спустя.
— Итак, дорогие друзья, торжественная часть нашего с вами собрания завершилась!
Ректор имперского магического университета в своей парадной мантии был ярок и величественен, под стать сиявшему огнями главному парадному залу. Сегодня в университете был торжественный день. День, когда прошедшие испытание Камнем Судьбы становились студентами. Вновь, как и год назад, принимать присягу у новых членов магической гильдии приехал император. Однако нынче в ежегодно повторяющейся процедуре было отличие. Перед приемом присяги император наградил меня и еще пять девушек, с которыми мы на практике попали в то страшное сражение. Всем были вручены медали «За отвагу в бою». Красивая золотая шестиконечная звезда с большим кругом посреди лучей, внутри которого была выгравирована надпись. Еще она была немного выпуклая, и к ней крепилась алая лента, которая надевалась на шею. Яркая и видная издалека награда. Как на нас все смотрели! А на меня больше всех. Конечно, если бы я была в целительской мантии, то, может быть, так бы и не пялились, но… Эри попросил меня станцевать с ним на этом балу танго-о. Я не хотела. Долго упиралась, но Эри… С его способностью убеждать… Конечно, в конце концов я согласилась. И вот теперь расплачиваюсь за свое согласие. Пять девушек в зеленых мантиях и я одна — в черном. Причем даже не в мантии, а в том платье, в котором я была на новогоднем балу. Я очень удивилась такому прилюдному нарушению правил университета. Но Эри мне все объяснил, рассказав об указе императора о праздниках и возникшей в голове ректора идеи насчет того, что университет должен быть самым лучшим.
— Опять мы с тобой в качестве развлечения? — надулась я.
— Не все столь мрачно. Не хмурься. Это слава ногой стучится в твою дверь, — сказал он, а потом рассказал о своей договоренности с Мотэдиусом о работе в архивах в обмен на помощь при подготовке торжеств. Конечно, какие тогда могут быть вопросы? Это же Эри нужно! Для его будущего. И так с ним несправедливо поступили, лишив награды. Ведь если бы не он… То, что мы живы, только его заслуга!
Я попробовала вновь поговорить с ним на эту тему, но он не захотел.
— Не заморачивайся, — успокоил он. — Мир просто сверху донизу битком набит сплошной несправедливостью. Стоит ли стенать по этому поводу? Все прошло, решение принято, время миновало. Будут еще победы, будет и на нашей улице праздник! Не грузись.
Хорошо. Я постаралась последовать его совету. Однако не особо у меня это получилось. Настроение в такой торжественный день было никакое.
У меня появилась даже мысль напрямую обратиться к Хайме, когда он приедет, и попросить восстановить справедливость. Но потом, после долгого размышления, решила все же так не делать. Ни к чему хорошему, пожалуй, это не приведет. Еще и скажут, что она смелая такая, потому что… Потому что у меня есть Диний! В общем, я решила промолчать, хотя чувствовала себя при этом предательницей.
Награждение прошло очень торжественно. Император вручал награду лично и благодарил родителей каждой награжденной за то, что они воспитали такую замечательную дочь. После этого оркестр играл небольшой отрывок имперского марша, и император переходил к следующей девушке. Меня он, перед тем как наградить, разглядывал несколько дольше других. Я почему-то в этот раз совершенно не смутилась и спокойно смотрела ему в глаза, отвечая взглядом на взгляд. Почувствовав, что что-то идет не совсем так, присутствующие в зале немного напряглись. Но император не стал создавать неловкость. Он вручил мне награду, поздравил, ничем не выделив среди других, и поблагодарил моих родителей. Отец буквально раздулся от гордости, после того как Хайме пожал ему руку, а мама в этот момент бросила на императора исподтишка несколько быстрых, оценивающих взглядов. Тот тоже с интересом глянул на нее, да и на отца, похоже о чем-то подумав. Потом вперед вышел наш ректор и тоже принялся награждать. Все девушки получили звание «Почетный студент», но, когда дело дошло до меня и я подошла к Мотэдиусу, остановившись в нескольких шагах от него, он неожиданно произнес:
— К сожалению, баронессе Стефании Терской мы не можем вручить то же почетное звание, что ее сокурсницам…
По залу пронесся легкий шепоток, и наступила тишина. Краем глаза я заметила недоуменно вытянувшиеся лица родителей и сестер за их спинами.
— Дело в том, — продолжил ректор, — что оно у нее уже есть…
В зале расслабились.
— Отдельно скажу для всех, что получить столь высокое звание, как «Почетный студент», еще не закончив первый год обучения…
Ректор покачал головой.
— …в многовековой истории нашего университета до этого дня подобных случаев не было…
Присутствующие зашептались. Отец расправил плечи, хотя казалось — куда еще. Хайме, чуть наклонив голову, с интересом смотрел на меня.
— Однако наша гильдия не может оставить без награды столь героическое деяние своего члена. Поэтому Верховным советом магов в полном согласии с педагогическим советом университета принято решение… За проявленную доблесть на поле боя, верность идеалам отечества и несомненные успехи в учебе наградить студентку второго курса баронессу Стефанию Терскую установлением памятной таблички с ее именем в Зале Славы университета…
Ректор закончил зачитывать решение совета с листка бумаги, который он держал в руках, и, подняв глаза, посмотрел в зал, ожидая реакции. Секундная тишина на осознание услышанного — и, похоже, заговорили все разом.
Я же стояла ошеломленная, не веря своим ушам. В Зал Славы? Это туда, куда приводят всех первокурсников, чтобы рассказать о магах, которые прославили своими деяниями империю? Я тоже там была. Смотрела на портреты великих, на золотые таблички с именами, рядами висящие на стенах… У меня и мысли не было, что мое имя рядом с ними. Нет, я, конечно, немножко мечтала, что когда-нибудь, когда я стану магом и совершу что-нибудь такое… нужное… славное… Но только тогда… А ожидать, что, даже не закончив университет, я… и в Зале Славы? Просто в голове не укладывается!
Ректор отдал листок, с которого читал, и шагнул вперед, видно, намереваясь подойти ко мне с поздравлениями, как неожиданно кто-то справа от меня громко захлопал. Оборачиваюсь на звук — Эри! Стоит в первом ряду в своем невозможном пинджаке и, улыбаясь, с легкой иронией в глазах, бьет в ладоши. Зачем он нарушает
