Микела взяла со столика фотокамеру и, бросив равнодушный взгляд на свое бледное лицо, отразившееся в овальном зеркале, вышла из комнаты. Спустившись по лестнице, она на цыпочках прошла мимо дремавшего за стойкой портье и, осторожно прикрыв за собой дверь, оглядела пустынную площадь.
Еще совсем недавно она казалась мне яркой и приветливой, а вот сегодня — нагромождение серых камней, да и только, подумала Микела, застегивая молнию терракотового пуловера. И даже солнце их не красит… Может, после прогулки их цвет для меня изменится…
Она долго бродила по улицам, фотографируя фасады соборов, тех, чьим убранством могли каждый день любоваться туристы и горожане, и тех, от чьих стен остались лишь живописные развалины. В объективе ее фотокамеры появлялось множество самых разных лиц: веселых и хмурых, усталых и оживленных, равнодушных и по-детски восторженных… Не было среди них только одного: со следами печали и легкой небритости…
А ведь я даже не знаю, где он живет, думала она, выбирая ракурс для очередного снимка. А значит, не смогу попрощаться с ним, когда соберусь возвращаться в Модену, не смогу узнать, простила ли его Одиль… Как жаль, что он так мало рассказал о себе…
Объектив ее фотокамеры скользнул по фасадам расположенных неподалеку домов, и Микела вдруг замерла, остановив его на табличке с названием улицы.
— Хотя… не так уж и мало… — радостно улыбнувшись, пробормотала она. — Лоран ведь говорил, что театр, в котором он работает, находится на улице Рабле… А ведь это она и есть… Осталось только найти сам театр…
Позабыв о так и не найденном ракурсе, о незаконченном репортаже, о множестве еще не сделанных снимков, о проведенной без сна ночи и даже о причине этой бессонницы, Микела устремилась вперед, ловко лавируя среди верениц туристов.
И через несколько минут остановилась, стараясь перевести дыхание, возле небольшого двухэтажного здания, чей фасад украшали тряпичные персонажи из известных всем с детства сказок. Пробежав взглядом по его окнам с распахнутыми ставнями, она немного потопталась на месте, не решаясь переступить порог. Потом, сделав еще один вдох, толкнула массивную дверь, ведущую в царство декораций и перевоплощений.
Оглядев раскинувшийся перед ней в фойе волшебный лес и населявших его обитателей, Микела свернула на одну из его тропинок и, пройдя мимо приветливо взирающего на нее снизу вверх Бэмби, увидела прямо перед собой приоткрытую дверь зрительного зала, откуда доносилось негромкое пение.
Осторожно проскользнув внутрь, она замерла возле двери, стараясь сделать так, чтобы ее присутствие не заметили репетировавшие на сцене актеры: девочка лет восьми в костюме Белоснежки и такого же возраста мальчишки, изображавшие семерых гномов.
Микела хотела было осторожно пробраться к стоявшему поодаль стулу, но в это время один из гномов, приплясывавший в такт собственной песенке, вдруг сбился с ритма, и из глубины зала послышался недовольный голос Лорана:
— Стоп, стоп, Фредерик… Это никуда не годится… Что с тобой сегодня происходит? Мы бьемся над этим танцем уже целый час, но так и не продвинулись дальше судорожного дрыганья ногами…
Шестеро гномов дружно рассмеялись, а Белоснежка окинула незадачливого актера рассерженным взглядом.
— Не вижу в этом ничего смешного, — с прежним недовольством откликнулся Лоран. — Если ваш коллега будет продолжать и дальше в том же духе, нам придется репетировать допоздна, а ведь у вас еще домашние задания…
Услышав это, гномы на несколько секунд так же дружно умолкли, а затем, стараясь опередить друг друга, принялись давать советы своему однокласснику, сопровождая их хаотичными танцевальными движениями.
— Нет-нет, ваши познания в области хореографии ему только навредят, и тогда мы уж точно провалим этот спектакль! — воскликнул Лоран. — Я сейчас сам ему все объясню. Но только в последний раз, — решительно предупредил он, поднимаясь на сцену. — Потому что я не намерен тратить на такие пустяковые сцены по нескольку часов драгоценного времени… Так что смотри внимательно и запоминай… И вы тоже, — придав своему голосу как можно больше строгости, обратился он к остальным актерам. — После его песенки настанет ваш черед…
Он вышел на середину сцены и, уперев ладони в бока, начал уже напевать песенку Фредерика, как вдруг умолк на полуслове, недоверчиво уставившись в сторону двери.
Все-таки не стоило мне сюда приходить, смущенно подумала Микела, почувствовав на себе его взгляд. Сорвала людям репетицию…
— Микела? Вот уж не ожидал тебя здесь увидеть… — радостно проговорил Лоран.
Она с извиняющимся видом пожала плечами.
— Да я и сама не ожидала, что решусь прийти…
— Ну что же ты там стоишь? Проходи, выбирай себе любое место… — Он сделал широкий жест в сторону зрительного зала. — Мы с удовольствием сыграем этот спектакль для тебя одной… Или, может быть, поднимешься на сцену, чтобы побыть немного в роли Белоснежки? — шутливо предложил он.
Микела отрицательно покачала головой.
— У меня цвет волос не тот, — с грустной улыбкой ответила она.
— И выражение лица тоже, — с беспокойством добавил Лоран.
Он спустился со сцены и, подойдя к ней, спросил, понизив голос:
— Что произошло? Может, тебе нужна моя помощь?
Не хватало только снова озадачить его своими неприятностями, подумала она. Достаточно того, что он в прошлый раз целый вечер безропотно слушал мою сентиментальную исповедь. Вслух же пробормотала:
— Нет-нет, не беспокойся… Все в порядке… Это просто последствия бессонницы…
— Всего лишь бессонницы? — усомнился Лоран. — Ну что ж, надеюсь, ты меня не обманываешь…
— У меня все в порядке, — с наигранным оптимизмом заверила она и спросила: — Ну а у тебя как дела?
— Я мог бы ответить тебе: великолепно, если бы не этот злосчастный танец, — шутливо проговорил Лоран. — Как видишь, наш гном по имени Фредерик не очень-то силен в танцах, — кивнув в сторону наблюдавших за их беседой актеров, продолжил он. — Я потратил на подробные объяснения кучу времени, но этот юный друг Белоснежки так меня и не понял…
— А Одиль… она смогла тебя понять? — спросила Микела.
Лоран на секунду опустил помрачневший взгляд и едва заметно покачал головой.
Микела расстроенно вздохнула.
— Прости, я не вовремя задала тебе этот вопрос… Да и пришла сюда не вовремя… У тебя полно проблем, да и репетиция вот не ладится… Лучше я зайду как-нибудь в другой раз…
Она направилась к двери, но Лоран удержал ее, осторожно обняв за плечи.
— Не говори ерунды, ты правильно сделала, что зашла именно сегодня… Я вспоминал о тебе с самого утра и собирался навестить после репетиции.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
