Читаем без скачивания Против всех - Виктор Суворов

3 августа 1954 года на аэродром Владимировка вблизи города Ахтубинска приземлились два бомбардировщика Ту-4А. Командиры экипажей — майор В. Я. Кутырчев и капитан К. К. Лясников.

Ахтубинск — это Астраханская область, но от Ахтубинска до Сталинграда рукой подать, а до Астрахани — вон сколько. Но ближе всего к Ахтубинску — Капустин Яр, в армейском обиходе — Кап-Яр или Капустино, наш самый первый ракетный полигон. Оттого, что Кап-Яр и всё вокруг — сплошная запретная зона, тут можно без риска расположить носители, заряды и персонал.

12 августа экипажи приступили к тренировочным полетам. Их сопровождали разведчики Ил-28Р, задачей которых была съемка параметров взрыва.

7 сентября на аэродром Владимировка спецэшелоном были доставлены две ядерные бомбы.

13 сентября под каждый из двух носителей подвешено по одной бомбе.

Ранним утром 14 сентября оба носителя запустили двигатели. О том, кто полетит, экипажи самолетов не знали. Полная готовность — обоим. В 5 часов 41 минуту начальник 71-го полигона ВВС генерал-майор авиации В. А. Чернорез отдал приказ на взлет экипажу Кутырчева

В 6 часов утра Чернорез по правительственным каналам связи доложил руководителю учений Маршалу Советского Союза Жукову о взлете носителя. В полете носитель сопровождали два самолета-разведчика Ил-28Р. Несколько звеньев истребителей МиГ-17, меняясь на маршруте, охраняли носитель и самолеты-разведчики с приказом без предупреждения сбивать любой летательный аппарат, который посмеет приблизиться к носителю.

Второй носитель с подвешенной бомбой и работающими двигателями ждал на аэродроме момента, пока первый наберет высоту. После этого второму носителю был дан приказ глушить двигатели, однако второй экипаж должен был находиться в самолете до самого момента взрыва бомбы на Тоцком полигоне.

А это долгое тоскливое ожидание.

Майор Кутырчев: «Цель вижу!»

Маршал Советского Союза Жуков: «Выполняйте задачу».

Майор Кутырчев: «Вас понял. Работаю».

В 9 часов 33 минуты 10 секунд атомная бомба тихо выскользнула из бомбового люка носителя и с легким свистом устремилась к земле. Через 48 секунд она достигла заданной высоты.

И грохнула.

Австрийский писатель Роберт Юнг через четыре года опубликует свою знаменитую книгу об американских и западноевропейских ученых-атомщиках. Книгу он назовет «Ярче тысячи солнц». Это, видимо, самое образное, самое короткое и точное описание ядерного взрыва. Это именно то, что почувствовали десятки тысяч участников войсковых учений «Снежок». Ослепительная, неимоверно яркая вспышка на десятки километров озарила местность мертвенно-белым светом, который можно было бы отдаленно сравнить со сверканием электросварки.

В точке взрыва возникла огненная светящаяся область сферической формы, горизонтальным размером в 713 метров. И сильно качнуло. Качнуло так, словно одним ударом в скальную породу вбили стометровую стальную сваю. Качнуло земную твердь с холмами и речкой, с оврагами и полями, с лесами и рощами, с деревушками и церквушками, с танками и орудиями. Качнуло десятки тысяч человеческих душ. Земля словно сдвинулась с места, ушла из-под ног, заходила, как волна в море.

Первый поражающий фактор ядерного взрыва — световое излучение. Название это не совсем точно. Ядерный взрыв — это температура в миллионы градусов. Это не только световой, но и тепловой импульс, от которого загорелись мгновенно высушенные деревья и кустарники, краска на танковой броне и соломенные крыши в соседних деревнях, от которого почернели, сморщились и посыпались листья в дальних рощах.

Тут же за световым импульсом, обгоняя собственный звук, дробя и ломая все на своем пути, срывая башни и бросая вверх гусеницами пятидесятитонные танки, пушинками сдувая бронетранспортеры и артиллерийские тягачи, пошла ударная волна. Скорость ударной волны на начальном этапе — сверхзвуковая, и потому грохот, рвущий барабанные перепонки, несколько отстает, запаздывает.

Страшная температура взрыва мгновенно испаряет влагу на десятках квадратных километров, грунт измельчается, превращаясь в радиоактивную пыль. Потому следом за ударной волной идет упругий, секущий пылевой вал высотой в 200 метров.

