впечатляла сосна, у которой все ветви сосредоточились на самом верху, где расходились широким зонтиком. Как у пальмы. «Сахалинская пальма! — поставила диагноз девушка и выбросила объект наблюдений из головы. — Пойти, что ли перекусить?»
Мелькнувшую в голове мысль отправиться в ресторан в полотенце, в котором она вышла из душа, Наденька с трудом задавила — не стоило до такой степени эпатировать местную публику. Заказ еды в номер претил уже её эстетическому чувству. Никакой другой одежды, кроме того, в чем девушка добиралась сюда, не имелось, но плетение, собранное из стихий воды и воздуха, уже пробежалось по ткани, убрав инородные включения.
Ресторан был под стать гостинице: Помпезный до аляповатости и совершенно без местной специфики. Дикое смешение европейских стилей в отделке помещения, от галльского до баварского, массивные столы типа «ладонь мага» и белые штаны и рубахи половых. Ну не официантами же их называть при таком наряде.
А вот меню порадовало и озадачило одновременно. Большинство названий были незнакомы и сформулированы настолько витиевато, что Надя даже не могла понять, о чем речь. Что такое спизула? Трубач?.. Гребешок — еще ладно, когда-то пробовала. Хоть и не в загадочном черно-белом соусе.
Девушка подозвала полового.
— Что порекомендуете?
— Госпожа впервые на Сахалине?
— Допустим.
— Попробуйте салат из трубачей с морской капустой и кунджу по-сахалински.
Надя кивнула:
— Вино?
— На материке принято с рыбой пить только белое вино, но к кундже это не относится. Красное ничем не хуже. Но я бы посоветовал вино из ежевичной малины.
— Гибрид какой-то? — насторожилась девушка.
— Нет-нет, — зачастил половой. — Исконно природное растение, сугубо региональный специалитет. А вино делают у нас! Под Ваш выбор идеально! Если хотите согреться, советую попробовать настойку из клоповки.
— Реально, из клопов? — удивилась девушка. — Как кротовуха?
— Отнюдь, — сыграл лицом половой, — ягода красника, у нас её называют клоповкой. У свежей запах специфический. Очень полезная!
— Коньяком пахнет? — улыбнулась Надя.
— Почему коньяком? — похоже, половой этой шутки не знал.
— Забудьте, — махнула рукой Надя. — Давайте трубачей, кунджу и ваше ягодное жидкое. Только вино, а не настойку. А то опьянею и начну буянить.
— Это опасно? — улыбнулся половой.
— Увидите! — рассмеялась девушка.
Обвела взглядом полупустой зал. Цены высоковаты? Или тут обслуживают только посетителей гостиницы? Хотя нет, громко-веселая компания за тремя сдвинутыми столиками в углу, явно местная. Шестеро парней, всем лет по двадцать пять. Слуги рода. Или дворяне из нищих. И крепко набравшиеся.
Её мимолётный интерес заметили. Один из весельчаков поднялся, пошатываясь, подошёл к Надиному столику и с самодовольной улыбкой на лице выдавил:
— Слышь, крошка, не хочешь потусить с настоящими мужиками?
Опухшая физиономия без следа интеллекта, приличный, но мятый пиджак с гербом. На пальце печать наследника. Герб Наде не был знаком, а значит, род мелкий.
— Вы мне не интересны! — отрезала девушка.
— Мы всем интересны! — заявил «настоящий мужик» и попытался присесть за столик. — Мы тут самые главные! Ты…
Надя сделала пас рукой, словно отпускала прислугу. Плотный поток воздуха подхватил незадачливого ухажера, пронёс через зал, старательно огибая столики и официантов, вынес в открытое другим потоком окно и уложил на крону «сахалинской пальмы». Дружки сдутого помчались за ним. Сами. Кто в открытое окно, кто в дверь. Не у всех получилось с первой попытки — натыкались на стены.
— Надеюсь, больше мне не будут мешать? — уточнила Наденька принесшего заказ полового.
