Пятиугольный кабинет главы Школы Магии манил многих чародеев, мечтающих о правлении лучшим волшебным заведением Серединных земель. Уолт не понимал их. Просто не понимал. Занять кресло главы значило получить не только власть, но и головную боль до конца жизни. К тому же, судя по постоянным несчастным случаям с занимающими должность Архиректора магами, жизни недолгой и не особо расслабленной. Нет-нет, лучше схлестнуться с десятком Тварей, чем влезать в этот серпентарий!
Отпустив ухо Уолта, Архиректор легко толкнул Магистра в грудь. Уолт попятился и рухнул в кресло. Мягкое и удобное кресло, между прочим. Вот только узоры на подлокотниках нехорошо напоминали графическое отображение наиболее впечатляющих чар из боевой магии — Четырехфазового заклинания Стихий.
Архиректор встал рядом со столом, на котором посреди разбросанных документов спокойно спал Банкаст. Погладив кота, глава Школы покачал головой и печально произнес:
— Когда я дал тебе разрешение ознакомиться с запретными книгами по магии крови, вряд ли заодно позволил вскрывать Проклятые Свитки, Уолт.
Ракура попытался ответить — и не смог. Прикосновение Архиректора, отправившее его в кресло, не позволяло говорить и двигаться. В очередной раз Уолт понял, что его магическое развитие еще только началось и до уровня Архиректора еще расти и расти. Если получится дорасти. Не каждый в нынешнее время может похвастаться, что один из твоих родителей бог.
— Конечно, с одной стороны, я рад, что Алесандр и Джетуш сумели воспитать ученика, способного снять Печать с Проклятого Свитка и в определенном смысле расшифровать его. — Архиректор взял со стола документ, просмотрел его и порвал на мелкие кусочки. Банкаст лениво приоткрыл правый глаз, оглядел комнату, осуждающе зевнул и вернулся ко сну.
— Но, с другой стороны, если кому-то станет известно, что простой аспирант ознакомился с содержанием Проклятого Свитка, и этот кто-то, не дай Перводвигатель, окажется из Конклава… — Глава сокрушенно покачал головой. — Не только твоя голова полетит с плеч, Уолт. Моя, скорее всего, останется на месте, но Локусы Души я потеряю. А вот Джетуш, как твой непосредственный руководитель, несомненно, пострадает.
«Но я же почти ничего и не прочитал!» — хотелось сказать Уолту. Однако Архиректору хватило и мысли.
— Прочитать не прочитал, но Проклятые Свитки вскрыл. А этого достаточно, чтобы содержащаяся в них информация проникла в твое сознание.
«Но…»
Мысли исчезли. Все исчезло. Остались лишь образы, образы невообразимой Силы, невообразимого Могущества, невообразимого Бытия. Образы невообразимого — парадокс, противоречие, нонсенс. И эти образы заполнили сознание Уолта Намины Ракуры, пытаясь сообщить о…
«Наследие…»
— Ну вот, — расстроенно сказал Архиректор, — а я надеялся, что успел. Тысяча убогов! Теперь мне придется тебя… Да не бойся! Не убить, хотя стоило бы. Но ты слишком перспективен, Уолт. Мне придется наложить чары на твой разум.
Уолт слушал главу краем уха. В голове понятия и образы смешивались друг с другом, Руны трансформировались в Фигуры, Фигуры перетекали в Знаки, а Знаки превращались в Руны. Титаны. Месть. Единый для мира Эфир. Онтологическая дифференциация. Наследие.
— Наследие, — сказал Архиректор, убирая руку с затылка Уолта. Магистр вздрогнул, осознав, что не заметил, как Ар-директор подошел. Гм? Он снова может двигаться? А говорить?
— Глава…
— Лучше помолчи, — перебил Эвиледаризарукерадин. — Пока заклинание настраивается, я объясню, чего тебе стоит избегать, если хочешь дожить до перехода во второй разряд. Впрочем, ты уже должен был понять. Наследие.
Да. Наследие. Именно так — с большой буквы. Поскольку это единственное, что оставили после себя в Равалоне поверженные титаны, заключенные богами в Бездну Тартарарама. Магия, способная совладать с Онтологическим Эфиром.
Когда боги теснили их, повергнув Куроса-Время и Диадара-Пространство, титаны, те, кто решили не сдаваться, презрев службу под властью богов, создали заклинание, которое поглотило большую часть их Силы. Заклинание скрыло Силу титанов, растворило ее в пластах Равалона, еще подчинявшегося воле Первых, но уже подстраивающегося под Вторых. Боги меняли Истоки и Источники Силы, они преобразовывали Эфир, разделяя мир на временное и вечное — различие, которого не знали титаны, живущие здесь-и-сейчас, существующие одновременно с вещами и в вещах, которые породили. Боги же существовали сами по себе, отдельно от сотворенных ими предметов. Нет, они могли становиться едиными с созданным, но сами боги существовали вне его. Бог ветра является ветром, лишь когда он хочет быть ветром. Элементали и духи Воздуха становятся одержимы богом, когда тот воплощается в аэре, двигая воздушные массы. Титаны же не могли помыслить себя вне вещей мира. Они и были — миром. Боги же стали — над миром.
Своим последним заклинанием титаны оставили в Равалоне Силу, опасную для богов. Они знали. Знали, что в Равалон придут Третьи — смертные. И что Третьи будут нужны Вторым, ведь без Первых Равалон изменится настолько, что лишь смертные своим существованием, своими энергиями, своей деятельностью поддержат гармонию мира. С титанами исчезнут древние Источники Силы, а со смертными появятся новые.
И Третьи отомстят Вторым за поражение Первых. Овладев Силой титанов, смертные свергнут богов. Так — предрешено. Так видел Курос-Время перед тем, как боги сразили его. Один из вариантов будущего, который воплотится, если титаны дадут ему шанс сбыться.
И они — дали.
Наследие. Деструкторы Бессмертия. Меч Анабор, копье Ангнир, лук Акатэлар, топор Арогур. Формы разрушения Онтологического Эфира, доступные смертным по воле титанов.
— Смотрю, знание уже распаковалось в твоем разуме. — Архиректор осторожно коснулся лба Уолта. — А ты неплохо вскрыл Печать Свитков. Некоторые просто видели их, и этого хватало, чтобы до смерти гнить в антимагической темнице Конклава, но при том они и понятия не имели о Деструкторах. Ты, конечно, другое дело. Конклаву не достанешься.
Ага. Ведь Уолт знает о Договоре с Лангарэем.
— Все. — Глава Школы взмахом руки создал Жест, поставивший заключительную точку в творимом заклинании, и отодвинулся. — Теперь, Уолт, хочешь того или нет, ты теперь до самой смерти связан со Школой Магии.
Чего не знал Архиректор, так это того, что Уолт уже связан со Школой Магии узами крепче, чем заклинание Эвиледаризарукерадина. Впрочем, знать этого он и не должен был. Потому что…
— Теперь полный порядок! — Радостный возглас Джетуша оборвал воспоминания Ракуры. Земной маг обратил круговерть иероглифов в ясную и понятную формулу Рун, но прежде чем Уолт успел запомнить ее, Джетуш подхватил вязь магических символов и бросил ее в куб. Куб задрожал. Иероглифы растекались и исчезали, направленная на мозг и сознание Ракуры магия исчезла. Джетуш довольно потер ладони.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
