Было принято решение погулять и развеяться. Порой так приятно ни о чем не думать, а просто идти. Это для меня своего рода медитация.
Гостевой крыло встретило меня подозрительной тишиной. Нет, не так, тишина была вполне оправданной — крыло пустовало. После большого отсева всех девушек уместили в одно место, а потому они все жили в одном корпусе. Но ни одной невесты не было ни в комнате, ни в общей гостиной, ни в коридоре. Ключи от покоев моих валькирии были использованы мною впервые, но как я и ожидала — комнаты пусты. Побарабанив по дверям остальных участниц, я полностью убедилась в их отсутствии.
Я всегда мыслила трезво, не давая панике овладеть мною, но сейчас, в этом дворце и в этом окружении, я растеряла весь свой оптимизм, энтузиазм и чувство юмора. И именно сейчас в моей голове мелькают жуткие картины. Их готовят к ритуалу! Ритуал уже проходит! Ритуал уже прошел и их бездыханные тела валяются в канаве! И ещё много чего еще. Намотав нервы на кулак, я вылетела из гостевого крыла, сбив с ног…
— Мартиль! Ох, какое счастье, хоть ты тут! — обняла вороницу я как родную. Девушка, очень похожая на мою сестру, сейчас была немного в шоке (я очень сильно преуменьшаю, ибо она вся тряслась, обнимая меня).
— С тобой… Э… с вами всё в порядке?
— Д-да… Просто нервишки сдают. Дорогая моя, где все?
— В столовой. Нам всем дурно от этих амулетов. Слабость неимоверная.
— В столовой? — не поверила я. — Разве обед подадут не через час?
— А я о чем? Плохо нам, очень плохо. У всех одни и те же симптомы.
— Ну-ка, ну-ка, — помогая встать Мартиль, я потянула её в сторону столовой невест.
— Понимаете, леди Мея, все как-то странно себя ощущают. — Начала вороница, а я полностью превратилась в слух. — Слабость и какая-то рассеянность. И это у всех. Разумно решив, что это просто сильный голод, мы пошли в столовую. Но ничего не помогает. Вообще. Человечке вообще худо… Мы её чуть ли не всей компанией в столовую несли. Что делать?
— Снимать эту дрянь!
— Снимать эту дрянь! — рыкнула я, отбуксировав Мартиль в столовую. Теперь не она меня вела, а я её тащила. — Без паники! — я ворвалась внутрь словно вихрь. — Кому особо плохо?!
Мне показали на человеческую девушку, размякшую на стуле, как кисельная лужа. Она чуть ли не падала лицом в тарелку с очень страшным тортом. Не подумаете, что мне теперь кондитерские изделия кажутся страшными, но такое количество крема даже меня приводит в ужас. А что уже говорить о девушке? Однако торт был наполовину съеден, но лучше, как видно, ей не стало. У всех остальных вид тоже был помятый. Черные круги были настолько неестественны, что казалось, будто целая баночка темных теней лежит неровным слоем на их глазах. Кожа тоже побледнела. Без мешка муки тут точно не обошлось… Или без темной магии, которую используют против девушек без их ведома!
Я без лишних слов в два прыжка оказалась рядом с девушкой, пытаясь снять артефакт. Получалось плохо, точнее не получалось вообще. Тогда я перестала тащить цепочку наверх, а решила просто взломать волшебный замок. Вороны (гады, ненавижу!) постарались на славу, поставив на замок защитное заклинание в виде молниямёта. Кривые блестящие разряды тока били по пальцам, заставляя меня отдергивать руки, дуя на ужаленные конечности.
— Сволочи… Убью! — рычала я. — Изверги! Тираны! Деспоты! Они у меня полу-у-учат-с! Ох получат-с!
Девушка, над которой я шаманила, упала в обморок. Мне стало ещё хуже. Руки чесались и болели, и если боль была вызвана защиткой, то чесотка — рвением набить кому-нибудь морду!
Я всё пыталась снять камень с шеи человеческой девушки, но хуже становилось не только ей. Одна из пары оставшихся фей тоже лишилась сознания, упав на пол. Другие ничем не могли помочь, пребывая в прострации.
— Леди… — прохрипела ведьмочка.
— Тихо, тихо! Ничего не делай, не трать силы, — отмахнулась я.
— Да послушайте! Это может снять только тот, кто отдал. Артефакт работает с рук на руки. Зовите Каэлема…
Имя вампира прозвенело в ушах. Я забыла про всё, стрелой вылетая из столовой невест.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Где?! Где граф?! — подбегала к каждому прохожему я. — Упырь где?! Где эта мразь?!
— Не-не-не… — начала мямлить служанка. Я отпустила её, продолжая бегать как ошалелая.