Тот бросил взгляд в окно, где мигом протрезвевшая компания пыталась придумать, как снять страдальца с пальмы:
— Думаю, нет. И спасибо, госпожа!
— Что за род?
— Мышкины. Никчемный род.
Салат девушке понравился. Рыба оказалась просто бесподобна. Вино на любителя, но с рыбой сочеталось замечательно.
На обратном пути остановилась у стойки администрации:
— Вызовете извозчика.
— Вы уже нас покидаете? — удивился портье.
— Нет, по городу.
— Тогда могу предложить услуги нашего гаража. Можно с водителем, можно без. Надежнее обычных извозчиков, и люди проверенные. Хорошо знают город и в случае опасности… — парень бросил взгляд в сторону дверей. — Хотя, о чём я! Прошу прощения за…
— Бросьте, — милостиво отмахнулась Надя. — Давайте с водителем. Я город не знаю.
— Куда сначала? — шофер вышел из машины и открыл девушке дверцу.
— Это была моя фраза, — Наденька покачала головой. Очередной праворульный «свердловчанин». — Ты тут местный. Вот и скажи, какой портной лучше?
— Тогда к старому Ганнибалу, — решил водитель. — Круче нет!
— Поехали к Ганнибалу. А почему старому? Есть ещё молодой?
— Не, молодого нет. Просто мастер всегда называет себя «старый Ганнибал». И он реально старый.
На парковке заведения «старого Ганнибала» стоял потрёпанный СвАЗ-буханка. «Опять „Сверчок“! Других машин, что ли тут нет?» — подумала Надя, и переключилась на хозяев машины. Стройная девушка и девочка лет двенадцати не заинтересовали. А вот мужчина — другое дело! Околовоенная одежда сидела, как влитая на широкоплечей фигуре. Мужественное лицо словно вырубили топором. Но работал мастер, у которого топор — продолжение рук. Жесткий взгляд серых глаз притягивал, Наденька явственно ощущала исходящую от незнакомца ауру мужской силы. Хорош! Глянула магическим зрением и охнула. Очень хорош! Усилием воли взяла себя в руки. Это мужчины влюбляются в Наденьку с первого взгляда и на всю жизнь, а не наоборот! Посмотрела на свиту красавца. Тоже маги. Мелкая сильна! Пожалуй, не слабее Нади в её возрасте. И знакомый герб…
— Кунаширцы, — подтвердил шофер. — Их форма.
Буханка, рыкнув движком, развернулась на пятачке и выскочила на трассу, нарушив с десяток правил за раз.
— Вот звери, — с неприкрытой завистью вздохнул притормозивший водитель. — Всегда так ездят. Привыкли у себя через джунгли ломиться!
— На Кунашире джунгли? — удивилась девушка. — Настоящие?
— Ну не джунгли, скорее — жунгли. Похоже, но не совсем. Бамбучник, гречиха, лабазник, борщевик с иприткой. А они по всему этому рассекают, как по асфальту. Сволочи!
Портной встретил гостью с распростертыми объятьями. В отличие от гостиницы, в «лавке» всё было чинно, красиво и, наверное, даже благолепно. Пахло благовониями, финикийскими сладостями и чаем, льющимся в пиалу.
— Будет ли мне позволено называть Вас по имени, прекраснейшая! Старый Ганнибал ожидал Вас раньше. Надеюсь, задержку вызвали не неприятности?
— Ах, оставьте, — поддержала игру девушка. — Зовите меня Наденькой. А почему Вы изволили меня ожидать?
— А что Вы хотите? Если в «Засохший веник» одна и в рваных джинсах, заезжает нимфа, прекрасная настолько, что этот сарай начинает соответствовать своему формальному названию, значит, у старого Ганнибала будет очень интересный заказ. Вас уже пригласили на приём к наместнику?
— Пока нет, — улыбнулась Надя.
— Обязательно пригласят. Вам нужно платье для приёма, некоторое количество повседневной одежды, и…
— Скажите, от Вас сейчас вышли люди, — спросила девушка, — в очень интересной форме. Можно ли сделать
