Испанцы и португальцы первыми из архантропического сообщества западноевропейских «охотников»-па-разитов достигли Америки. Их дикие зверства, грабежи, массовые убийства аборигенов описаны достаточно полно. Мы не будем останавливаться на них. По сути дела, эти архантропы-«людоеды» просто вырезали и предали огню все имеющиеся на то время высокие цивилизации Америки. Это было планетарной катастрофой. Целью уничтожения истинно американских народов было только одно— присвоение их сокровищ, земель, обращение уцелевших в рабов. «Цивилизаторы»-дегенераты действовали по отлаженному на славянах сценарию так же, как и сотни лет, как всегда. Славяне давали отпор. И часто били дегенератов-«охотников». Индейцы были не готовы к отпору. Они просто не ожидали встретить в приплывших к ним людях (внешне людях) звериные инстинкты обезумевших хищников, они не знали, что имеют дело с охотниками на людей, с «людоедами».
Различия между западным зверочеловеком, канниба-лом-«охотником» и русским человеком-созидателем мы видим на примере русско-«испанской» Калифорнии, скажем, XVIII века. Два генетических типа. Два подхода. Испанец-колонизатор, работорговец и рабовладелец силой захватывал индейцев, при этом убивая направо и налево, особенно ненужных ему стариков и детей, загонял рабов в загоны, истязал, заставлял работать до смерти или болезни, затем выбрасывал за ворота крепости.
Русский человек не строил крепостей, он нанимал индейцев, крестил их, учил грамоте и, главное, учил пахать, сеять, собирать урожай. Русский свободно жил в Калифорнии, индейцы любили его, приносили дары, сами приводили дочерей в жены...
Испанец жил в осажденной крепости. Индейцы мстили за убийство и угоны людей. Испанцы совершали карательные рейды. Звериное зло порождало зло ответное. Если испанец выбирался из крепости один, его неминуемо разрывали на куски или предавали лютой казни. Ненависть индейцев к испанцам была чудовищной. Человек делал индейца-аборигена человеком, тружеником. Зверь делал того же индейца зверем.
И все же, погибая в большинстве своем от рук грабителей-палачей, индейцы волей или неволей усмирили пыл и алчь части испано-португальских кланов зверолю-дей-архантропов. Да, те еще захватывали, грабили и порабощали народы и страны Африки, Азии... Но основная часть самых западных архантропов-«охотников» была все же поглощена и полуассимилирована индейским эт-номассивом Америки. Как муравьи, идущие в огонь и гасящие его своими телами, индейцы практически загасили огненный вал испано-португальских хищников-архан-тропов. Порожденные неандерталоидами и индейскими женщинами метисы утрачивали звериные инстинкты «охотников». Испано-португальский Запад угасал на глазах, оседал в колониях, среди тысяч и тысяч рабов, мутировал, выдыхался... и, наконец, выдохся. Выдохся он и в Европе. Почти. Потому что волна кровавой Конкисты вынесла в погоне за наживой и рабами почти всех хищни-ков-«охотников». Оставались неандерталоиды умеренные, гибридные, не столь пассионарные и хищные... Оставались потомки славян и русов. Испания и ее народ на глазах начинали выпадать из архантропического дегенерирующего Запада.
История испано-португальской части дикого ар-хантропического Запада весьма поучительна. При нормальном эволюционном пути зверолюдей Англии, Голландии, Западной Франции ждала бы та же благоприятная судьба — растворение в человеческой среде. Но вышло иначе...
Нерастраченные силы «охотников» за людьми и их сокровищами таились во второй волне конкистадоров. В волне выходцев из Англии, западных немецких земель, Франции, Голландии. К ним начинали уже с XVII века примыкать и все дегенеративные отбросы других европейских этносов — беглые убийцы, преступники, создатели экстремальных сект, маньяки, садисты и прочие инволю-ционеры-деграданты (как выражался Пушкин, описывая пугачевские «бунты», «и прочая сволочь».) Верно!
Зная, что Южная Америка и перешеек захвачены их собратьями-хищниками, которые перервут им глотки при первой же высадке, звероантропы новой волны ринулись в Северную Америку. Это был бросок на грани жизни и смерти, прыжок хищного зверя, которому нечем кормиться возле прежнего своего логова. Это был отчаянный бросок на Запад.
И здесь весьма интересно, что первые голландские и английские «отцы-пилигримы», весь этот сброд убийц, грабителей, охотников за чужим добром и чужими головами прибыл в Северную Америку в самом плачевном состоянии— они были измождены, больны, корабли их были разбиты... они еле сумели устроиться на зиму. Местные индейцы могли при желании их просто перебить палками, как выползших на берег полудохлых крабов, передавить своих будущих убийц и поработителей без особого труда.
