— Если бы от этого дара не зависело мое возвращение домой, я относилась бы иначе, — отрезала Вера. — Конечно, мне интересно. Да какой человек не мечтал обладать какими-нибудь сверхспособностями? Но я отлично понимаю, что сейчас не время для воплощения детской мечты. Я хочу домой. А если обо всех странностях и о даре узнают, я к семье не попаду!
Он резко выдохнул и откинулся на спинку скамейки. В последний момент спохватился, не скрестил руки груди. Вера, глянув исподлобья на собеседника, тихо вздохнула и тоже опустила руки. Создавать позой дополнительную напряженность они оба не хотели. За столом в беседке надолго воцарилось молчание.
— Ты прости, что я настаиваю. Я действительно считаю, что нужно поговорить с госпожой Цельессой. Хотя признаю, что не представляю, как действовал бы на твоем месте.
— Скорей всего, так же, — вздохнула Вера. Судя по ощущениям Дэрека, девушка не сердилась на него, а была огорчена и озадачена. Он в который раз мысленно поблагодарил Огнедышащих за то, что Вера оказалась такой трезвомыслящей и не склонной к истерикам.
— Будем ждать развития событий, — решила она. — Я не вижу причин отказываться от изначального плана. Я никому не навредила, напротив, мое вмешательство только помогло тебе. Правда, я могу сказать, что действовала в своих интересах. Я ведь не просто знаю, что тебе больно. Твоя боль доставляет мне ощутимые неудобства, я ее чувствую как свою.
— О нет, — не скрывая нахлынувший страх, выдохнул Дэрек. — Огнедышащие, за что?
— Что опять? — мрачно спросила Вера.
— Это свойство разделенных проклятий…
— Так, спокойно, — видимо, почувствовав его возрастающий ужас, жестко велела девушка. — Думай. Хорошенько подумай. Меня никто не проклинал. Ты сам сказал, что на Земле мало магов. Было такое? Было. Дорогу я никому не перебегала, ничьих женихов не уводила, семьи не разрушала. Если бы тебя кто-нибудь проклял, ты бы знал. Ты бы уже давно это понял. Ты же маг!
Дэрек кивнул и постарался взять себя в руки. Пусть его сегодняшнюю жизнь и можно было назвать лишь последствиями какого-нибудь проклятия, но подобные чары все же оставляют видимые следы. Он, обладатель сильного дара, увидел бы эти отметины, да и другие их заметили бы.
— Вот видишь? Раз мы оба не прокляты, то у этого эффекта должно быть другое объяснение, — с нажимом продолжала Вера. — Думай, какое!
— Не знаю! — выпалил он. — Разделенные проклятия встречаются довольно редко, но их механизмы тщательно изучают дознаватели. О них есть учебные пособия.
— Дэрек, учитывая все странности, я готова возвращение домой поставить на то, что наш случай ещё более редкий, чем разделенные проклятия.
Посмотревшая ему в глаза девушка казалась внешне совершенно спокойной, голос звучал ровно и твердо. Если бы Дэрек не чувствовал ее смятение и близость к панике, никогда не догадался бы, насколько Вера боится. Ему стало стыдно оттого, что позволил себе поддаться эмоциям.
— Я знаю, где можно поискать и, главное, найти нужные сведения, — куда спокойней заверил он.
— Не обращаясь к госпоже Цельессе и другим драконицам? — уточнила Вера, а Дэрек почти слышал, как быстро колотится ее сердце.
— Я не буду к ним обращаться, — твердо и честно ответил он.
— А как ты добудешь информацию в такие сжатые сроки? Первый тур уже послезавтра, а интернета, доктора Гугла и Википедии у вас нет!
Она была на грани отчаяния и сомневалась в Дэреке. Это он чувствовал отчетливо, но не обижался. После трудного разговора и давления девушка не могла мгновенно принять слова собеседника на веру. Это было бы противоестественно.
— Я не знаю, о чем ты говоришь, но у нас есть библиотека. Очень большая, хорошо каталогизированная. Есть консультант стражи, к которому можно обращаться в таких случаях. Это не будет выглядеть подозрительно, потому что я уже не раз с ним общался.
