Убивать офицера Георгий не собирался — какой в этом смысл? Требовалось взять всех шестерых живыми.
Остальные пятеро испугались. И кажется, даже не сознавали, что русский пытается взять их именно на испуг в полном одиночестве.
Раненый немец стонал и пытался стянуть с себя изодранную грязную шинель, чтобы понять, что у него с рукой. Леднев в секунду подскочил и, пока раненый занимался своим предплечьем, ловко и быстро связал руки другим пятерым. Затем сорвал шинельку со стонущего от боли немца.
— Давай перевяжу, завоеватель! Ничего там страшного нет! Слегка задело.
Он перетянул раненому руку, чтобы остановить кровь, связал немцев всех вместе и повел шеренгу за собой. Офицеры шли понуро. Довольный и гордый собой Жорка поглядывал на них и усмехался.
В пустой деревне он быстро отыскал вполне приличный дом. Такие сохранялись везде и всюду по неписаному закону войны — какой-то паре избушек везло. Везло и Георгию. Судьба так баловала его, что он даже стал опасаться за свое будущее. Ведь, как правило, следом за удачами на человека начинают сыпаться все шишки и многочисленные беды.
В облюбованной им избе нашелся отличный большой подпол, довольно сухой и со съестными припасами. Леднев разглядел ряды банок с грибами, огурцами и бочку, очевидно, с квашеной капустой.
Отлично, подумал он, этим кощеям будет чем отъесться да полакомиться. Он столкнул пленных вниз и закрыл на замок. Вроде вполне надежный. Потом отыскал в избе ведро и принес воды из колодца, который, как ни странно, оказался в полном порядке. Глубоко внизу тонко хрупнуло под сильным ударом ведра — разлетелся плотный ледок, затянувший воду. Видимо, колодцем не пользовались давно.
— Пейте на здоровье! — приветливо сказал Жорка, спрыгивая в подпол вместе с ведром. — Все вылакаете, еще принесу.
Он внимательно осмотрел пленных, глядящих на него робко и затравленно, облюбовал себе раненого — а то он еще не дождется следующего прихода Леднева! — отвязал его от общей цепочки и потащил за собой наверх. Остальные тоскливо уставились ему вслед.
— Не дрейфьте, парни, и не печальтесь, всех заберу! — весело пообещал Георгий. — Только по очереди! И в другой раз!
Но эти немцы, в отличие от спасенного им танкиста, по-русски не понимали ни слова, даже не ориентировались в интонации, поэтому смотрели тупо и обреченно.
Жорка аккуратно закрыл за собой подпол и проделал неподалеку в полу несколько небольших дырок для воздуха. Не задохнулись бы его «языки»! А выбраться они вряд ли сумеют. Связаны прочно, как по одному, так и все вместе. Да и ослабели очень.
— Шагай, вояка! — скомандовал раненому немцу Леднев. — Там тебя уже ждут не дождутся!
Раненый офицер оказался важным чином из штаба армии Паулюса.
Выслушивая слова благодарности, Георгий смекнул, что и те, остальные пятеро, тоже небось птицы высокого полета.
Тогда ему действительно крупно прифартило. На редкость…
В следующую свою вылазку он сразу наведался к своим подопечным. Они его явно ждали и, едва он распахнул люк подпола и посветил фонариком, радостно залопотали, перебивая друг друга.
— Соскучились, видать? — хмыкнул Жорка, спрыгивая вниз. — А чего же лопали так мало? Эх, криворукие! Даже банку толком разбить не умеете! Это не отрава, а очень вкусно. Воду всю вылакали? — Он звякнул пустым ведром. — Сейчас принесу…
Еще больше отощавшие немцы, заросшие жесткой щетиной, уставились на него, как на своего единственного спасителя и надежду. В подполе отвратительно разило давно немытыми, чудовищно грязными телами, мочой и испражнениями. А что тут будет еще через неделю, представил Георгий и передернулся.
— Вернусь, не дрейфьте! — успокоил пленных и, посвистывая, отправился за водой.
Вернувшись, он подумал и принес второе ведро с водой, затем открыл две банки и бочку и показал немцам, что делать с их содержимым. За то время, пока Леднев у себя в части готовился к новой вылазке за врагами, немцы сумели с большой осторожностью разбить всего лишь две банки с грибами. И то хорошо. А то совсем полный голод. Кроме того, они, видимо, грызли мороженую картошку.
Мимо прошмыгнула большая остромордая крыса. Наглая, как опытная рыночная торговка.
— Кыш, дрянь! — крикнул Жорка и швырнул в крысу куском деревяшки, валявшимся рядом. — Вы этих тварей гоните прочь, а то как начнут здесь орудовать! Правда, им жрать тут тоже нечего, но все равно… Парни, да будьте вы посмелее и поактивнее! Неужели совсем умирать собрались? Только настоящий идиот мог послать в Россию таких не приспособленных к жизни горемык! Имя этого кретина на букву «Г» давно всем известно!
Леднев вылез из подпола и пошарил в избе. Может, найдется еще какая-нибудь еда для его многострадальных пленников. Пока он заберет отсюда их всех до одного…
Но в доме было шаром покати. Да и откуда тут взяться жратве, если хозяева покинули его как минимум месяца три назад… И вдруг взгляд Георгия нашарил в углу что-то бережно прикрытое полотенцем. Он приподнял тряпицу: так и есть! Под полотенцем стояли горкой аккуратно, бережно сложенные кем-то банки немецких консервов.
Жорка сгреб банки в охапку и потащил их в подпол. Появление Георгия с консервами встретили гулом восторга. Леднев вскрыл банки ножом — без него немцы все равно не справятся, — сунул им консервы под нос, отвязал, почти не глядя, крайнего и повел за собой.
— Смотрите, на мясо сразу не набрасывайтесь! Лопайте потихоньку! — крикнул вниз, уходя. — А то понос прошибет! Замучаетесь дристать! Что я тогда с вами делать буду? Докторов к вам таскать?
Еще четверо, думал он. Эта четверка мне тоже нужна, просто позарез необходима… Надо, чтобы они все выжили. Но вроде фрицы малость оклемались. И еды у них теперь навалом. Хотя к следующему разу они все сожрут подчистую. Что-то надо придумать… И Жорка стал подмазываться к кашевару, парню дубоватому и на лесть падкому.
Немцы вновь встретили Леднева радостным гомоном. А увидев новый паек, выданный кашеваром, отлично обработанным хитрым Жоркой, обомлели. В подполе воняло еще сильнее, особенно после свежего воздуха. Зато теперь там оставались лишь трое…
Так, раз за разом, Георгий приводил ценных «языков» из подвала начальству, поражая его своими уникальными способностями.
Конечно, думал он, воевать нужно не только автоматом и штыком, но еще и мозгами. И неизвестно, что здесь нужнее.
Когда он привел последнего подпольного и сдал начальству, неожиданно возле землянки наткнулся на спасенного им фрица-танкиста.
— А, привет! — обрадовался Жорка. — Жив-здоров? Смотри, даже брюхо малость наел! Молодец! И ожогов почти не видно. Так, ерунда…
