Им на смену пришла видеокультура, решительно отодвинувшая в сторону книги и превратившая в видеоряды и игровые виртуальные пространства основные каналы получения человеком информации о мире. Это не могло не привести к широкомасштабному распространению клипового сознания.
Таким образом, едва ли не наиболее опасный с момент прохождения человеческой популяций бутылочного горлышка примерно 60 тыс. лет назад период существования цивилизации люди встречают не с самым крепким здоровьем, различными невротическими отклонениями и клиповым сознанием.
Наконец, в-седьмых, на протяжении последних 50 лет с неотвратимостью смены дня и ночи действовала закономерность увеличения разрушительной мощи отдельного индивидуума или малой группы. Эта закономерность получила название парадокс Станислава Лема. В своей без преувеличения гениальной работе «Сумма технологий» он, наряду с прочим, предсказал лавинообразное нарастание рисков, связанных с тем, что отдельный человек или малая группа могут получить и даже разработать не только оружие массового, но и тотального уничтожения. В первую очередь, по его мнению, к такого рода оружию относятся программируемые биовирусы, кибероружие и нановооружение, которое пока человечество не освоило. Еще в 1967 году Лем отмечал, что, скорее всего, войны между государствами сменятся противоборством государств с террористическими группами, сетями и одиночками. Поскольку ломать – не строить, разрушительная мощь в перспективе, по его прогнозу – до 2030–2050 годов будет нарастать значительно быстрее, чем эффективность средств обороны.
Прогнозы, сделанные американскими, советскими, израильскими исследователями и экспертами и зафиксированные в открытых источниках информации, сбываются за последние 15–17 лет с регулярностью прохождения японским поездом железнодорожных станций. Поскольку в течение истекших почти 30 лет прогнозы подтверждаются, нет никаких оснований полагать, что ситуация изменится в следующие годы и десятилетия. Впереди человечество ждет, пожалуй, самый рискованный и опасный этап существования с момента прохождения им второго бутылочного горлышка, которое палеогенетики относят примерно к 12–14 тыс. лет назад. Тогда человеческая популяция, по оценкам палеонтологов и генетиков, сократилась до нескольких тысяч человек и находилась под угрозой исчезновения. Но выжила.
Часть II
От футурошока к хронотрешу
Глава 1. Демографические риски
Основополагающим процессом, определяющим ближайшее будущее человечества, являются демографические процессы. Подавляющее большинство академических исследователей, разведывательных аналитиков и практикующих политиков полагают, что именно демографические процессы в силу своей самодостаточности имеют инерционный характер и не поддаются жесткому целенаправленному управлению.
При этом в течение последних 100 лет различные страны и глобальные сообщества пытались управлять динамикой народонаселения. Политикам и элитам представлялось, что управляющие воздействия ведут к запланированным результатам. Однако каждый раз оказывалось, что на короткой дистанции результаты приводили к неожиданным, в основном негативным, последствиям.
В настоящее время происходит процесс демографического перехода. Это – одно из главных событий человеческой истории последних трех столетий. Демографический переход для населения мира представляет совершенно особый период, связанный с резким замедлением темпов роста населения. Впервые демографические процессы привлекли к себе внимание после публикаций Томаса Мальтуса. Современный же взгляд на демографию сложился под влиянием работ американского демографа Фрэнка Ноутстейна, голландского аналитика Ван де Каа, австрийского физика и математика Хайнца фон Ферстера и главного аналитика Rand Corporation Кингсли Дэвиса.
В докладе, подготовленном Rand в 60-е годы прошлого века для президента Кеннеди, указывалось, что «на протяжении 99 % человеческой истории рост населения Земли был похож на медленное и неуверенное движение пламени по длинному тонкому фитилю, пока, наконец, огонь не достиг порохового заряда и не взорвался. В течение миллиона или более лет численность людей на планете оставалась либо постоянной, либо увеличивалась с бесконечной медлительностью, временно расцветая в некоторых областях мира, но в других районах почти не зная роста… Даже после появления сельского хозяйства население мира росло настолько медленно, что по современным стандартам казалось стационарным. И лишь после начала промышленной революции в XVIII, XIX и XX веках население стало расти опережающими темпами. Из года в год увеличивался не только прирост населения, но и его темпы».
Сегодня среди исследователей и аналитиков продолжает оставаться влиятельной теория гиперболического роста с последующим резким замедлением. Суть этой теории, впервые сформулированной знаменитым математиком фон Ферстером, состоит в том, что численность населения планеты будет стремительно нарастать по экспоненте, и в итоге уже в районе примерно 2036 года превысит все мыслимые размеры. К настоящему моменту можно утверждать, что этот сценарий не случится.
Тема демографии, наряду с противостоянием с СССР в Холодной войне, в значительной степени определяла внешнюю и внутреннюю политику Соединенных Штатов во второй половине XX века. Не зря одним из важнейших следствий американо-китайского сближения в конце 60-х – начале 70-х годов было согласие Китая – самой населенной и быстрорастущей по численности населения страны мира – на резкое ограничение рождаемости, обеспеченное не только медицинскими, но и запретительными административными мерами. Возможно, именно это решение сыграло судьбоносную роль в динамике глобальной демографии. Начиная с 80-х годов прошлого века наблюдается непрерывное снижение темпов роста населения, которое получило название второго демографического перехода. Более того, целый ряд демографов полагают, что в районе 2030–2035 годов численность населения мира стабилизируется.
Процессы демографии еще со времен основания Римского клуба постоянно находятся под пристальным вниманием политиков. Как правило, они обращают внимание, прежде всего, на темпы прироста населения и анализируют зазор между динамиками рождаемости и смертности. Лишь в последнее время в центре внимания, наряду с рождаемостью и смертностью, стала проблема миграции.
До сих пор демографы продолжают снабжать действующих политиков и разведывательное сообщество весьма противоречивыми гипотезами относительно резкого замедления темпов роста населения в последние 30 лет с вероятной перспективой выхода в районе 2030–2035 годов на плато стабильной численности населения планеты. Значительная часть из них на основании перелома динамики делает вывод о кризисе человечества, исчерпании его жизненных сил и угасании творческих возможностей. Представляется, что данный вывод не справедлив. Как известно, человечество является единственным биологическим видом, который на протяжении истории демонстрировал способность к резкому увеличению популяции. Как правило, основные виды животного мира в рамках ценозов стараются поддерживать стационарную численность, а резкое увеличение или уменьшение рассматривается как патология.
Однако более важно другое обстоятельство. Представленные выше выводы сделаны на основе умозаключений и качественных соображений. Если же обратиться к статистике, то ситуация станет более прозрачной и понятной. Промышленная революция действительно резко изменила характер воспроизводства. Широкое использование технологий, в том числе жизнесберегающих, и максимизация производства продовольствия привели в Европе и Северной Америке, начиная с конца XIX века, к устойчивому снижению смертности. Она утратила роль системного регулятора численности населения. Уже в XX веке, в ответ на снижение смертности, а также в результате улучшения здравоохранения и
