— Оля, я хочу вам кое-что сказать.
— Я слушаю, — напряженно проговорила Ольга, хотя Олег Сергеевич вел себя безупречно.
— Признаюсь честно, я приехал сюда из-за вас.
— Неожиданное сообщение.
— Я про вас все знаю, даже то, чего бы вам не хотелось.
— Еще более неожиданное.
— Я наблюдал за вами издалека. Весь год. Потому что вы мне очень понравились.
— Мы с вами едва знакомы.
— В день рождения Дениса я смотрел на вас, когда вы танцевали с Заломовым, и не мог насмотреться.
— Вы меня удивляете настолько, что я не знаю, как себя вести, что вам отвечать.
— А вы не отвечайте ничего. И ведите, как вам подсказывает сердце. А мне дайте возможность просто побыть с вами рядом. Каждой женщине, должно быть, приятно, когда ею восхищаются. Я вами восхищаюсь.
— Спасибо.
— Это не комплимент. Это факт. Вам говорили, что вы притягиваете к себе мужчин? Вы очень необычная.
— Это вы попросили Лелю уговорить меня приехать?
— Не совсем. У меня есть посредник.
— Ванечка?
— Попытался сделать это тонко. Но не получилось, вы разгадали мой коварный замысел.
— Это оказалось нетрудно.
— А вы умны.
— Еще раз спасибо за комплимент.
— Оля, в память о нашей встрече и чудесном вечере я хочу сделать вам небольшой подарок. — Олег Сергеевич достал из кармана заранее приготовленную коробочку и протянул девушке: — Откройте.
Оля замотала головой:
— Я не приму от вас презент.
— Почему?
— Потому что… буду с вами откровенна, как и вы со мной. Это обещание, аванс, понимаете? Это меня обязывает.
— Без обещаний примите?
— Не знаю, — обескураженно вздохнула Оля. — А что там?
— Откройте — увидите.
Оля открыла коробочку. Это было кольцо. Синий камешек в форме якоря.
— Этот сапфир, как ваши глаза. Оно вам пойдет.
— Мне, кажется, кольцо не платье. Оно должно что-то нести, энергетику какую-то, а не идти к лицу.
— Вы не задумывались, почему женщины издревле любят, когда им дарят украшения из драгоценных камней?
— Наверное, чтобы стать еще дороже для человека, того, чей дар они принимают.
— Интересный ответ, — сказал Олег Сергеевич, явно любуясь своей собеседницей. Развевающиеся на ветру волосы, румянец от выпитого вина и светящиеся в темноте глаза, синие-синие, как сапфир в его подарке из черной бархатной коробочки.
«Он не олигарх, просто удачливый бизнесмен», — всплыли в памяти слова Кирилла о человеке, который стоял сейчас напротив нее и фактически признавался в любви.
— Оля… если вы… в общем, понимаете, о чем я… у вас будет все, что пожелаете.
Она вспомнила просторный загородный дом с открытым бассейном, патио, огромную гостиную, в которой она танцевала с Кириллом. И вдруг почувствовала, что ей приятно вот так просто нравиться мужчине с достоинством, мужчине, преподнесшему ей дорогой подарок.
Он, словно прочтя вновь ее мысли, произнес:
— Оля, я не молодой, но вполне предсказуемый человек. Со мной вам будет спокойно. Я не полезу в огонь. Вы понимаете, о чем я?
«Да, конечно! — хотелось крикнуть Ольге. — Вы не бросите женщину в свадебном путешествии на пароходе, чтобы спасти жизнь неизвестному ребенку. Не попроситесь в заложники ради чужих детей. Возможно, вы даже не рассердитесь, если я буду скандалить с вами. Вы никогда не поступитесь мной ради неожиданно объявившегося в вашей жизни ребенка. Даже если это будет взрослый и вполне положительный сын. Не скажете: стоит пожить отдельно, пока он не определится, у мальчика трудные времена. Ведь для него так важно не оказаться ненужным. Мы, взрослые, сильные, мы можем подождать!
Вы бы наняли ребенку гувернантку, десять учителей, определили бы в лучшую школу, в вуз или отправили бы его учиться в Оксфорд, Кембридж, чтобы всем было хорошо. Вы умны, рациональны, расчетливы. У вас мухи отдельно, котлеты отдельно.
Вы не постеснялись оттеснить сына, с которым у меня были отношения. Потому что вы не такой, как Заломов! Он бы так не поступил ни-ко-гда. Вам не было в детстве жаль елку, которая, как слезы, роняла свои иголки. Наверное, вам легко и хорошо от этого. Вы обыкновенный и, как сами сказали, вполне предсказуемый человек. У вас просто не сложилась личная жизнь. Хотя в бизнесе вам повезло. Вы порядочны и щедры. Поддерживаете сирот. Опекаете своих детей, оберегая их от неразумных матерей, своих бывших жен. Вероятно, они действительно были бы плохими мамами для своих детей. А возможно, вы привлекаете их своим благосостоянием, своим толерантным характером. — Оля вспомнила, как Денис командовал отцом, выражая свое неудовольствие его присутствием у бассейна, и как Олег Сергеевич терпел выходки подвыпившей молодежи у себя в доме. — Теперь этим же вы хотите взять меня? А что? Я почти что брошенная своим мужчиной, красивым, умным, но, конечно же, в материальном плане не имеющим возможности дать того, что по силам вам. Вы переманиваете меня? А собственно, что мешает просто подружиться с вами и назло судьбе, назло Кириллу принять от вас дорогой презент?»
— Я возьму от вас подарок, — вырвалось из уст Оли.
— Почему таким тоном, словно вы совершаете сделку с совестью или соглашаетесь на сотрудничество с разведкой недружественной страны? Надеюсь, не назло Заломову?
Оля покраснела. Хорошо, что густая темнота южного вечера и румянец от выпитого вина скрыли зардевшиеся щеки.
— Нет. Просто кольцо мне понравилось. В тему: море, яхта, как сказали бы мои ученики.
— Спасибо.
— За что? Это вам спасибо.
— За то, что решили подружиться со мной.
Оля вздрогнула. Ей хотелось спросить, где он научился вот так читать мысли.
— Я не экстрасенс. Все, что вы можете или, точнее, собираетесь сделать, я уже сделал, это давно осталось в той жизни, которая позади, а потому я прекрасно чувствую вас. Не знаю, хорошо это или плохо?
— Вам, должно быть, скучно жить?
— Надеюсь, вы развеселите меня, в хорошем смысле слова?
— Если беседы со мной внесут в вашу жизнь разнообразие…
— Оля, я вас не тороплю, но, честно, надеюсь на большее. — Он заглянул ей в глаза: — Я могу надеяться?
В этот момент всклокоченная голова Лельки показалась в проеме лестницы, ведущей на палубу.
— Оля, ты поедешь с нами завтра на автомобильное ралли?
— Если я скажу «нет», то…
— Без вас не поедет никто, — закончил за нее Олег Сергеевич.
— Скажи «да». — Лелька умоляющими глазами посмотрела на подругу.
ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ
К автомобилям Максима с детства приучил первый муж Скобцевой. Он был заядлым любителем гонок, следил за мировыми соревнованиями и заразил мальчика своей страстью, научив не только управлять авто, но и разбирать и собирать мотор с закрытыми глазами.
