Читаем без скачивания Освобождение - Александр Прозоров

— Ну что же, тогда я спокоен, — резюмировал Федор, хотя его все же немного беспокоило, что лагерь был еще не до конца достроен, — к утру вернутся разведчики, и будет ясен план наших действий, а пока можно отдохнуть и перекусить.

Однако он как в воду глядел. Едва собравшиеся военачальники принялись за еду, отрывая куски сочного мяса от зажаренной туши, как в той части лагеря, где частокол еще не был замкнут, раздались крики, а вскоре послышался и звон оружия. Федор вскочил, отбросив еду, и попытался рассмотреть, что там происходит. Но уже стемнело, и толком он ничего увидеть не смог, кроме того, что в дальнем углу лагеря потухли все факелы. Однако по неясным очертаниям и доносившимся крикам можно было понять, что совершено нападение.

— Спартанцы, — прошептал Федор, уже пожалевший о том, что приказал минимально освещать свой лагерь, чтобы противник сам не смог составить точного представления о количестве его войск. Но фокус не прошел, это лишь помогло спартанцам подобраться ближе и напасть. Охранение, между тем, свою службу знало, и бой шел пока на подступах к лагерю, в который спартанцы, судя по всему, намеревались прорваться. Факелов, чтобы поджечь его, никто не бросал. Воины Лакедемона отлично ориентировались в темноте и предпочитали победить противника силой оружия. Однако Чайка хотел увидеть в лицо своего врага.

— Бейда, — приказал он, — у тебя хватает запасов жидкого огня?

Начальник осадного обоза кивнул с пониманием.

— А ну, дай несколько залпов по нашим гостям! Надо подсветить поле битвы.

Ливиец также бросил есть и убежал к артиллеристам, пропав во тьме. А Чайка, прихватив оружие и десяток солдат для своей охраны, направился ближе к месту схватки. Он не успел еще пройти и ста шагов, как откуда-то справа небо прочертил первый огненный снаряд и рухнул далеко за частоколом. Дикие вопли, раздавшиеся после падения горшка, были подтверждением точного попадания. В последнее мгновение Федор увидел как эта «осветительная ракета» пролетает над головами спартанских гоплитов, которые четким строем атаковали пехотинцев Чайки у самой ограды, и падает прямо в гущу вражеских солдат, разливая жидкий огонь во все стороны. Этот неожиданный гостинец быстро превратил нескольких гоплитов в факелы, лишив их возможности драться. А прилетевшие следом еще три горшка внесли сумятицу в организованные действия спартанцев и осветили место действия так хорошо, что Федор смог все вполне отчетливо разглядеть.

Их атаковало человек пятьсот — достаточно большой отряд по спартанским меркам, — что говорило о важной задаче, которую возложило на этих гоплитов командование. Им каким-то чудом удалось быстро подобраться почти к самым стенам незамеченными и атаковать строивших частокол воинов. Скорее всего, все внешние патрули были грамотно перебиты, и если бы не дополнительное охранение, то спартанцы уже были бы в лагере.

— Они, похоже, надеялись проскочить по-быстрому и воспользоваться эффектом неожиданности, — констатировал Федор, глядя на корчившихся в огне в самом центре спартанского строя гоплитов, — но не вышло.

Впрочем, спартанцы только начали свое наступление, и, несмотря на неожиданный обстрел, первые шеренги уже опрокинули заслон, и кое-кто даже пробился в ров. Благодаря смутным отблескам пожара было видно, что лакедемоняне рвутся вперед изо всех сил, методично работая копьями. Этот обстрел спутал им все карты, но они не привыкли отступать. Бой еще не был закончен. Повсюду раздавались крики «Лакедемон» и новый удар окончательно сбросил остатки защитников прохода в ров. Алые плащи замелькали уже совсем близко от границы лагеря.

— Зажечь все факелы вдоль ограды, — приказал Федор, — чего уж теперь прятаться. Не хватало еще, чтобы они прорвались.

Когда его приказание было выполнено, ров и все происходящее в нем стало видно гораздо лучше. Слегка подсвеченные мишени, начали обстреливать лучники со стен. Навстречу прорвавшимся, сквозь недостроенный частокол, выступила едва ли не целая хилиархия африканских пехотинцев, заткнув брешь в обороне. Баллисты обрушили новый шквал огня на задние шеренги спартанцев и наступление забуксовало.

Однако жестокая драка продолжалась почти несколько часов. Спартанцы никак не хотели отступать. Напротив, они смогли уничтожить почти половину выставленной против них хилиархии и продолжали наседать. Их ряды таяли, но не так медленно, как хотелось бы Федору. Было похоже на то, что в эту атаку спартанцы послали настоящих гоплитов.

