В дни, когда выпадала не моя рабочая смена, я сидел в библиотеке и рисовал. Это было удивительно. Словно ткань, в которую я был завернут, вдруг сползла, и одна идея стала рождаться за другой. А ведь до этого у меня было столько свободного времени, но ничего хорошего в голову не приходило. И даже желания рисовать не было.
Я стал часто беседовать с остальными коллегами. Седовласый мужчина, который работал на стойке администрации… директор центра Фурута, был сотрудником Ассоциации общественных центров. Эта подрядная организация управляла деятельностью районных общественных подразделений.
Когда я искал работу, мне в голову приходили только компании или заведения общепита. Я даже не мог представить, что совсем рядом окажется столько вариантов. Если поискать еще, возможно, я найду что-то, что полностью подойдет мне.
Я был так благодарен за то, что мне дали шанс здесь работать. И за то, что я могу с большим удовольствием заниматься физическим трудом, и за то, что посетители мне улыбаются.
И еще моя мама. Когда я уволился из компании, она ни в чем меня не упрекала. Когда болтался без дела дома, она никогда не ставила ультиматумов, но старалась сделать все возможное, чтобы я выходил из дома. Наверное, окружающие ей говорили, что она меня слишком балует. Например, на встречах, посвященных годовщине смерти кого-то из родственников, наверняка спрашивали, чем занимается ее сын. Представляю, как тяжело становилось у нее на душе в такие минуты. А ведь те, кто ее спрашивал, не имели никакого злого умысла. Наверное, от этого было еще больнее. Ведь принято, что любой взрослый человек, когда он уже не студент, должен работать. Но даже несмотря на взгляды окружающих, мама ни в чем меня не обвиняла.
И даже когда вернется старший брат, скорее всего, это не изменится. Я был несправедлив, когда думал, что мама ценит его больше.
Я поеду в аэропорт и вместе с мамой скажу ему: «С возвращением».
Моя первая зарплата. Я сложил все деньги в конверт и отдал их маме. Вместе с небольшим букетом цветов.
Прости меня и спасибо. За то, что ты всегда создавала светлую атмосферу, хотя и беспокоилась обо мне.
Мама не взяла конверт, просто молча вернула. А потом, уткнувшись лицом в цветы, расплакалась.
Апрель.
Мурои зашла в центр проведать нас.
Вместе с дочкой и внуком. Поблагодарила за помощь. Сказала, что мною все довольны. Она говорила очень быстро. За спиной Мурои стояла ее дочь с малышом на руках, который внимательно смотрел на меня. Он пока еще плохо держал головку, а на его макушке рос завиток волос. Я подумал, что он похож на Монга. И тут Мурои произнесла:
— Такой милый, правда? Для меня он лучшее, что есть в жизни.
И после окончания срока замещения я остался здесь работать. Четыре дня в неделю.
Они взяли нового сотрудника, но Фурута-сан оставил и меня тоже.
— Мы думали о том, чтобы брать не одного человека. Когда я увидел, как ты работаешь, решил, что ты нам нужен и в дальнейшем, — сказал мне Фурута.
То есть поступить на работу — это не обязательно подать резюме и пройти собеседование, после которого комиссия отберет кандидата. Можно стараться и делать то, что делаешь, и на тебя обратят внимание.
Со мной заключили договор с частичной занятостью на год. Оплата почасовая — тысяча сто иен в час. Мне этого достаточно, я очень благодарен. Я буду здесь работать и рисовать… и постепенно найду свою дорогу.
Перед уходом Мурои сказала мне:
— Я оставила коробку печенья Honey Dome Саюри-тян, так что, Хироя, ты тоже угощайся.
— Большое спасибо. Все же Комати-сан любит это печенье.
Мурои, бросив на меня взгляд, ухмыльнулась.
— Благодаря этому печенью они познакомились с мужем. В магазине одновременно потянулись за коробкой! Шпилька, которая у нее всегда в волосах. Это он подарил, когда делал предложение!
— Вот это да!
