надоело?
– Я без задней мысли действовал! Я же и понятия не имел, что вам нужен какой-то определенный попугай кеа. Нина прибежала, плакала, умоляла помочь сыну. Сын у нее проблемный, вечно в какие-то дурные истории влипает. Но при этом он же мой племянник. А Нина сказала, что Васю убьют какие-то люди, которые доверили ему редкого попугая, а Вася его случайно погубил. А сейчас эти люди возвращаются, нужно им показать попугая, тогда они успокоятся и снова на целый год или даже больше укатят по миру путешествовать.
– То есть Нина просила у вас попугая на время?
– Буквально на пару дней. Я не мог отказать сестре в этой помощи. Хоть мне и не нравилось, что я даю ей Око, но Нина поклялась, что будет очень осторожна. И Ваську предупредит. Ушла и пропала! Вместе с Око! Я был вне себя от горя. Бедная Око! Куда она могла исчезнуть? Что с ней случилось? И вдруг на другой день меня хватают прямо на рынке, тащат сюда, и что же я тут вижу? Око! Бедная девочка была жива, только очень напугана. Но как же она мне обрадовалась!
– Это верно, – согласился Меля. – Птица прямо вся преобразилась, когда ученого увидела. Мы-то не знали, что они знакомы. Думали, это на нее так один его вид действует. Обрадовались. Ну, думаем, профессионал, теперь дело пойдет. А она не говорит и не говорит. Теперь ясно, что и не могла она с нами поговорить, коли баба и совсем не та.
Но Федоров думал глубже.
– Если попугаиха не разговаривает и не может разговаривать, то на кой ляд нам этот птичий психолог? Мы его сюда притащили, потому что думали, он нам поможет с птицей диалог установить. А если не может, то в расход его. Нам лишние свидетели не нужны. Профессор должен умереть!
Тихон Иванович задрожал.
– А этот?
И Меля ткнул в Юру. Но Федоров-старший был человеком обстоятельным.
– Сначала профессор! – повторил он и шагнул к Тихону.
Тихон задрожал сильнее. Его сейчас будут убивать, в этом сомнений ни у кого не возникло. Око тоже поняла, что происходит неладное. Она раскрыла свои огромные крылья, оказавшиеся у нее разноцветными. И быстро побежала навстречу Федорову, желая защитить дорогого ей человека. Шутить разгневанная птица не собиралась, из ее клюва полились странные булькающие звуки, в которых можно было узнать и скрежет станка, и пожарную сирену, и грохот камнепада. Голос попугаихи не отличался мелодичностью, но зато что в нем было в избытке, так это сочности и громкости.
Благодаря этим жутким звукам, которые издавала эта сравнительно небольшая по размерам птичка, атакуя Федорова, ни бандиты, ни их пленники не услышали, как полиция высадила дверь и штурмом взяла их квартиру. У бандитов была другая проблема, они пытались отбиться от нападок разъяренной Око, которая орудовала и острым крепким клювом, и огромными когтями. Она размахивала мощными крыльями, поднимая порывы ветра. А бандиты размахивали пистолетами, но стрелять опасались, прекрасно понимая, что в такой толчее велик риск подстрелить кого-нибудь из своих.
Не встречая реального сопротивления, попугаиха вошла в раж. И когда полиция ворвалась в комнату, то застала удивительное зрелище. На лысой голове Федорова сидел попугай и своим клювом долбил там дырку. Камельков прыгал рядом, размахивая пистолетом, но не решаясь пустить его в ход, чтобы не зацепить приятеля.
Федоров реагировал на происходящее очень эмоционально:
– Она меня жрет! Хочет добраться до мозга!
– Стой спокойно! Замри! Тогда я ее подстрелю!
Но Федоров не мог спокойно замереть. Это и понятно. Очень трудно стоять смирно, когда у тебя на голове острые когти раздирают твою плоть, а крепкий клюв долбит череп.
– Уберите! – вопил он, носясь по комнате и пытаясь стряхнуть с себя попугаиху. – Уберите ее с меня!
Он пытался руками согнать птицу, но Око проявила себя настоящим бойцом. Она была начеку. И всякий раз, когда руки противника оказывались в непосредственной близости от ее клюва, она с удовольствием их клевала, и Федоров с диким воплем отдергивал очередную окровавленную конечность. Он выл от боли, и появление полицейских даже не заметил.
Меля их увидел тоже слишком поздно, попытался угрожать оружием, но быстро понял, что это ни к чему хорошему для него не приведет, и сдался. Что касается Коли с Димоном, то их в расчет брать не приходилось, потому что их к этому времени успели скрутить Юра с Тихоном. Мальчишки почти не сопротивлялись, пораженные той кровавой баталией, которую устроила Око. Ребята не представляли, что купленная ими птица может оказаться такой опасной.
– Снимите! Спасите! – благим матом вопил Федоров до тех пор, пока Тихон не протянул к нему руки и не снял с его головы Око.
У руках Тихона птица, как это ни удивительно, моментально успокоилась и даже принялась ворковать. Ее можно было понять, любимый профессор был ею спасен, а его враг повержен и уничтожен. Око рассчитывала получить свою порцию благодарности от человека. И Тихон покинул свою бывшую темницу, держа на руках счастливую попугаиху.
Теперь Око вела себя так миролюбиво, словно это вовсе не она, а какая-то совсем другая попугаиха только что рвала человеческую плоть. Она безмятежно устроилась на руках у своего любимого профессора и не сводила с него нежного влюбленного взгляда. Когда ей казалось, что Тихон забыл о том, что она для него сделала, и вообще отвлекся на кого-то, она трогала его лапкой и тихонько щипала клювом. Мол, любить-то я тебя люблю, но ты все-таки не расслабляйся.
– Что тут у вас произошло? – спросил следователь у Юры. – Я получил твое сообщение и сразу же поспешил на помощь. Но я вижу, вы тут вполне справились бы и без меня.
Конечно, это было не так. Следователь преувеличивал, пораженный героическим поведением Око.
– Что это за дикая тварь?
– Это Око. Домашний попугай кеа.
– Домашний? – С недоверием покачал головой следователь. – То есть она ручная? Я ее видел в действии и сказал бы, что это совсем дикая птица.
– Более свирепого существа мне в жизни встречать не приходилось, – подтвердил кто-то из его коллег. – Не хотел бы я оказаться в числе ее врагов.
– Попугаи кеа отличаются суровым нравом, – объяснил Тихон Иванович, задержавшийся в дверях. – И к тем, кого они считают своими врагами, эти птицы неумолимы. Суровые условия обитания этих попугаев с детства воспитывают в них строгий характер. Но если с ними обращаться ласково, то они обязательно откликнутся на дружбу человека и станут его лучшими друзьями.
– И защитниками!
При этих словах Сашенька невольно вспомнила своего собственного друга Яго, и на глазах у девушки навернулись непрошеные слезы. Она находилась тут уже давно, поднялась в квартиру вместе с полицией, и
