибким и соблазнительным.
– Балия… Балия… Балия…
Бессильно откинувшись на ложе, Лешка погладил девушку по бедру:
– Какая ты красивая, Балия!
– Красивая? – девчонка прилегла рядом и вздохнула. – О, у нас есть девушки куда красивее меня! Ты можешь их попробовать… Правда, не советую – дорого. Да и вообще…
– Нет, – Лешка покачал головой. – Мне кажется, здесь самая красивая – ты.
– Наверное, ты просто не видел других, – улыбнулась Балия. – Знаешь такой поцелуй – «вкус лотоса»?
– Нет.
– Сейчас я тебе научу… Иди сюда!
Их губы снова слились в поцелуе, долгом и страстном, Лешка никогда еще ни с кем так не целовался… даже с почтальоншей Ленкой. А руки девушки уже ласкали его тело, и твердые, налитые любовным соком соски крепко прижимались к груди…
– Балия… – сладко простонал юноша. – Поистине нет тебя прекрасней… Нет! Нет! Нет!
Они уговорились встретиться через день, и Лешка еле дождался, когда этот день наступит. На этот раз Балия танцевала для него, тихонько ударяя в бубен.
Босые ноги ее скользили по ворсистому ковру алькова, обнаженное оливковое тело изгибалось… так, что юноша увлек ее в постель, не дожидаясь окончания танца.
– Балия…
– Мне тоже хорошо с тобою, Али! Налей еще вина… Впрочем, как хочешь.
Поднявшись с ложа, девушка подошла к узенькому окну и посмотрела в небо:
– Опять тучи. Кажется, снова пойдет дождь.
– И пусть…
Балия зябко поежилась:
– Все равно, не люблю зиму. А ты?
– Замерзла? – вскочив на ноги, Лешка обнял девчонку за плечи, погладил по животу и груди…
– О, ты хочешь меня согреть, мой господин? – девчонка изогнулась, упираясь руками в край столика. Обернулась лукаво: – Что ж, я не против.
– Балия…
Потом они наконец допили вино и, обнявшись, уселись на ложе.
– Расскажи мне о себе, – попросила девчонка и, вдруг оглянувшись на портьеру, добавила шепотом: – Расскажи то, что хочешь рассказать, а чего не хочешь – не рассказывай. Абдылчак, хозяин, заставляет нас расспрашивать посетителей. Расспрашивать не просто так – с хитростью. А я не хочу хитрить – устала. Тем более, ты мне очень понравился… Ты не такой, как все. Другой. Я это чувствую!
– Да ладно, – Лешка не знал, огорчаться или радоваться. – Ну, если тебе надо – расскажу. Только предупреждаю, рассказ будет длинным.
Он рассказал Балии почти все, естественно, исключая трактор, Черное болото и прочее. Почему‑то утаил и Гюльнуз, но все, что касается рабства, пиратов, побега и нынешней работы на старика Николая Скадоса – изложил в подробностях и даже с юмором.
– Так, говоришь, этот старикашка запрещает вам заводить любую дружбу? – хохотала девчонка. – А ты со своим другом все ж таки его обманули! Молодцы. Сколько он вам платит, этот старик?
