— Я приму душ. Мне до сих пор кажется, что от меня пахнет жженой травой, — привычным жестом я похлопала Макэйо по плечу, а он замер, ничего не отвечая.
Дьявол! Мы же не друзья теперь…а я продолжаю вести себя так, будто и не было того разговора в часовне.
Странно, но эта неловкая ситуация не смутила меня, а наоборот, заставила улыбнуться, и поддавшись порыву, я скользнула ладонями по его талии и сцепила пальцы сзади, крепко прижимаясь к нему.
Горячие руки тут же сомкнулись в объятии, прижимая меня с особым трепетом. Я закрыла глаза, чувствуя, что спокойствие, нега медленно растекаются от сердца по всему телу. Почему я не сделала этого раньше?
— Тогда я разогрею ужин, — прозвучало сверху, и пятерня зарылась в волосы на затылке.
— Ммм…я бы…мог — невнятное блеянье Шико напомнило, что мы не одни, — простите, я не совсем понял…
— Шико, ты свободен, — нехотя отстраняясь от вкусно пахнущей рубашки моего будущего мужа, я улыбнулась своему главному слуге и помощнику, — и да, ты все правильно понял.
Мы отлипли друг от друга, и, чувствуя пустоту, я побежала к себе. Душ принимала в скоростном режиме, понимая, что хочу, как можно скорее оказаться в нежных объятьях Макэйо, пусть и волнуюсь до головокружения. Мне хотелось нырнуть в этот океан чувств, чтобы он очистил меня от остатков воспоминаний. И пока я вдохновлена, пока я верю, что у нас с Макэйо есть счастливое будущее, я должна убеждаться в этом каждую минуту. Чтобы ни капля сомнения не пробралась в мои мысли.
Ужинали мы в уютном молчании. Было так спокойно, уютно, будто это не мы решили изменить наши судьбы всего час назад.
— Фильм или шоу? — Макэйо протер губы тканевой салфеткой, и тонкая, почти незаметная глазу ворсинка осталась на его бороде.
Моя рука пару раз дрогнула в нерешительности, но совладав с собой, я все же потянулась к его лицу. Простое движение, но сердце заходилось в бешеном темпе, заставляя мои щеки краснеть.
— Ам! — зарычал он, бросаясь на мою ладонь. Но прежде, чем понять, что это была шутка, я успела подпрыгнуть на месте.
— Дурак! — обижено завопила, чувствуя, как испуг отступает.
— Прости! — рассмеялся Мак, сгребая меня в охапку, — не думал, что я такой страшный.
Окончательно успокоившись, я наконец, вздохнула полной грудью.
— Ты не страшный, — он остановился посреди гостиной, держа меня на руках, как невесту.
— А какой? — хрипловатым голосом уточнил он, не сводя с меня глаз.
— Громкий, — нашла что ответить, понимая, что, скорее, он ждал более интимных признаний. Но я пока не была к ним готова.
— Привыкай, дорогуша! Теперь тебе придется с этим смириться! — привычно улыбнулся Мак, указывая взглядом на свой перстень, болтающийся на моем пальце.
Усадив меня на диван, он потянулся за пледом, брошенным в кресле, и положил рядом. И только когда его длинные волосы случайно коснулись моей щеки, я заметила, что они влажные.
— Когда ты успел? Ты ведь разогревал ужин? — провела по мокрым прядям, убирая их с мужского лица, — и одежда чистая…
— Детка! Ты забыла, кто здесь повелитель стихии, — выпячивая грудь вперед пробасил он, изображая важный вид.
Смотря на это ребячество, невозможно было не улыбаться. Интересно, когда-нибудь мне надоедят его шуточки?
— Когда-нибудь я научу тебя этому фокусу. Но ты так и не ответила, фильм ли шоу?
— Вина! — уверенно потребовала я.
— Напьешься и будешь приставать? — подмигнул мне, устанавливая планшет на подставку.
Он флиртовал, а я не чувствовала ни грамма неловкости. Я наблюдала за ним, его свободными и одновременно грациозными движениями, за напрягающимися мышцами, ловкими пальцами, прищуром и улыбкой. В этом не было вожделения, но мне это нравилось! Весь он мне нравился! Впрочем, так было всегда, но только сегодня я призналась в этом. Себе и ему.
— Боишься моего папочки? — поддержала шутку, чувствуя, как волнение внезапно добралось до низа живота, скручиваясь в сладкий узелок.
