глубоко вздохнул.
– Мистер Манси. Тощий мужчина в зеленом козырьке. И у него всегда есть в запасе какая-нибудь острота. – Он указал пальцем в сторону нового шкафа: – Последние два дня он сидел за своим столом в том углу.
Миссис Уильямс развела руками.
– Я не понимаю, о чем вы говорите, мистер Барлоу. Всегда были только вы, я, Рут и Хелен.
– Он сидел в углу. Вон в том углу. – Джеральд слышал, как его голос становится громче, но не сдерживался: – Говорил не так много, но когда он это делал, это была какая-нибудь шутка. Именно он показал мне, как открыть сейф.
– Вы позволили кому-то другому открыть сейф? – недоверчиво спросил мистер Браун. – Это противоречит политике банка.
В любой момент один из них мог сорваться и начать смеяться.
– Я знаю, что вы меня разыгрываете, – сказал он. – И согласен, что это забавно, но думаю, что мы выжали из ситуации столько юмора, сколько смогли. – Он оглядел банк. – Мистер Манси? Вы можете выйти из того места, где прячетесь, и сказать нам, куда положили деньги?
Обе кассирши и покупательница, пухлая пожилая дама в домашнем платье, перестали разговаривать и повернулись, чтобы посмотреть, что происходит.
Когда Джеральд не получил ответа, он обратился к молодым леди, работавшим в банке:
– Рут? Хелен? Вы помните мистера Манси, не так ли? Помощник управляющего, который сидел за столом в углу? – Он указал пальцем на картотечный шкаф.
Они обе покачали головами и сказали почти в унисон:
– Нет, сэр.
Хелен уточнила:
– Сэр, у нас нет помощника управляющего банком.
Джеральд вздохнул и скрестил руки на груди.
– Ладно, я понял. Вы все в этом замешаны. Это шутка надо мной. Я сдаюсь.
– Уверяю вас, это не повод для смеха, – в голосе мистера Брауна слышался зарождающийся гнев. – Если вы не знаете, где деньги, то это уголовное дело. И, если вы не сможете найти их, совет директоров выдвинет обвинения.
В голове Джеральда пронеслись все возможные варианты. Похоже, это не розыгрыш. Что же тогда? Возможно, это все было задумано, чтобы горожане Хейвена сплотились вокруг него, пожертвовав все свои деньги, чтобы спасти его в трудную минуту. Оттенки «Этой замечательной жизни». Он думал, что это вполне возможно. Ему оставалось только подыгрывать и погрузиться в депрессию. А затем, когда найдется чудесное решение его проблем, наступит триумфальный конец.
– Давайте пройдем через это шаг за шагом, – сказал мистер Браун. – Кроме вас, Барлоу, у кого есть код от сейфа?
– Только у мистера Барлоу есть код от сейфа, – вмешалась миссис Уильямс. Она начинала казаться менее эффективной и больше занозой в заднице.
Джеральд проигнорировал ее слова:
– Только у меня и у помощника управляющего банком, мистера Манси.
– Итак, вы дали код от сейфа этому мистеру Манси? Вы знаете, что это противоречит политике банка?
– Я не давал комбинацию мистеру Манси. Он показал ее мне. И научил меня открывать сейф. Я бы не смог сделать это без него. – Молодая пара вошла в двери банка, и муж пропустил жену вперед, в защитном жесте положив руку ей на спину. – Послушайте, мы можем обсудить это в моем кабинете? – Не дожидаясь ответа, он повернулся и покинул главный зал, сопровождаемый мистером Брауном.
Когда Джеральд увидел, что миссис Уильямс последовала за ним и теперь стоит в дверях, он обратился к ней:
– На сегодня все, миссис Уильямс.
Двое мужчин остались одни. Они сидели друг напротив друга, и их разделял только стол. Джеральд почувствовал, как его сердце замедлило бег. До этого момента он не осознавал, насколько был взбешен. Конечно, ситуация сложилась смешная, но из-за пережитых эмоций включать актерскую игру даже не пришлось.
– А теперь, – сказал он, барабаня пальцами по столу, – давайте начнем сначала. Во-первых, я могу гарантировать, что не брал эти деньги. Когда я уходил прошлой ночью, они находились в сейфе. Что происходило после этого, зависит от того, кто положил ящики обратно в сейф. – Это был мистер Манси, но повторять его имя снова казалось не самой лучшей идеей. – Я никогда не прикасался ни к какой наличности в сейфе. Я всегда хранил деньги скрепленными в пачки на полках.
– Интересно. – Его слова прозвучали так, будто он вообще не находил это интересным. – Если вы никогда к ним не прикасались, как вы готовите ящики для наличных каждое утро?
– Это делаю не я. Все уже сделано к тому времени, как я приезжаю на работу.
– Но вы занимаетесь сверкой кассовых ящиков при закрытии банка, верно?
– Нет, – признался Джеральд. – Об этом тоже заботятся. Обычно я ухожу и возвращаюсь домой до того, как ящики уже пересчитаны.
– Дайте угадаю – ящики всегда пересчитываются, а деньги убирает таинственный мистер Манси, которого никто, кроме вас, не видел?
– Все верно. – Джеральду внезапно захотелось технологий двадцать первого века. Камера слежения сейчас бы пригодилась. – Итак, вы можете видеть, что я никак не мог взять деньги.
– Я ничего не понимаю, – сказал мистер Браун. – Мне ясно только, что есть пропавшие деньги, доступ к которым имеется только у вас. И ваша неуклюжая попытка свалить вину за кражу на кого-то другого смехотворна. – Он наклонился вперед в своем кресле и указал пальцем на Джеральда: – Вы, сэр, лжец и вор.
– Я говорю правду!
– Вы можете говорить что хотите, но факт остается фактом: деньги пропали, и, как управляющий банком, вы несете за это ответственность.
– Я понимаю, что это моя ответственность, но я говорю вам, что ничего не знаю, поэтому не могу вам помочь.
– Я вернусь завтра. – Он встал. – Если денег не окажется в сейфе, мы предпримем действия. В ваших же интересах, чтобы к моему возвращению все вернулось на свои места. – Он резко вышел из кабинета, и Джеральд последовал за ним.
– Поверьте, если бы у меня были деньги, я бы их вернул.
Мистер Браун остановился и обернулся.
– Так вы уже потратили их?
– Нет, сэр. Я понятия не имею, где они находятся. В последний раз я видел их, когда мистер Манси был со мной.
– Хватит врать. Мы здесь закончили.
Что-то в этом обвинении вывело его из равновесия. Он знал, что весь этот сценарий был показухой, и все же здесь чувствовалось… что именно? Он должен был подумать, чтобы подобрать слово. Личное. Здесь было что-то личное. Он наблюдал, как мистер Браун в гневе устремился на выход и импульсивно крикнул:
– Я не лгу! – Он хотел казаться уверенным, но дрожь в голосе заставила его звучать виновато.
Дверь в банк открылась, и вошли Мэрион и Энн. Жена одарила его улыбкой, которая в обычной ситуации согрела бы сердце.
– Сюрприз! – сказала она,
