Чувствую, только этим дело не закончится! Да когда же завершится бесконечный сериал «Хождение по мукам» и настанет нормальная размеренная жизнь? Спокойная, безо всяких выкрутасов и неожиданностей! Будь проклят тот день, когда я размечталась о романтике! Дернул меня черт за язык возжелать чего-то необычного! Накаркала, ворона!
Туп-туп – бодро переставляла копыта лошадка, передвигаясь (судя по звуку) по утоптанной, но пыльной дороге.
Это меня как сейчас нужно называть? Наездница? Скорее, «навальница»… или нет, «тюковница» (вишу тюком и ни гугу).
Если я не ошиблась, то мы приближались к городским воротам. Подобный вывод я сделала на основании усилившихся звуков вокруг. Голоса спешащих в город продавцов и покупателей, скрипы средств передвижения, стук копыт животных… Все смешалось в один сплошной гул в голове, одуревшей от постоянного притока крови.
Это какая же я буду умная! Жуть! Мозг напитается кровью до отвала! Вот только если меня в ближайшее время не приведут в вертикальное состояние, то жить мне останется не так уж много…
Наконец мое непарнокопытное тормознуло. Начался диалог между моими спутниками и таможенниками. Лишенная возможности видеть, я могла только догадываться о происходящем, ловя отрывки фраз.
– Опять к нам с новым уловом? – изощрялся в остроумии обладатель густого сочного баса.
– Как обычно, – уклончиво ответил Магриэль.
– Ну тогда с вас как обычно, по золотому с носа и два за девушку, – подсчитал въездную пошлину бархатный баритон.
Мне уже пора гордиться? Все же в два раза дороже оценили…
Звук монет, передаваемых в уплату.
– Девчонка-то хоть красивая? – Это проявил любопытство бас.
– А то! – заверил его Болисиэль, понижая голос, чтобы сойти за бейона.
И тут меня шлепнули по заду. Игриво так, но чувствительно! Мало того, этот ценитель дамских прелестей забыл свою похотливую ручонку на моей выдающейся кверху части тела!
– Эх, хороша кобылка! Жалко, лица не видно, а фигурка что надо! – подписал себе смертный приговор баритон.
Я тебя найду… потом! И так отшлепаю! Я из тебя тупыми ножницами такого видного мерина сделаю! Все обзавидуются!
Выражая протест против творимого произвола, я начала извиваться, пытаясь сбросить наглую ощупывающую конечность, чем добилась нового комплимента:
– Страстная! Интересно, кому так повезет?
Интересно?! А ты меня развяжи, и я покажу тебе – кому! Наглядно, с примерами, используя учебные пособия! И еще продемонстрирую, как мальтийская болонка может мутировать в помесь кавказкой овчарки и бультерьера! С каким непередаваемым удовольствием я бы устроила здесь Варфоломеевскую ночь вкупе с Куликовской битвой, приправленную Ледовым побоищем, дополненную Полтавской битвой, отполированную Курской дугой и плавно переходящую в Войну Алой и Белой розы!
– Ты… это, прекращай товар мацать, – высказался Мыр.
И я тут же увеличила ему выигрышные очки, но от мести не отказалась. Наоборот, мысль о справедливом возмездии мучителям грела мою душу и придавала сил.
Знаете, как из благовоспитанных девушек получаются разнузданные хулиганки? Нет? Ну, это очень просто. Нужно всего-навсего переместить несчастную неприспособленную девушку в другой мир, не спросив разрешения. Там ей следует поставить кучу невыполнимых условий, лишив при этом привычных и необходимых вещей, как то: средства гигиены и косметики. Ах да, не забудьте сделать ей еще одну большую гадость: подберите ей обувь и одежду не по размеру и заставьте в этом ходить прилюдно, не давая возможности сменить нижнее белье несколько дней. А также к рецепту перевоплощения стоит добавить отвратительное питание, ночевки на голой земле, хроническое состояние стресса плюс неудобоваримые физические нагрузки, посерьезнее занятий в фитнес-клубе. И как апофеоз всему засуньте даму в мешок, перемотав веревкой для надежности, и положите в виде ковра на лошадь. Поверьте, на выходе вас будет ждать совсем не Клеопатра, отнюдь… а великолепный образчик разъяренной, прицельно плюющейся ядом рогатой гадюки, употребляющей ненормативную лексику (выученную в процессе невзгод) и распускающую конечности. Просто вы об этом можете не догадываться, так же как и мои наивные спутники, пребывающие в абсолютно благом неведении о своей дальнейшей незавидной судьбе.
Часть третья
Берегите женщин!
Иначе они будут беречь себя сами!
Мое состояние холодного бешенства достигло апогея как раз в тот незабываемый для мужчин момент, когда у них проснулись остатки нечасто используемой совести и они все же решили меня развязать.
