прав. Аккуратные слегка витиеватые буквы больше свойственны барышням, нежели мужчинам.
– Что с того?
– Кто же тогда, по-вашему, автор этих строк? Если бы не женский почерк, можно было бы предположить, что сам Фамилиен описал свою жизнь для потомков. Но если его исключить, кто остаётся? Его супруга Мелани? Она бы не стала записывать историю, в которой выступает в невыгодном свете. Лилая? Но она была горничной, а значит, не обучена письму. Я думаю, бумаги, которые вы держите в руках, это всего лишь чья-то попытка написать роман, – усмехнулся Теодор. – И надо отдать автору должное – талантливая попытка.
В словах лорда была логика. Но роман это или не роман, Николетт хотелось узнать, что произошло дальше.
– Здесь явно не хватает нескольких листов, – она кивнула на записи. – Повествование обрывается неожиданно. Где-то должно быть продолжение. Вы пробовали найти?
– Я не нашёл продолжение. Но догадываюсь, чем закончилась история.
– Чем?
Теодор не успел ответить на вопрос. Дверь в библиотеку распахнулась, и внутрь вкатился… довольный розовощёкий папенька. Какими судьбами родителя снова занесло в Рош-ди-Вуар? Крайнее удивление не помешало Николетт подскочить на ноги. Руки папеньки были раскрыты, он стремительно приближался, и она приготовилась очутиться в отцовских объятиях. Но неожиданно вся буря приветственных эмоций вместе с объятиями обрушилась на Теодора.
– Зятёк, дорогой! – отец потискал остолбеневшего лорда. – Я, как только узнал, сразу в дорогу. Ох, молодость! – погрозил он беззлобно пальцем. – Вот так, сгоряча, без отцовского благословления?
Николетт сама начала ощущать, как потихоньку столбенеет. Это что же, папенька как-то узнал о «тайной помолвке» дочери? Кухарка проболталась? Или Мариэлла? А может, генерал Дидье?
– Папенька, ээээ… понимаешь… – только и смогла выдавить Николетт.
– Конечно, понимаю, – отмахнулся отец. – Не беспокойтесь, дети, я мешать вашему счастью не намерен. Ох, зятёк, – снова переключился он на Теодора, по-отечески похлопывая по плечу, – а я ведь сразу почувствовал. Ещё в прошлый мой приезд. Родительское сердце не обманешь.
Отец довольно крякнул и продолжил свой радостный монолог:
– Тебе, мой дорогой, повезло, малышка-то моя, красавица, благовоспитанная, прилежная, молчаливая, кроткая, – перечислил папенька все качества, которые требовал от будущей супруги генерал Дидье.
– Кроткая, – с каким-то нервным смешком повторил пребывающий в крайне озадаченном состоянии Теодор.
– И приданое у неё вполне приличное, – заверил папенька.
– Приданое? – это уже пискнула Николетт.
Она думала, что безвыходная ситуация совсем лишила её дара речи. Но от изумления голос всё-таки прорезался. Николетт была уверена, что всё, что у них в имении представляло хоть какую-то ценность, уже было отдано в качестве приданого сёстрам. И давно свыклась с мыслью, что является бесприданницей.
– Да, приданое. Разве мог я обделить мою младшенькую? – папенька, наконец, оторвался от «зятька» и потрепал по голове Николетт. А потом махнул рукой кому-то в коридоре: – Вносите!
Глава 35. Две минуты тет-а-тет
Глава 35. Две минуты тет-а-тет
В каком бы смятении от всего происходящего не находилась Николетт, в ней моментом вспыхнуло жгучее любопытство после папенькиного «Вносите!». О чём речь? Что же сейчас внесут в библиотеку? Она вытянула шею и увидела в проходе спину одного из слуг. Похоже, был ещё и второй. Однако заметить, что у них в руках, Николетт не успела. Обогнув работников, в дверь ворвался генерал Дидье. О, боги! А он-то тут откуда?! Хотя вообще-то Теодор предупреждал, что генерал обязательно явится ещё раз. Но более неподходящего момента для его появления придумать было сложно.
Дидье захлопнул за собой дверь, оставив слуг с таинственным приданым Николетт куковать в коридоре. Чеканной походкой он прошествовал к столу и вопросил с недовольством и раздражением:
– Многоуважаемый господин Огюстье, извольте объяснить, что тут происходит? О каком приданом речь, если у нас с вами была договорённость насчёт вашей дочери.
Папенька нисколько перед генералом не оробел.
– Вынужден извиниться, многоуважаемый господин Дидье, но моя дочь уже помолвлена с лордом Теодором.
Он по-отечески приобнял генерала за плечи:
– Ах, молодость! Порывы чувств. Сердцу, как вы знаете, не прикажешь, – вдруг вспомнил романтическую строчку отец. – В общем, с этого момента наши договорённости потеряли силу.
Папенька, конечно, уже успел прикинуть, какая перспектива лучше: иметь в зятьях отставного генерала или сына самого Доминика, главного министра королевской ложи.
– Эту помолвку легко расторгнуть, – безапелляционно заявил генерал. – Она произошла без родительского благословения.
– Что ж, я готов прямо сейчас благословить молодых. Дети мои, подойдите же скорее к любящему родителю, – с театральным надломом призвал папенька и так стоявших рядом Николетт и Теодора.
Вот это переделка. Николетт, пожалуй, ещё ни разу за свою жизнь не оказывалась в таком щекотливом положении. Сознаться отцу, что помолвка ненастоящая? Прямо сейчас, в присутствии генерала? Тогда ей точно не избежать стать невестой Дидье. Но если ни в чём не сознаваться, то существует перспектива прямо сейчас стать невестой Теодора. Сам-то Теодор почему молчит? Давно бы мог раскрыть карты, что никакой помолвки не было.
Николетт глянула на лорда. Тот уже выглядел не таким ошарашенным. Появление генерала, похоже, сильно его взбодрило. И не просто взбодрило, а, судя по блеску в глазах, придало азарту. Он метнул в сторону Дидье злорадный взгляд, а сам взял Николетт за руку и подтолкнул к папеньке для «благословления».
Теодор понимает, что делает? Николетт сделала страшные глаза и придала лицу соответствующее выражение, пытаясь дать понять лорду, что выходить из ситуации нужно каким-то другим способом. Этой заминкой воспользовался генерал – тут же вклинился между папенькой и «молодыми».
– Господин Огюстье, позвольте заметить, что этот ваш театральный жест не будет иметь никакого юридического значения. Кроме вашего благословления требуется ещё и благословение родителей лорда Теодора. Думаю, для них станет неприятным сюрпризом новость о тайной помолвке сына. Разгорится скандал, – наступал на отца Дидье. – Вы хотите неприятностей? Пока не поздно, предлагаю уладить дело по-хорошему.
– Мои родители уже знают о помолвке, – Теодор оттеснил генерала. – Господин Дидье, разве ещё в первый ваш приезд я не сказал вам со всей определённостью, что Николетт – моя невеста? Не были бы вы так любезны, отправиться из замка Рош-ди-Вуар по своим неотложным делам? Уверен, они не терпят.
Дидье сделался серым, ощущая, что проигрывает. Но сдаваться не собирался.
– Хорошо. Я уеду, но только если услышу от Николетт однозначное «нет».