— Лератфан! Я вас прибью! Что вы нацепили на девушек? Отвечайте!!! — влетела в кабинет правителя воронов я.
— Ммм? В чем проблема?
— В том, что они умирают в столовой. Причем не от набитого живота, а от странных артефактов, которые вы так легко раздарили каждой.
— Да-а-а? Сейчас-сейчас, только печать поставлю-ю-ю. Подождите.
Я чуть ли не прибила его у него же в кабинете. Король медленно поставил печать, вста-а-а-а-ал и пош-ё-ё-ё-л. Очень ме-е-е-едлее-е-ено-о-о.
* * *
— Кто бы мог подумать, что они будут такие сильные? — бубнил вампир, трясся цепочками со снятыми артефактами.
— Хм… Дайте подумать… — притворно ласково начал Винсент, — может быть ВЫ?! Если не Ремея, вместо свадьбы у нас был бы траур. А за трауром и до войны недалеко… Лератфан, при всём моем уважении, но вы по лезвию ножа ходите, и ещё умудряетесь проворачивать опасные трюки. Я требую, чтобы всех, кому особенно нужна помощь, сняли с отбора, если это мероприятие можно назвать таким образом.
— Лератфан, если бы мы знали на что идем, то ни за что не подписали этот чертов договор, — вклинилась в беседу Райсен. Остальные наблюдатели обмахивали платочками своих подопечных, шепча заклинания, а то и молитвы.
— Могу вас заверить, что все, кому очень плохо, уедут. Остаются только самые сильные. И следующее испытание будет не таким опасным. Клянусь.
Мы все недоверчиво кивнули, соглашаясь с правителем.
— Слушайте, мы ведь и так видим, что людям лучше покинуть отбор. Смотрите как девушке плохо, — кивнула я на человечку. — Она очень бледная, и вообще…
— Что вы хотите этим сказать?! — подлетел ко мне Вениамин.
— Я поддерживаю мнение Ремеи, — быстро смекнул Винсент.
Мой план был прост как всё гениальное. Если вороны задумали ритуал, то для него нужны все 13 рас, а если не будет человеческое девушки — не быть и ритуалу.
— Вы оскорбляете людей? Что, думаете, раз крылатые, хвостатые да чешуйчатые, значит самые лучшие??? Это некрасиво с вашей стороны, леди Ремея! Вы упали в моих глазах! — пророкотал внезапно взбесившийся Вениамин.
Я было хотела спросить куда именно упала, но тут гадкий ворон разбил мой план в дребезги:
— Она остаётся, ибо мои сыновья должны сделать выбор из всех рас.
— Она уже давно как одна, тогда почему проходит испытания?
— Вам что, хуже от того, что мы принимаем участие? — бесновал Вениамин. Былое спокойствие и зажатость ушли в закат, уступив место излишней вспыльчивости. Я никогда не была расисткой, но и лгать не собиралась — люди не так сильны, как другие, но, видимо, этой точкой зрения я обижаю человеческий род.
— Мы ничуть не хуже, могу сказать, что…
— Нам плевать, — закончил Винсент. — И вы всё переворачиваете. Леди Ремея пытается обезопасить вашу подопечную, а не унизить…
— А вы молчите, я не с вами говорю!
— Пошли, — шепнула я архимагу, уводя его в коридор.
— Они явно готовят ритуал, — сверкая красными глазами, сказал дракон. Выглядел он жутко: красные глаза пылают гневом, губы сжаты в тонкую полосу, а ведь когда-то они жаркое терзали меня… Тьфу! Это не по делу! Надо начинать думать другим местом…
— Может, мы просто всё утрируем?
— Возможно, но как-то у воронов всё гладко сходится. Сыновья выберут из всех рас… Испытание будет неопасным… И с мешочком тоже всё так красиво получается, тебе не кажется?
— Кажется. Но ещё больше меня волнует артефакт слежения. Почему я? Почему моя комната? Зачем?
— Ты их не боишься. Даже меня сковывает договор с вороном. Помнишь, я говорил про болезнь матери?
— Да, конечно, помню. Но что ты подразумеваешь под «не боишься»?
— Сама подумай — все остальные расы здесь из-за договора. Они боятся их, очень сильно. Если бы они отказались, вороны могли открыто пригрозить им войной. Драконы здесь из-за долга перед воронами, мы тоже ну никак не могли отказаться. А что валькирии? Самые влиятельные расы: драконы и валькирии. На нас у них управа нашлась, на тебя же что? Им нужна сильная валькирия, но ты можешь в любой момент разорвать с ними все связи, сняться с отбора и преспокойно сидеть у себя в Вальхалле, полируя мечи и доспехи, готовясь к очередной войне. А потому они решили наблюдать за тобой.
