В квартире красиво, конечно, стильно. Дизайнер руку приложил? Да, поди, и не один. Картины умопомрачительно-замудренные на стенах. На половине из них я так и не поняла, что намалевано, но даже мне, простолюдинке, стало понятно, что сия творения не в «Икее» на распродаже куплены.
Пыльновато. В гостиной на рояле можно было пальцем рисовать. Я приоткрыла крышку с каким-то душевным трепетом, как будто бы боялась, что Антон меня заругает за инструмент, и нажала на пару клавиш, извлекая из рояля протяжные звуки.
Бородатый играет? Или купил понтоваться? А говорил, что не выделывается перед другими?
Нужно будет вечером разузнать об этом. Музыку я люблю. Сама я играю только на нервах, и то не специально, потому не всегда в ноты попадаю. Было бы романтично, если бы Антон мне что-нибудь исполнил на рояле.
А еще нужно узнать, когда придет домработница, чтобы не хозяйничать тут лишний раз. Уверена, что у них с Антоном все обговорено на сто раз, зная его дотошность. Мне не хотелось ставить незнакомого человека в неудобное положение перед работодателем, поэтому я всего лишь быстренько пробежалась пылесосом по квартире и смахнула пыль.
К тому же мне нужно было чем-то себя занять. Я не могу сидеть в четырех стенах на жопе ровно. Я же живой человек! Нет, не так. Шило у меня в той самой жопе, вот мне и не сидится. Да, разве ж это плохо? Это же хорошо! Терпеть не могу ленивых, аморфных, которых с дивана не спихнешь.
Ужин, конечно же, мне мое шило подсказало самой приготовить. Впрочем, не только. Мне хотелось чем-то отблагодарить Антона за гостеприимство. Не могу же я сидеть на всем готовеньком? Антон, вроде как, старается для меня. Нужно что-то делать в ответочку. Пусть Огнев и не узнает, что это я своими рученьками для него стряпала, мне самой, как девушке, будет приятно, что я о нем забочусь.
Тем более, с таким набором продуктов, можно замутить все, что угодно. Вы замечали, что самые «простые» рецепты на кулинарных пабликах начинаются со слов: «возьмите три яйца дракона и жопу павлина»? Утрирую, конечно, но раз так сошлись звезды, что все ингредиенты были в наличии, почему бы и не похлопотать для мужика?
Антон четко выразился, что не желает видеть меня у плиты. Так он и не увидит.
Руководствуясь видеорецептами на Ютюбе, я без труда приготовила, что он просил, только сделала на свой манер. Все блюда были диетическими, как он и заказывал, только вкусными. По крайней мере, мне так показалось. Я даже украсила свои шедевры, как в ресторане, да он в жизни не отличит мою подачу от профессиональной!
Без пятнадцати семь, я оглядела красиво сервированный стол. Да вы бы охренели, если бы увидели! Клянусь, над столом "Мишленовская" звезда блеснула! Может быть, мне завязывать с СТО, все равно меня выгнали к чертовой матери, и пойти работать в ресторан?
Чуть не забыла, что мне скоро работать будет совсем не нужно. Я же стану этим... Как его? Ну... Вкладчиком! Денег будет завались!
В семь меня отчего-то начало нервно потряхивать. Что со мной? Чего я так разволновалась?
Я начала мерить квартиру Огнева дерганными шагами.
19:06 Где же Антон?
Эти шесть минут мне показались вечностью, как будто бы он не на минуты задерживается, а на века. Я соскучилась? Вот еще!
Ужин жалко. Остынет ведь?
Очнулась у входной двери, поймав себя на мысли, что не могу дождаться появления мужчины. Стояла, как собачка, прислушиваясь к тому, что происходит за входной дверью. Может быть, мне переодеться во что-то поинтереснее? Платюшко надеть?
А, черт, времени нет уже!
Входная дверь пикнула, и мое сердце ёкнуло. Это вышло само собой. Антон вошел, и я бросилась ему на шею. Признания о том, что я соскучилась сорвалось с языка. Целовала его, целовала... Вдыхала его цитрусовый с перцем запах, впитывала тепло от его рук...
Ладно. Я, действительно, скучала по бородатому. Самую малость!
– Есть хочу! – тяжело дыша, оторвался от меня мужчина и снял с со своей шеи мои руки.