Дэрек старался успокоиться сам, сообразив, что его эмоции влияют на Веру. Получалось не очень, но он пытался излучать убежденность в том, что ничего плохого не происходит.
— Даже вопрос о редком явлении не будет подозрительным? — уточнила девушка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Нет, не будет. Консультант ведь для этого и существует. Он нужен именно для ответов на вопросы о редкостях, — изобразил улыбку Дэрек. — Послушай, я огнем полыхнул, сразу решив, что дело в разделенном проклятии. Но ты права. Откуда бы ему взяться? Да и вся магия, которая нас связывает, настолько красива, что просто не может быть вредоносной. Согласна?
Она кивнула и выдохнула с явным облегчением.
— Согласна. Может, это особенность неправильно работающего поводка. Тебе удалось донести до меня, что заклятие странно себя ведет.
— Именно, — подхватил Дэрек. — Я поищу и это тоже. Даже не так. Мы вместе поищем сегодня же. В библиотеке. Что скажешь?
— Скажу, что одобряю любой план, который не включает в себя разговоры с госпожой Цельессой и другими драконицами, — серьезно подчеркнула девушка.
— Вера, если дело касается тебя, я не стану ничего решать и предпринимать без твоего согласия, — пообещал Дэрек и взял девушку за руку.
От ее ладони шло необычное тепло. Оно грело не только пальцы, но и сердце, будто солнечными лучами касалось его. И Дэрек в этот момент знал, что девушка хочет верить и доверять, чувствовал ее эмоции, более насыщенные и живые, чем в других случаях. В чувствах Веры даже каким-то образом отражались переживания самого Дэрека и казались ему отблесками на драгоценных камнях. Нет, он не ощутил осязаемости эмоций, о которой говорила Вера, зато чувствовал бархатистый аромат жасмина и волю девушки, желавшей покрепче привязаться к нему на этом магическом плане, чтобы понять лучше.
— Спасибо, — тихо поблагодарила она. — Мне очень приятно и важно знать, что ты ценишь мою свободу выбора.
Ее эмоции сияли искренностью, и больше всего на свете Дэрек радовался тому, что небольшая размолвка не испортила прекрасную драгоценность — отношения с Верой.
***Разговор о поводке оказался очень познавательным. С одной стороны, я снова убедилась в том, что настоящая магия — не просто взмахи волшебной палочкой, а целая наука. Формулы, расчеты, поправки на дар чарующего… Дэрек, пытаясь скрыть нервозность, был довольно многословен, но объяснял понятно, не сбивался даже в такой ситуации.
С другой стороны, я и без его утверждения уже догадывалась, что во мне просыпалась какая-то незнакомая прежде сила. Не зря же я видела чары, которыми он согрел меня, не просто так смогла отскочить от сковывающего заклятия. Но если до беседы о поводке и слов Дэрека я еще хоть сколько-нибудь беспокоилась из-за магии, то во время разговора очень ясно ощутила, что волновалась зря. Все, что Дэрек рассказывал о чарах, казалось знакомым, но будто давно забытым. Я чувствовала себя в безопасности, даже когда он сказал о разделенном проклятии. Конечно, поначалу я распереживалась, а страх Дэрека подпитывал мое волнение, но я просто знала, что это неверное предположение. Это просто не может произойти с нами. Не может и все тут.
В то же время идея встретиться с госпожой Цельессой отзывалась в сердце тревогой. Чуть позже проанализировав ощущения, я поняла, что боялась не древнюю драконицу. Я верила, что ее-то смогла бы убедить отпустить меня домой, как бы сам-андруне ни хотелось поизучать диковинку. Но госпожа Цельесса — не единственный дракон в Эвлонте, и интуиция подсказывала, что с другими драконами будет почти невозможно договориться, если обо мне узнают.
Дэреку мое решение не нравилось, странный дар, который он не ощущал, очень беспокоил. Так сильно, что, стоило ему задуматься о моей магии, как у меня от волнения начинали дрожать поджилки и противно тянуть под ложечкой, словно перед экзаменом. Тем ценней было его обещание не обсуждать мой дар ни с кем без моего разрешения. В тот момент Дэрек не просто не лукавил, он считал, что иначе и быть не может. Моя судьба — мои решения. Этот постулат был для Дэрека Алистера аксиомой.