Взрыв сжег миллионы и разогнал в стороны миллиарды кубометров воздуха, потому в эпицентре — вакуум. И эта пустота, как пылесос, потянула в себя все те миллионы кубов пыли, которые только что разнеслись и разлетелись во все стороны. Огненный шар, пульсируя, кипя и содрогаясь, как бы нехотя превращался в огромное, в полнеба, яркое облако, изрыгая ослепительные красно-черные вихри. Гудящее багровое пламя снизу подпирало и толкало вверх сатанинское месиво дыма и огня. Облако меняло форму и цвет. Малиновые тона переливались в темно-бордовые, затем в пепельно-серые и иссиня-черные. Клубясь облако стремительно набирало высоту, засасывая с земли и увлекая за собой столб грунта и пыли.

Вот тут и ударила артиллерия!

Вот тут своей мощью блеснула авиация! Удар наносился не звеньями, не эскадрильями, но полками! Одновременно — три полковых удара бомбардировщиками: левее взрыва, правее и позади него! В 9 часов 55 минут на 21-й минуте после взрыва 39 бомбардировщиков Ил-28 и 6 истребителей МиГ-17 на высоте 7 километров проскочили через ствол радиоактивного облака, через пылевой столб атомного гриба!

Бомбардировщики стелили бомбы коврами. Это были не отдельные взрывы, но одновременный подъем сотен тонн грунта, сорванных с поверхности земли. Следом — три полка реактивных штурмовиков и еще три полка истребителей. Они шли волнами над самой землей с оглушительным свистом и ревом. Они били, не жалея стволов, из сотен автоматических пушек по всему тому, что еще могло уцелеть в этом рукотворном аду Разрывы артиллерийских снарядов и авиационных бомб слились в потрясающую симфонию войны, в гимн неукротимой мощи нашей доблестной армии!

И едва только примолкла артиллерия, к эпицентру, пробиваясь сквозь буреломы и очаги пожаров, на танках рванули дозоры радиационной разведки. В 10 часов 13 минут, через 40 минут после взрыва, они были в эпицентре. И дали добро!

И тогда в бой пошли две гвардейские дивизии 128-го стрелкового корпуса. В 12 часов передовые отряды «восточных» достигли эпицентра взрыва.

Местность перед ними выглядела совсем не такой, какой была еще недавно. Никаких ориентиров. Ничего не узнать. Пустынное мрачное поле.

От лесного дубового массива осталось лишь черное пепелище — обгорелые колышки. Боевая техника — наша и наших вероятных противников — оплавлена, покорежена. Траншей и укрытий не стало — верхний слой земли как бы переместился. Все сравнялось. Зрелище было жутким (Красная звезда. 9 июля 1992 г.).

Земля стала рыхлой, словно ее пахали трактористы-целинники, а затем просеивали. Земля курилась. Ближе к эпицентру земля была оплавлена — она покрылась стекловидной коркой расплавленного песка. Земля хрустела и ломалась как лед. На оплавленном грунте — сорванные танковые башни, смятые, как грубая оберточная бумага, корпуса бронетранспортеров, причудливо изогнутые пушечные стволы.

Пролом в обороне «западных» получился удивительно чистым. Останавливать наступающих некому. По тем, кто пытается сопротивляться, — ураганный огонь артиллерии и повторный удар авиации.

В 13:00 «восточные» нанесли второй, на этот раз условный ядерный удар по резервам «западных».

В 13:40, используя коридор, проложенный вторым взрывом, «восточные» с новой силой устремляются вперед.

В 14:40 «восточные» нанесли третий, тоже условный ядерный взрыв.

«Западные», прикрываясь дымами, начали отход.

Глава 16

Оборотная сторона учений на Тоцком полигоне. — Послевоенные бомбардировщики СССР и США. — Показуха: то, что продемонстрировали в ходе учений на Тоцком полигоне, было невозможно повторить в реальной боевой обстановке. — Проблемы доставки ядерной бомбы и обеспечения точности бомбометания. — «Балет». — Войсковые учения «Днепр» в сентябре 1967 года как еще один яркий пример показухи, цель которой была аналогична цели учений на Тоцком полигоне. — Последствия Тоцких учений. — Радиационное облучение участников учений и радиоактивное заражение местности. — Высадка специальной группы в эпицентре ядерного взрыва.

Войсковые учения на Тоцком полигоне в сентябре 1954 года имели оборотную сторону.

Ключевым моментом учений был сброс бомбы. С ее характеристиками мы в общих чертах уже познакомились, но не можем пройти и мимо носителя.

В 1954 году на вооружение советских ВВС поступили реактивные бомбардировщики Ту-16, в армейском обиходе — «Туша». Эти бомбардировщики вполне годились для разрушения городов, крупных промышленных и транспортных объектов в глубоком тылу противника. Однако все попытки использовать Ту-16 для нанесения удара по опорным пунктам условного противника на переднем крае обороны, когда рядом находятся свои войска, завершились полным провалом — обеспечить требуемую точность бомбометания не удалось.