Антон пошел умываться, а я бросилась в ванную следом. Он удивленно вскинул брови, увидев меня рядом с собой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Покажешь, как эта хреновина работает? – показала я рукой на джакузи. – Можно же, да? – на всякий случай уточнила я.
– Конечно, – коротко ответил он, закатывая рукава на рубашке.
Потом он повернулся к раковине и включил кран. Странный какой-то... Не разговорчивый... Настроения нет?
Я смотрела на его широкую спину, размышляя, что могло у него случиться. Я точно ни при чем. Он же не мог знать, чем я занималась?
Антон вымыл руки и лицо, вытерся полотенцем, и я поймала в зеркале его пронзительный, внимательный взгляд. Сложив руки на груди, я нервно переступила с ноги на ногу и прикусила щеку. Он меня в чем-то подозревает? Да я и не сделала ничего такого, за что мне может прилететь.
– Тебе с пеной? – спросил мужчина повернувшись. Я застыла, не понимая, что он от меня хочет. – Воду с пеной пустить? – повторил он вопрос, шагнув к джакузи.
– А? Да! – очнулась я.
– Пока ужинаем, вода наберется, – сообщил Антон.
Он нажал какие-то кнопочки на приборной панели, и джакузи начало наполняться водой. Антон снова зыркнул на меня исподлобья и пошел на кухню.
С замиранием сердца я наблюдала, как мужчина придирчиво разглядывает тарелки с едой на столе, а затем садится на свое место.
Пока не ясно доволен он или нет. Я сажусь тоже за стол, но не могу притронуться к еде, пока не узнаю мнение Антона об ужине. Мне очень хочется, чтобы ему понравилось то, что я приготовила.
Полнейшую тишину нарушает звук придвигаемой им ближе тарелки с мясным салатом. Мужчина набирает на вилку немного, подносит к лицу, подозрительно разглядывает и только потом отправляет вилку в рот.
Вы посмотрите, какой дотошный! Что Антон там увидеть хотел? Мышьяк? Камни? Волосы? Я нахмурилась, глядя на жующего мужчину.
Он продолжил есть салат, изредка бросая взгляды то на меня, то на вторую тарелку с рыбой и рисом.
– Как дела, Антон? – первой не выдержала я.
– Нормально, – пожав плечами, ответил он. Капец, какая исчерпывающая информация!
– Как настроение?
– Нормально.
Моя попытка завести беседу не увенчалась успехом. Я тоже уткнулась в салат. Захочет поговорить, пусть сам начинает, я готова подхватить разговор. Мне стало еще неуютнее. Точно у него настроения нет. Че лезть к человеку без настроения? Меньше всего хотелось, чтобы он начал злиться.
Антон доел салат до крошечки. Это хороший знак. Не похож Огнев на человека, который стал бы есть то, что ему не вкатило. Принялся за второе блюдо, так же придирчиво, как под микроскопом, обсмотрев его со всех сторон.
Почему меня это бесит? Жри уже быстрее, бородатый! Не могу смотреть, как ты в рисе ковыряешься.
– Как у тебя дела, Настюша? – неожиданно спросил Антон.
Я уже заметила, что Настюшей он зовет меня в исключительных случаях, значит, его настроение улучшилось.
– Нормально, – язвительно ответила я.
– Как прошел твой день? Чем занималась?
Огнев прищурился, как будто бы меня сканировал. Мне стало страшно. Я заерзала на стуле, как будто крошки под задницу попали.
– Да так, Антон, ни чем. Очень скучно было. Без тебя. Я нашла рояль. Ты играешь?
– Угу, – промычал он, уплетая рыбу.
– Класс! А для меня сыграешь?
– Хм, – усмехнулся Антон. – Я играю только для послушных девочек. Ты была сегодня послушной?
Я виновато опустила глаза, не выдержав его пробирающего насквозь взгляда. Черт! Где я прокололась? Он выкупил меня с ужином? Что ответить? Что? Одно дело не договаривать и скрывать что-то, а другое – врать в глаза человеку. Не должно быть между нами вранья. Это будет стремно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Нет, – выдохнула я и нерешительно подняла на него глаза.
Антон еле заметно улыбнулся, вытер салфеткой губы и отодвинул от себя пустую тарелку. Когда он успел все слопать? Я и не заметила.
Ох, не до рыбы! Будь она не ладна! Сейчас Огнев спросит подробнее, где я накосячила, и мне придется исповедаться. А там все – скандал, развод, лекции с нравоучениями!
