нас во сколько электричка до Хребта? – Андрей приобнял Таню за плечи. – Ну, выше нос, у нас все получится!
– Электричка через четыре часа. – Таня не могла собраться, настроение у нее было хуже некуда. – Надо бы перекусить где-то и взять с собой в дорогу что-нибудь. Ехать до Хребта очень долго, вдруг проголодаемся?
– Ну, я согласен! – Андрей взял ее рюкзак себе. – Давай зайдем в кофейню, здесь недалеко, я знаю. Там можно выпить приличный кофе и заказать пиццу, устроит? Ну а по дороге на вокзал купим продукты и воду с собой.
– Хорошо, – равнодушно согласилась Таня.
– Ты совсем приуныла, ну, ты чего! – Андрей остановился и взял Татьяну за руку. – Ну прекрати!
Татьяна на этот раз руку не выдернула, но и особой радости не испытала, она была не готова к новым отношениям. Тем более сейчас.
– Хорошо, – повторила Таня и выдавила из себя подобие улыбки, – не переживай, я соберусь, просто мне надо время.
«Почему он постоянно пытается до меня дотронуться?» – размышляла Татьяна, косо поглядывая на Андрея.
Она, конечно, помнила тот единственный разговор в шалаше, после которого он ушел спать на улицу, но больше они к этой теме не возвращались, и она решила, что они все выяснили. А потом началась череда какого-то безумия и было не до «амурных» размышлений, а после самоубийства (убийства) Павла она словно окоченела и сейчас совершенно ничего не чувствовала. Как будто у нее разом выключились все положительные эмоции, и единственное, что сейчас ей было доступно, это бесконечная тревога, временами сменяющаяся ужасом от всего происходящего. Так или иначе, но Андрей в качестве любовника ей был сейчас совершенно не нужен, но она помнила, что он спас ей жизнь в тайге, да и вообще, стал родным человеком после всего пережитого вместе, поэтому терять она его не хотела.
«Значит, надо как-то постараться оставить наши с Андреем отношения на уровне дружбы». – Таня вздохнула, и так у нее сейчас столько проблем, а приходится еще и об этом думать.
– Проходи! – Андрей галантно открыл перед ней двери в кафе, Таня зашла внутрь и огляделась: довольно неплохо. Обычная сетевая забегаловка, но чистенько и вполне уютно, выпить кофе и пиццу съесть можно без страха.
– Тебе сколько кусочков взять? – Таня села за свободный столик, а Андрей собирался сделать заказ. – Капучино и один слайс? Десерт будешь?
– Спасибо, я могу сама заказать. – Таню стало раздражать излишнее внимание со стороны Андрея, но из последних сил она старалась не подавать виду.
– Не, не стоит, я возьму сам. – Андрей ушел делать заказ, а Татьяна хмуро повернулась к окну.
«Почему он так стал меня бесить?» – она пыталась разобраться в своих чувствах. Ведь еще совсем недавно они с Андреем сначала были хорошими коллегами и всегда находили общий язык, потом они стали самыми близкими друзьями, был момент, когда она испытывала к нему почти романтические чувства, но это скорее от стресса и усталости, а потом все вернулось на круги своя. Они – друзья, хорошие друзья, съевшие вместе пуд соли, а теперь откуда взялось это раздражение и усталость от присутствия Андрея?
Таня поняла, что отрицательные эмоции она начала испытывать к Белову, когда он напугал ее в подъезде нового дома, догнав на лестнице, словно маньяк. Еще тогда у нее возникло немало вопросов к Андрею: зачем он ее выслеживал, если можно было просто окликнуть ее еще во дворе и все рассказать? Почему он молча преследовал ее в подъезде, едва не доведя до нервного срыва, если можно было сразу ее окликнуть и не тащиться за ней наверх? Странно…
– Приятного аппетита! – В это время Андрей принес заказ и поставил перед ней стакан с кофе, слайс пиццы и вишневый пирожок, такой же набор он принес и для себя.
– Спасибо! – Таня грустно улыбнулась, она чувствовала себя в западне. Ей приходится изображать радушие и терпеть рядом человека, хотя больше всего на свете ей сейчас хотелось бы остаться одной. Уехать куда-нибудь на берег моря, слушать шум прибоя, дышать соленым воздухом и ни о чем не думать. Но, к сожалению, в жизни обычно все происходит с точностью до наоборот – она собирается идти в тайгу, дышать комарами и мошками и думать о том, кто и по какой причине заманил ее в эту западню.
– Я тебя не спрашивал. – Андрей лениво жевал пиццу. – Если не хочешь, не отвечай, но насколько это правда?
– Ты о чем? – не поняла Таня. Она ела пиццу, не чувствуя ее вкуса, просто потому, что «надо», так как впереди долгая дорога.
– Я о твоем муже, мне соседка сказала, что вы развелись еще до того, как… – он замешкался, подбирая слова, – ну, теперь я знаю, что его убили. Так вот, соседка сказала, что вы развелись до того момента, как его убили, что, типа, он жил с другой женщиной, пока тебя не было.
– Зачем тебе вся эта грязь? – Таню буквально передернуло от услышанного, Андрей становился ей все менее и менее симпатичен буквально на глазах. Что происходит? – Я вообще не собираюсь обсуждать эту тему и искренне не понимаю, зачем тебе это знать?
– Ну хорошо, не будем. – Андрей решил перейти на другую тему. – Сейчас зайдем в магазин, надо воды купить в дорогу.
Но Таня никак не могла успокоиться, ей хотелось встать и уйти не только из этого кафе, но и из жизни Андрея, навсегда. Он стал ее раздражать.
Она молча допила кофе, дотянулась и взяла свой рюкзак, который Андрей поставил рядом с собой на стул.
– Я понесу его сама, – объяснила она и, взвалив рюкзак на плечи, вышла из кафе.
– Ты что, обиделась на меня? – Андрей догнал ее уже у двери. – Я не хотел, честно. Просто не подумал, что тебе мой вопрос может быть неприятен.
– Мне твой вопрос был неприятен. – Таня остановилась и посмотрела ему в глаза. – Слушай, Андрей, я не понимаю, что происходит, но тебе лучше остановиться.
– Ты о чем? – Он помрачнел.
– Я о том, что, видимо, и у тебя, и у меня нервы как струны, и нам лучше обходить скользкие темы стороной, чтобы друг друга не обидеть. Согласен?
Андрей помолчал несколько секунд, а потом нехотя ответил:
– Да, ты права, и нам надо думать, о чем мы говорим.
«Тебе! Тебе надо думать!» – с раздражением подумала Таня, но вслух ничего комментировать не стала.
По дороге на вокзал они зашли в продуктовый магазин, Андрей купил питьевую воду, сухарики, пару булочек и немного конфет. Всю дорогу они молчали, и у Татьяны
