Длинные бледные пальцы, покрытые золотистой чешуёй, коснулись моих висков.
То, что я увидела. я не смогу забыть это никогда. До самого последнего дня моей жизни.
Ни холод тюрьмы, ни талую воду в миске, ни горку сухой соломы, наброшенную на узкую скамью… Ни тело, что бессильно висело на цепях. Не человек, не дракон. Умирающее существо. Без разума и без надежды.
Я очнулась, содрогаясь от холода. В зале было тепло, эта изморозь шла из самых глубин души.
Слепой бог всё так же стоял рядом и едва заметно улыбался.
— Ты поможешь мне?
Хитрый, активный, упрямый и упорный манипулятор. Добился своего.
- Да.
— Ты примешь меня?
Маленькая ящерка доверчиво скользнула мне на руку, вглядываясь глазами-бусинками.
Притихший во время беседы Орвер смешно повел носом, подергивая нервно хвостом. Переживал?
— Да, — у меня не было выхода. У всех нас, если мы хотели выиграть и разрубить этот старый клубок.
— Хорош-шооооо…
Его ладони обхватили моё лицо.
Тело Шиоранеша охватило сияние. Нестерпимо яркое, золотое, ослепляющее.
Я закрыла глаза — и в тот же миг губы обожгло поцелуем.
В нем не было страсти, не было попытки утвердиться. Да и желания не было. Было лишь обжигающе горячо, почти больно, когда чужая сила отмечала меня, переходила в меня, наполняла меня, заставляя взорваться криком.
По телу пробежала лава.
— Теперь переход произойдёт быстрее. Ищи союзника. Одна ты девчонку не вернёшь. Да и надо ли… И не забывай — теперь твоя душа, сила и кровь принадлежат мне. Сама пришла. Сама согласилась. Но свою верность ты сможешь подарить лишь единожды.
Голос разнесся эхом, но сама я уже была не здесь, не в древнем святилище, а плыла куда-то на теплых волнах. В этих снах я летала. Подо мной проплывали подсвеченные светилом облака, мелькали тени птиц, вились внизу ленты рек и пятна озёр. Мощные крылья рассекали воздух, и от восторга и упоения и я вскинула морду и зарычала. Рядом отозвались рыком мои собратья. Я повернула голову, чтобы приветствовать их и. проснулась от пронзительного противного звона. В собственной кровати, в общежитии Академии.
И я бы посчитала это сном, если бы не увидела на теле очередную метку. Прямо напротив сердца сияла маленькая фигурка саламандры.
Глава 3
Остаток вечера прошёл сумбурно. Магистра по мертвякам, как я тихо стала называть про себя этот предмет, не нашла. Его уже пол дня не было в Академии, но что-то подсказывало, что едва ли магистр Даэ бросился искать пропавшую драконицу. Стоило ли вообще говорить ему об этом? Хотя, если уж императорская семья так ему доверяет…
Попыталась найти хоть след, хоть намек, хоть какую-то подсказку от подруги. Но пусто. Словно её никогда и не было здесь. Даже в общежитии особо не шептались. Была и нет.
Поэтому — да ещё из-за попытки наверстать пропущенный материал — легла я поздно. А подскочила из-за противного дребезжания общей побудки рано.
День обещал быть жарким. Весьма.
Особенно, учитывая то, что именно на сегодня стояли две мои заранее "любимые" пары. "Искусство оборота" и, наконец, "Общение с Тенью", которое должен был вести наш куратор.
К слову, Расоведения не было уже неделю. говорят, что наш любимый преподаватель на дуэль так и не явился, устроил жуткий скандал и, в конечном счёте, хлопнул дверью Академии. По нему плакать никто не стал, но на то, чтобы найти нам нового преподавателя, требовалось время. И усилия.
Надо ли говорить, что отвратительное утро не стало лучше, когда я обнаружила, что часть вещей Майры бесследно исчезла, а мои. всё, кроме того платья, что было на мне вчера после посещения краэнга, было негодным к ношению.
Я молча оглядела добротные вещи, изрезанные на части, заляпанные яркими красками, наглухо зашитые со всех сторон и даже липкие, как от сиропа.
Так же молча прикрыла глаза.