— Ну, скажем, убить он меня не убьет… — Макэйо наполнил бокалы, взял сразу оба в одну руку, а другой подцепил вазу с ягодами, — иначе, кто на тебе женится, моя королева-молния? А?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Первая попавшаяся под руку диванная подушка полетела в него, но Мак ловко увернулся, и даже не расплескал ни капли. Нет, я не обижалась, точно знала, что он шутит, поэтому, бой был окончен после первого же промаха.
Подав мне полный бокал, полный красного ароматного вина, он подбросил упавшую подушку, уложил ее на пол перед диваном и сел на нее так, что его лопатки касались моих согнутых колен.
— За тебя, моя королева, — протянул бокал, чтобы чокнуться.
Мы смотрели какой-то старый фильм о любви, пили вино, иногда чокались и улыбались друг другу. Я пыталась запомнить каждое мгновение этого тихого счастья, которое оказалось так близко. Мысли о Рике почти не беспокоили. Их будто стерли, и все произошедшее за последние сутки казалось чем-то неважным.
Я даже не заметила, как пальцы стали перебирать волосы Макэйо, расслабленно сидящего у моих ног. Влажные волны отражали огонь в камине, который я разожгла перед ужином, пустив разряд, а мужчина издавал тихий звуки, похожие на мурлыканье. Но в одно мгновенье мир затих.
Макэйо развернулся ко мне. Мои руки остались в его волосах и будто по инерции продолжали ласково поглаживать густые пряди, но остальное тело застыло. Лишь сердце судорожно трепетало в груди, предвкушая нечто особенное. И я уже не думала. Просто разрешила себе идти на поводу своих желаний.
Очертила морщинку, пересекающую широкий лоб, провела пальцами по густым волоскам бровей, погладила виски и, положив руки ему на скулы, медленно приблизилась, чтобы поцеловать.
Мягкие, теплые губы нежно обхватили мои, на мгновенье останавливаясь. Будто давали шанс передумать. И тогда, я пошла дальше, отрезая нам путь назад.
Глава 44
Наше первое утро началось со счастливой улыбки и спокойного принятия того, что все должно быть именно так. Тысячи крупных капель воды зависли в воздухе, подсвечиваемые золотистыми искрами моих молний. Это выглядело волшебно, и никакие лепестки роз, рисовые зерна и серебристые монетки, которыми осыпают счастливых молодоженов, не шли ни в какое сравнение с этим чудом, возникшим от нашего слияния.
Макэйо, не открывая глаз, почувствовал, что я проснулась, погладил мой живот ладонью и притянул к себе ближе, полностью оплетая мое тело собой. Затылком я чувствовала его дыхание, и было от него так уютно, что хотелось, чтобы это утро не заканчивалось никогда.
Нестерпимое желание поцеловать его, заставило повернуться в тугих объятьях, но влажный и отчего-то грустный взгляд остановил меня.
— Мак? — я невольно нахмурилась, пытаясь понять, что не так.
— М? — грустно ответил он, становясь серьезнее, и даже пальцы, поглаживающие мою поясницу, застыли.
Душа сжалась, будто это все было предвестником боли, и очередной удар судьбы разобьет мое сердце окончательно, но вдруг все стало ясно.
Мак точно так же, как и я не верил в происходящее. Так же, как и я думал, что все это могло быть мимолетным рвением, лишь бы забыться и утешиться. Но искры и капли воды, плавно танцующие под потолком, не лгут, в отличие от людей. Это наш ум может заставлять нас страдать, выбирая из бесконечных вариантов «а как будет лучше». Но душа ясно дала понять, в чем ее сила, на кого пал ее выбор.
— Как красиво! — я обвела комнату взглядом, снова восхищенно улыбаясь, — это мы с тобой. Невероятно!
— Это ты, моя Колыбель Океана. Моя жизнь. Моя душа.
Он прижал меня к груди с такой нежностью, что слезы мгновенно выступили на глазах, а невидимые крылья, которых я никогда не ощущала раньше, расправились за спиной, готовые обнять весь мир. Но прежде всего, мужчину, что сделал меня такой счастливой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Нужно сообщить отцу.
Мак сел, облокачиваясь на изголовье кровати, и уложил меня на свои колени.
— Хочу быстрее отвести тебя к алтарю, и на правах мужа увезти домой. Тебе понравится моя родина, — он гладил мои волосы, пропуская между пальцев темные пряди, и мечтательно прикрывал глаза.