Я удивился. А потом почувствовал невероятную легкость и счастье.
Как бы это сказать… У каждого человека есть своя история.
В обеденный перерыв я отправился в библиотеку. Нодзоми, расставлявшая книжки на полки, заметила меня и окликнула:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Прислали книгу, которую вы заказывали.
Это атлас с глубоководными рыбами всех океанов мира. Хочу его использовать как источник информации для иллюстрации, которую отправлю на конкурс одного художественного журнала.
Я хочу создать странный мир, полный гротеска, юмора и любви.
Перелистывая атлас за столом, я услышал, как стремительно щелкает пальцами Комати по клавиатуре. Та-та-та-та. Из-за ширмы виден мужчина средних лет с сумкой на поясе. Он пришел за консультацией.
Я вдруг рассмеялся. Все же она похожа на Кэнсиро. Но прием Комати научил меня чему-то противоположному тому, что было в «Кулаке Полярной звезды».
Это очень простой факт. В результате долгой истории и эволюции здесь…
Я еще живу!
Глава 5. Масао. Шестьдесят пять лет. Пенсионер
![]()
В последний день сентября мне исполнилось шестьдесят пять. Мой последний день на работе.
За те сорок два года, что я проработал в компании, я не сделал чего-то особенно выдающегося, но и не сделал ничего, за что меня можно было бы осудить, начальство признавало мою старательность, благодаря чему я стал начальником отдела.
Вы отлично поработали.
Большое спасибо.
Всего вам хорошего.
Мне вручили цветы, подчиненные аплодировали, после чего я покинул фирму. С чувством покоя, выполненного долга и при этом легкой грусти.
Много чего произошло за эти годы, но я старался как мог. Каждый день в один и тот же час садился на электричку, приезжал в офис, занимал место за своим столом, выполнял свою работу. И этому распорядку моей жизни сегодня наступил конец. Я посмотрел на здание своей фирмы, слегка поклонился, развернулся и пошел домой.
И теперь… и теперь…
Что же дальше?
Что мне делать с завтрашнего дня?
Цветение сакуры скоро подойдет к концу. Может, сходить завтра в соседний парк?
Подумав об этом, я в следующий момент изменил свои намерения. Нет, я уже довольно насмотрелся.
Обычно в конце первой недели апреля я всегда куда-нибудь отправлялся, чтобы застать цветение сакуры, пока она не облетела. Но в этом году все иначе. У меня было достаточно времени каждый день, чтобы любоваться ею начиная с бутонов и до полного благоухания. Сколько угодно времени — и днем, и вечером.
Когда Тиэ — моя дочь — была маленькой, я даже на выходных был так занят, что не мог найти времени для прогулки. Порой мне казалось, что весна проходит, а мы так и не посмотрели вместе на цветение.
Теперь у меня есть время, но дочь уже совсем большая, самостоятельная и живет отдельно. А даже если бы жила со мной, вряд ли бы захотела пойти с папой смотреть сакуру.
За те полгода, что прошли после моего ухода на пенсию, я понял три вещи.
Первое. В шестьдесят пять чувствуешь себя гораздо моложе, чем я раньше думал.
Это и правда удивительно. Я был вовсе не таким стариком в свои шестьдесят пять, как представлял себе в детстве. Разумеется, я уже давным-давно не молодой человек, но, по крайней мере, у меня нет чувства, что я уже старик. Я все еще человек среднего возраста.
Второе. У меня нет вообще никакого хобби.
Разумеется, есть то, что мне нравится или приносит удовольствие. Например, выпить вечером пива или посмотреть исторический сериал в воскресенье. Но это нельзя назвать хобби, скорее досуг. У меня нет ничего такого, что бы я делал руками или чем бы был настолько увлечен, что мог с пылом рассказывать, ничего, что было бы объектом моего интереса.
И последнее…
Перестав быть служащим компании, я больше не нужен обществу.
В течение многих лет я работал в отделе продаж и переговоры были частью моих обязанностей. Именно поэтому, возможно, казалось, что я живу в окружении многих людей.