Очутившись в вертикальном состоянии и ощутив под ногами твердую землю, я покачнулась и навела резкость налитыми кровью глазами. Эльфы благоразумно молчали, впрочем, этих скорбных умом мелкотравчатых ушастых индивидуумов уже не спасло бы никакое волшебное действие, даже немедленное предложение потерпевшей спа-салона, косметолога, массажиста и голого стриптизера до кучи. Я обвела языком пересохшие, воспаленные губы и окинула безумным взглядом присутствующих в темном закутке. После чего недолго думая раздала всем сестрам по серьгам. То есть метким ударом ноги увеличила Магриэлю размер мужского достоинства, поправила кулаком форму носа Болисиэлю и легонько проверила на прочность пресс Лелигриэля ближайшим тяжелым предметом, которым оказался дрын, так удачно валявшийся у стены дома.
Закончив расправу над эльфами, я повернулась к троллю, с нескрываемым интересом наблюдавшему за разворачивающимися военными действиями. Смерив его с головы до ног алчным взором, я перешла к решительным терактам. Немного подумав, я спружинила и подскочила, в прыжке залепив Мыру увесистую пощечину с криком:
– Это тебе, сволочь долговязая, за погибший в страшных муках женский романтизм!
Об его каменную физиомордию руку я отшибла основательно. Но это меня не остановило, впрочем, как и боль в отбитых пятках. Подув на ушибленные пальцы, я все же сумела согнуть указательный пальчик крючком и поманила тролля к себе, сияя невинной улыбкой, хитро скрывающей скрежет зубов. И этот… эта неискушенная наивняшка (чтоб его черти, как меня, сутки вниз головой трясли!) повелся, нависая надо мной массивной тушей. Тогда я осуществила второй акт мести и влепила затрещину с левой руки, сопровождая объяснениями:
– А это за все хорошее на много лет вперед! И чтоб не забывал, кто тут девушка, а кто примазывается!
Это я к чему? Совсем что-то с памятью моей стало… Ага, проверено опытным путем – от интенсивного притока крови к голове мыслительная деятельность не улучшается! Хотя… а был ли мальчик, в смысле – мозг? Брр! Это я сейчас до кощунства додумаюсь! У женщин мозги есть! Даже у блондинок! Точно знаю! Вот у меня они в данную минуту сильно болят!
– Где тут местный пятизвездочный отель? – грозно сдвинув брови, поинтересовалась я у тяжело и разнообразно ушибленной мной (а еще Богом и природой) компании.
– За углом, – проинформировал меня Мыр, потирая по очереди пострадавшие щеки и перекладывая для этого обожаемый топор из руки в руку.
– Подержать? – мило осведомилась я, от созерцания нанесенного ущерба приходя в гораздо более благодушное состояние духа.
А почему я должна страдать в одиночку? (Кто там про женское смирение вякал? – Молчать!) А как же «отмщение и аз воздам»?.. Или с волками жить – по-волчьи выть? Нет! Это уже зоофилией попахивает! Ой, я опять о чем?
– Не нать! – испуганно отшатнулся от меня тролль. – Ышшо на ногу брякнешь топор-то. С тебя станется.
– Замечательная идея! – восхитилась я его изобретательностью и довольно потерла руки. – Точно не хочешь ее в жизнь претворить?
– Если ты дашь ЕЙ в руки оружие, тогда лучше сразу нас добей, – со стоном разогнулся Магриэль. – Я не хочу долго мучиться, пока она будет рубить меня на грубые, неровные ломтики и делать орочью отбивную с кровью.
– Да, это так неэстетично! – поддакнули остальные два лопухастых.
– Из вас всех сегодня фантазия так и прет, – меланхолично высказалась я. – Наверно, магнитные бури или еще какие природные катаклизмы. Смотрите, окружающих своими выхлопами не покалечьте. У них наверняка медицинской страховки нет! – После чего развернулась на каблуках и, прихрамывая, отправилась на поиски вожделенной гостиницы, бурча себе под нос: – Если проблемы сыплются на голову, а неприятности на задницу, то как меня до сих пор не сплющило? Непонятно…
Через несколько шагов меня сзади кто-то крепко прихватил за штанину, удерживая.
Это кто там у нас такой смелый? Мало показалось? Напрашиваются на добавку, черти ушастые?
Развернувшись и нарисовав на перепачканной физиономии устрашающее выражение, я наткнулась взглядом на Моня. Зверь вопросительно уставился на меня, продолжая сжимать в лапе материю моих штанов.
– Ты тоже хочешь получить свою порцию люлей? – устало поинтересовалась я, разглядывая добровольца. Сил сражаться уже не осталось. Только чувство долга.