Но индейцы сделали наоборот— они приветили чужаков, помогли выстроить жилища, дали пропитание и всячески поддерживали переселенцев. «Благодарные» хищники-переселенцы окрепли, дождались подмоги, закрепились на плацдармах и начали истреблять своих благодетелей-индейцев. Зверски, кровожадно, цинично, с изуверством и садизмом. Вот с этого и начинается история Америки нынешней. История Соединенных Штатов Америки, хотя названия были тогда иными... США начинаются с подлости, цинизма, убийств, грабежей и внедрения паразитарных кланов в естественную обитаемую человеческую среду.
История США — инфильтрация мелких червей-паразитов в здоровое тело Америки
История Мегапаразита США начинается с инфильтрации мелких червей-паразитов в здоровое тело Америки. Это правда. Все прочее— самая обычная наглая американская самореклама. Самая характерная черта паразитарных «охотников» — умение рядить свою звериную натуру в красивые одеяния и «овечьи шкуры гуманистов».
Английские, французские и голландские хищники, охотники на людей, накопив силы, ринулись в глубь континента, захватывая чужие земли — всегда силой, как и подобает звереющим от безнаказанности и крови «охотникам». Еще раз запомним эту черту архантропов Запада. Они не выдерживают честной битвы с равным противником, бегут от сильного, как трусливые зайцы. Но при виде слабого и беззащитного они входят в звериный раж, они догоняют, рвут, грызут без жалости и пощады. «Охотники» Запада — это стаи шакалов, выдающих себя за «отважных львов». Шакалы-«охотники».
Но иногда, когда шакалы-«охотники» видели, что в данном месте сила на стороне индейцев, они рядились в овечьи шкуры, шли на ложь и обман. Так кучка голландских мародеров купила у сильного племени индейцев весь Манхеттэн — практически за связку бус (24 доллара). А Вильям Пени «купил» таким же образом всю Пенсильванию. Позже, когда соотношения сил изменились в пользу захватчиков, индейцев просто убивали и изгоняли. Причем, часто это делалось юридически грамотно, на основании тех «договоров», по которым индейцы «продали» свои родовые земли. Наличие такого «договора», который индейцы «подписывали», совершенно не понимая его смысла, давал уже возможность не просто частным переселенцам уничтожать индейцев, но и образовавшейся армии истреблять их на профессиональном уровне.
Очень скоро оккупанты-захватчики убедились в том, что индейцы — неважные рабы, их практически невозможно заставить работать. Захваченные северные индейцы быстро умирали в неволе, не принося прибыли. Продать их было невозможно, даже вновь прибывающие хищники знали — индейцы негодный товар. Именно тогда и родилась пословица: «хороший индеец— мертвый индеец».
И коренных жителей Америки начали просто уничтожать— отстреливать, вырезать, выжигать их селения. Все голливудские фильмы про «злых и воинственных индейцев»— ложь. Бойня была односторонней. Это позже потомки оккупантов сочинили красивый миф про «злых индейцев», чтобы обелить своих дедов и прадедов, палачей, садистов и убийц. Сохранились документы.
Пресловутая армия США появилась на свет противоестественно. В естественных странах дружины, полки, армии появляются как средство защиты от внешнего врага, это народные армии. В противоестественной стране США армия возникла как карательный механизм истребления коренного населения. Нам это трудно представить. Но для архантропов Запада это было обычным явлением— убивать народы и племена, освобождая для себя экологическую нишу. Убивать на государственном уровне. Убивайте, захватывайте и обогащайтесь!
Американцы — «нация» убийц, повязанных кровавой круговой порукой.
Американцы— это «нация» убийц и грабителей. Убийцами были все. Поначалу, скажем, в Новой Англии законодательное собрание установило цену за индейский скальп 50 фунтов. Независимо— мужской, женский, детский — все равно 50 фунтов. Принес скальп матери, ее детей, грудного младенца — и у тебя есть начальный капитал. Убийство поощрялось законодательно. Сверху. Но позже, когда на смену фунтам пришли доллары, на индейцев стали охотиться семьями. Семейные кланы «охотников», совсем как в неандертальские времена, нападали на селения беззащитных туземцев, устраивали кровавую бойню, убивая всех. Такой вот «семейный подряд» — папы, мамы, сыновья — охотничья семья «людоедов». Правда, они уже не ели убитых и даже не снимали скальпов, это стало слишком трудоемко, а побоища шли в массовом порядке, — они отрезали уши, набивали полные мешки индейских ушей и отвозили эти мешки местным властям. За каждое ухо платили по 3 — 5 долларов. Но в мешок вмещалось несколько сот ушей — и сумма получалась приличной. Охота на индейцев становилась повсеместным бизнесом.