— Да когда же у них закончатся воины! — в сердцах сплюнул Федор, которому не дали в этот вечер ни поесть, ни поспать, — передайте артиллеристам, чтобы усилии обстрел из баллист. Уже достаточно светло, чтобы стрелять ядрами.

Кроме того, он выслал еще один отряд, который должен был обойти спартанцев и атаковать с тыла. Вскоре каменные шары стали подсекать спартанцев десятками, но это лишь придало им сил для последней атаки. Часть гоплитов Лакедемона с воплями ярости пробилась в лагерь, и даже кое-кто из них добрался до метательных машин. К тому месту, где стоял сам Чайка они не успели добраться, — их изрубили морские пехотинцы, на шеренги которых нарвались нападавшие. Но несколько копий все же пронеслось над головой командующего, поразив троих солдат из его охраны. Сам Федор был невредим, но в ярости сжимал рукоять фалькаты.

— Черт побери, — ругался он, — да сколько же надо народа, чтобы сдержать этих проклятых спартанцев. Их тут и хилиархии-то не наберется!

Словно в ответ на его слова, морпехи уничтожили всех, кто смог прорваться в лагерь. Перекрывший спартанцам отступление отряд остался без дела.

— Говорят, они не умеют отступать, — констатировал тяжелую победу Федор, разглядывая дымившееся и местами еще горевшее поле перед лагерем. — Похоже, не врут.

Глава двенадцатая

«Амиклы»

Это неожиданно ночное нападение лишило Федора последних сомнений. Если еще несколько часов назад он раздумывал, ждать ли подхода остальных частей собственной армии, которые были уже не так далеко от Амикл, то теперь он решил не ждать. Ярость спартанцев говорила о многом. И прежде всего о том, что у них явно не хватает сил для полномасштабной войны на два фронта, а помощь к ним вряд ли подоспеет. Федору в этой войне достался, по счастливой случайности, второй, более слабый фронт. Конечно хотелось бы знать подробнее о том, что происходит на первом, где лакедемоняне под предводительством Маханида уже должны были столкнуться с ахейцами. Но по тем данным, что уже удалось собрать относительно обороны спартанцев здесь, и так было ясно, что сил у них на все не хватает.

Той армией, что стояла у Амикл, командовал спартанский полемарх[15] по имени Анаксилай. Был более знатный претендент на право руководить армией, — некий Набис[16], происходивший из царского рода, — но Федору доносили, что он находился сейчас в самой Спарте. Как бы там ни было, Анаксилай готовился дать бой и уже даже предпринял первую атаку, чтобы остановить вторжение карфагенян в самое сердце страны.

Федор решил ответить внезапным ударом на удар, не дожидаясь пока прибудут остальные войска. Его армия и так превосходила войско спартанцев почти вдвое.

Не успели потухнуть огни на поле боя, а дым развеяться, как Чайка собрал всех своих военачальников.

— Немедленно вывести из лагеря четыре хилиархии. Пехотинцев и морпехов, — приказал он, поправляя ножны фалькаты, которую ему так и не удалось использовать в этой стычке. — Десять слонов. Двадцать полевых баллист. Инженерам заделать брешь. Оставить для обороны укреплений одну хилиархию. Я сам возглавлю наступление.

Он обвел взглядом присутствующих, еще не отошедших от ночного боя.

— С рассветом мы должны быть уже под Амиклами, — закончил Федор, — мы не будем ждать остальных и новых ударов врага. Мы нападем на спартанцев первыми. Все.

Однако не успели воины Чайки покинуть укрепления и, бряцая оружием, направиться в сторону вражеского города, имевшего хоть и древние, но самые мощные укрепления из тех, что пока успел увидеть Федор в местных землях, как из предрассветной мглы появился гонец от Кумаха. Он возник со стороны реки и очень спешил. Его усилия не пропали даром.

Федор остановил коня, вопросительно посмотрев на прибывшего. Морской пехотинец, который не передал ему никакого свитка, был не один, а в окружении дюжины таких же бойцов.

— Ну, что велел передать тебе Кумах? — не выдержал Федор.

Отдышавшись, морпех поправил лямку болтавшегося за спиной щита, и доложил.

— Лас и Гифий взяты. Он движется к тебе на соединение, но прослышав о твоем быстром продвижении, отправил вперед нас.

— Я думаю, двенадцать человек нам очень помогут, — ухмыльнулся Федор, пересчитав гонца и его свиту из охранников, — обязательно поблагодарю за помощь Кумаха, когда он появится здесь.