Что ж, я же всегда знала, что пределов человеческой подлости не существует. Чем драконы лучше? Безмозглые, воспитанные на вседозволенности малолетки. Никакой тебе мудрости столетий и прочей красоты.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Выдохнула. На кончиках пальцев блестели тонкие острые коготки. И вот знаете, сейчас я совершенно точно понимала, почему драконов считают агрессивными!
Я очень агрессивная. Настолько, что когти бы почесать об чью-нибудь самодовольную физиономию.
Но, не успела я продумать план мести и временно позаимствовать какой-то более-менее ладно скроенный костюм у Майры (хоть и смотрелся он на мне мягко говоря не слишком удачно), как в дверь постучали. Пришлось торопливо приводить себя в порядок и открывать — на всякий случай готовя и боевое заклинание. Так, кому утром жить расхотелось?
Резко распахнув дверь, услышала:
— Ты настолько рада меня видеть, Найана, что решила загрызть на пороге?
Раймир. Необычные ультрамариновые глаза — наследство альвири — уставились в упор. Конечно, он заметил и покрасневшие глаза, и кое-как сплетённую косу, и неряшливо сидящую одежду. Заметил и промолчал.
Шагнул вперёд, нагло оттесняя меня в мою же комнату и захлопнул дверь. Быстро оглядел царящий вокруг разгром.
— Что происходит, Сагран? Откуда в тебе драконья кровь? Ты едва не обратилась посреди столовой, а ведь для Теневиков это смертельно опасно! Я чувствую на тебе чужую метку — но не вижу её. Впрочем, учитывая, что разбираться со всем явился сам краэнг, и боевики получили блокировку силы на три месяца, что для них значит либо исключение из Академии, либо пересдача и второй год…
На миг я опешила.
— Ты всегда такой наглый, Коэну? — сложила руки перед собой, склонив голову.
— Нет, только по будням, когда начинает происходить демон знает что вокруг! — вернули мне любезность.
— Полагаешь, отвечу правду?
— Полагаю, тебе нужен хоть кто-то, кому ты сможешь доверять. Пусть и не абсолютно. Оставаться одной против половины Академии — не самый умный поступок.
— Ты полагаешь? — Раймиру я не то, чтобы не доверяла, но это его внезапное желание подружиться весьма настораживало. Полукровка себе на уме и просто так не делает ничего.
Глава 4
— Полагаю, что в Академии творится что-то весьма неприятное, — он качнул головой, отбрасывая непослушную чёлку, — кому и что ты собираешься доказывать, действуя в одиночку? Ты знаешь, что магистр Деаррон сказал нам, что Майра ушла из Академии по собственному желанию? Её родственники подтвердили, что забрали её в Клан, где вскоре должна будет состояться Церемония Обручения. А, поскольку она не окончила Академию, а её дар опасен, его просто заблокируют.
— Что?!
Это был, как удар пыльным мешком по затылку. Несколько минут я просто не знала, что сказать, пытаясь нащупать грань между "девушки не выражаются" и "когда очень хочется, то можно".
— Но интереснее другое, — однокурсник спокойно оперся о стену, — у меня есть кое-какие знакомые в Клане Ледяной Купели, — так назывался клан Майры, — и они утверждают, что молодой госпожи в доме нет, а её мать со вчерашнего вечера не выходит из своих комнат, а Глава клана едва не разнес зал для приёмов.
— И о чём это должно говорить? — с утра мысли ползали вяло, как тараканы после дихлофоса.
— Что девушка исчезла. При этом официально об этом не объявили. Это значит только
одно…
— Её похитили, и родителям запретили об этом говорить, если хотят видеть дочь живой, — да, в своё время я прочитала много детективов.
— Вполне возможно. А вот клановые ли это разборки или нечто большее.
— Совершенно вас не касается, адепты. Если не хотите опоздать на завтрак и на пару — прекратите орать на весь коридор. Вас не услышит только ленивый! Или глухой!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мы оба вздрогнули и резко обернулись. Отлично. Я и дверь запереть забыла. И теперь на пороге стоял тот, кого бы я не хотела видеть ещё очень долго. Роэран Шакарт. И выглядел василиск просто неприлично довольным жизнью.
