облаков, было видно, как они менялись местами, пока набирают высоту для очередного пикирования.
И так раз за разом, пока они нас не достанут.
— Поворачивай к озеру! Скроемся за дымом!
Лаура складывает крылья и камнем падает вниз.
Противник послушно следует за нами.
Черная завеса всё ближе. Но всё еще высоковато.
Тщательно целясь, опустошаю один из револьверов.
Одна из пуль щелкает грифона по твердому клюву и рикошетит куда-то в небо. Тварь мотает башкой. Несмотря на то, что видимого эффекта выстрел не произвел — преследователю наверняка поплохело.
Тац-тац! — Выпускает последние два болта наездник.
Один прошивает крыло, другой глубоко втыкается в заднюю ногу.
Весьма метко, собака. А ведь он мог подождать еще пару секунд и выстрелить еще с меньшего расстояния. Или боялся потерять нас в дыму?
Краем глаза слежу за приближающимся горящим озером. Уже скоро.
Вешаю на спину Фалькону стрелкомет.
— Астарот, подсобишь?
— На крылья не надейся, mortalis. — Сонно рычит он.
И правда, с ними было бы проще…
В ноздри бьет дым. Жидковатый, жаль. Но выбора нет, пора.
Разрезаю ремни острыми когтями, и поток ветра буквально выбрасывает меня навстречу грифонам.
Острый клюв появляется прямо передо мной, крупный глаз косит на меня, клюв начинает открываться. Поздно.
Я уже лечу к наезднику, что еще более удивлен появившимся из ниоткуда человеком… человеком ли?
Когтистая лапа вонзается в грудь, ломая ребра и позвоночник. В последний момент вонзаю вторую руку, чуть не улетел дальше, располовинив наездника. Плечо протестующе болит, что-то щелкает. Терпимо.
Тац! Тац! — Раздается справа знакомый звук. Наездник на втором грифоне тоже заметил, что у соседа появился гость.
Дзынь! — Отскакивает первый болт от чешуйчатой руки. Вокруг второго смыкаются когтистые пальцы.
Ну и дерьмовое оружие. Пулю бы я так не поймал.
— Теперь моя очередь. — Рычу я.
— Ниже. Вот так. — Шепчет Астарот, поправляя прицел.
Болт молнией возвращается владельцу, прошивая насквозь череп и исчезая в дыму.
Его руки конвульсивно дергаются, нажимая на спусковой крючок стрелкомета. Болт наездника застревает в крыле его же грифона
Грифон разъяренно клекочет и мотает головой, силясь выдернуть воткнувшийся болт. Его взгляд находит меня, и тварь оказывается достаточно умной, чтобы понять — это я виновен в её бедах.
Возможно, даже слишком умной.
Глаза грифона заволакиваются пленкой. Увиденное слишком пугает его, чтобы самостоятельно ринуться в атаку, а всадника, что мог бы приказать — уже не было в живых.
Взмахнув крыльями и испуганно клекоча, он улетает подальше от демона.
Остался еще один.
Неловко достаю когтистой рукой револьвер. Черт. Палец не может даже спусковую скобу нащупать.
Прикусываю губу и отпускаю всё лишнее. В когтях уже нет надобности, как и в силе Астатора. Не стоит ей злоупотреблять.
Нацеливаю ствол на голову грифона, что так ничего и не понял… Или понял? Его глаза заволокло пленкой, мышцы напряжены. Да он просто оцепенел от страха!
Колеблюсь. Зачем мне его убивать, поводья в моих руках, это же отличный трофей!
Лишние размышления не доводят до добра. Грифон моргает. Он оказывается недостаточно умным, чтобы понять — куда исчез демон, но достаточно умным, чтобы понять — на его спине враг.
Хрипло каркнув, он пытается перевернуться в воздухе, чтобы сбросить меня в воду.
Вот только грифону никто не объяснял, что такое револьвер и что не надо рыпаться, когда он смотрит тебе в затылок.
Грохочет выстрел. И еще два, для надежности. Хрупкие и легкие кости грифонов — не чета другим химерам. Так и не успев перевернуться, грифон на всех парах летит к воде.
А я вместе с ним.
Удар о водную гладь вышибает меня из седла, заставляя блинчиком отбивать себе внутренности об воду. А еще говорят, в нее падать безопасно!
Прошлепав два раза, в тонне брызг погружаюсь под воду. Вверх. Низ. Голова кружится. Ничего не понятно, кругом ледяная, осенняя вода.
— Вверх. — Указывает демон.
«Какой же это вверх?» — Думаю я, ударившись головой обо что-то. Стоп. Дерево. Лодка. Когтистая лапа с хрустом вонзается в борт рыбацкой лоханки, оставляя в нем дыры. Подтягиваю отбитое об воду тело и закидываю себя внутрь.
К краю лодки жмется мужик. В его руках весло, но по взгляду ясно, что он скорее прыгнет за борт, чем применит его.
— Как рыбалка? Хорошо клюет? — Из вежливости спрашиваю я, стряхивая с себя воды и демонический облик руки.
Позади всплывает грифон. Озеро краснеет от крови.
— Хорошо, я так понимаю? У меня тоже неплохой улов! Пернатая рыбка попалась, а? А размерчик-то, ух! — Указываю я рукой на сбитого грифона.
Издав невразумительный крик, мужик бросается в воду. Вот и поговорили.
Хоть бы весло мне оставил, а то как теперь до берега плыть?
Глава 15
Теплые руки гладили мундир. Потоки жара обтекали меня, бережно высушивая ткань. Правда, руки магички вели себя чересчур активно, всё же мы были не наедине.
— Спасибо, Аша. — Улыбнулся я и погладил её по голове. Но руки та убирать не спешила, хотя я уже высох.
— Кхм, значит, Второго Герцога и Третьего Герцога убила та же особа, что прикончила Второго Принца? Количество смертей среди высшей аристократии все растет. — Полувопросительно подытожил я, чтобы отвлечь собравшихся, а то взгляд Эрин прижигал не хуже углей.
— Не уверена. — Холоднокровно ответила Маркиза, что в отличие от дочери не показывала ни тени эмоций. — Всё дело в том слуге… Какой смысл был сообщать о такой важной новости во всеуслышание? Служи он любому из маркизов, то новость дошла бы тихо и лишь до одного из нас. Значит, он служил кому-то другому… отсюда, я начала распутывать этот клубок. Вы утверждаете, что убийца Третьего Герцога служил Королю, так не служил ли ему и этот слуга? Вот только я не могу понять мотивов. Совершенно не могу. Однако есть вариант, который всё объясняет. Что если Второй жив и это слуга был завербован им?
— Исключено! — Возмущенно перебил сестру Маркиз Этьен фон Клаус. — Ведь тогда получается, что он…
— Решил пожертвовать вами, верно. Анри увидел отличную возможность, что висела прямо перед ним. Схватить двух лидеров смуты в доме и тем самым предотвратить междоусобную войну. Если Второй Герцог мертв, то в ближайшее время его войска будут парализованы, Герцогине потребуется время, чтобы организовать их и подавить недовольных среди вассалов, ведь многие не были бы в восторге, что во главе столько богатого Герцогства встанет та, кто не достигла ранга даже младшего архимага. Анри исходил именно из этого, думая, что к тому моменту, когда Герцогиня сможет действовать — он полностью консолидирует все ветви семьи. А теперь давайте подумаем, если Второй Герцог жив, что произойдет дальше и что он
