– Эй-эй! – завопил пришедший в себя дядя Вано, – а мэнэ что делать, а? Будка нэту, кружэк нэту, фонтан-шмонтан с бэсплатным пывом, пей кто хочэт и бэз денег! Вах, разорэние, убыток, – и в сердцах шмякнул кепкой о землю. Но его надрывный крик уже никто не услышал.
Мотоцикл с глухим рёвом мчался по вечернему городу. Модест избегал центральных улиц – мало того, что многие из них были закрыты для проезда частного транспорта, так ещё по праздничному времени усиленно патрулировались гаишниками. Которые всенепременно обратили бы своё милицейское внимание на троицу, нагло нарушающую правила дорожного движения: втроём на мотоцикле, причём двое без шлемов! А копни чуть поглубже – ни паспортов (кроме как у Глеба), ни водительского удостоверения, ни документов на мотоцикл. Да и вид у водителя весьма криминальный: нестриженый, в лаптях и тюремной фуфайке, на дорогущем транспортном средстве… Угон, однозначно!
Потому Модест скорость не превышал, по шумным улицам не ехал – выбирал всяческие объездные улочки-переулочки – и вёл себя словно образцово-дисциплинированный водитель. То есть как новичок, только что получивший права. А на возмущённые заявления Федула, мол, где обещанное «с ветерком» отвечал односложно, не поворачивая головы: «Выедем в магическую часть города, тогда ужо!»
Приказав бабаю остановиться у случайного продуктового магазина, Федул отобрал у Глеба последние деньги и вместе с Модестом ушёл на закупку продуктов; вернулись они быстро, донельзя чем-то довольные и с набитыми кульками-сумками, в которых подозрительно позвякивало. Что именно там позвякивало, Глеб выяснять не стал – ясен пень, не минералка! И даже не лимонад.
Покинув обычниковую часть города, Модест, как и обещал, наддал скорости: вырулив на незнакомую Глебу широкую улицу – неожиданно пустынную и без привычных светофоров на перекрёстках – мотоцикл понёсся словно в гонке на выживание, по принципу «кто до финиша целым доехал, тот и молодец!» То ли здесь, у магиков, не действовали правила дорожного движения, то ли всем на них было наплевать. Впрочем, Глеб быстро понял, что к чему, стоило лишь глянуть вверх: основное движение происходило там, в вышине.
В ночном небе, посверкивая сигнальными огоньками и светя фарами, двигался безостановочный транспортный поток. Снизу, да ещё на скорости, трудно было различить какие именно летающие устройства неслись над тихой бессветофорной улицей; неподвижно зависший чуть в сторонке от потока ярко-жёлтый цилиндр имел на дне абсолютно понятную огненную надпись «ГАИ», ну прям всё как у людей! Как у обычников.
Глеб ткнул гнома в спину рукой, указал на цилиндр – Федул посмотрел, ухмыльнулся и крикнул в ответ, перекрывая шум ветра:
– Дежурная гасилка активных изменений! За рулём-то сплошь одни колдуны-ворожеи, и все спешат, нервничают. Как нажелают друг дружке невесть чего сгоряча, как наколдуют! Сам понимаешь, очень трудно управлять помелом или какой другой леталкой в козлином обличии… гы-гы, это в лучшем случае – в козлином! Тут-то гасилка и нужна, она заколдованного назад размагичивает. За денюжки, естественно. – Посчитав ответ исчерпывающим, гном отвернулся от Глеба, оставив того в полном недоумении: а как же они, зачарованные, оплачивают ту услугу? В копыто ведь деньги не возьмёшь… «Наверное, после расколдовки платят, по утверждённому тарифу», – решил Глеб и более в небо не смотрел. А с понятным интересом поглядывал по сторонам.
Тайная, магическая часть города (о которой Глеб несколько дней тому назад вообще ведать не ведал) не слишком отличалась от привычной, обычниковой. Те же многоэтажные дома с тротуарами, те же ярко освещённые витрины и рекламные видеоэкраны вдоль дороги… Только дома были разноцветные и заметно светились в темноте над бестеневыми уличными фонарями; тротуары, покрытые кафельной плиткой, вопросов не вызывали – но лишь до тех пор, пока Глеб не увидел как впереди, по правой стороне, по тротуару пошла крупная водяная рябь и оттуда, из кафельных волн, поднялся высокий перископ: огляделся внимательно и нырнул назад. В кафель.
– Да тротуары ли это? – громко спросил сам себя Глеб. – То-то прохожих почти не видно…
– Чего? – обернувшись, крикнул гном.
– Говорю, а нафига вам улицы? – крикнул в ответ Глеб, – всё равно народ по небу летает!
– А грузовые поставки? – удивился гном. – А народные гуляния с демонстрациями? А массовые беспорядки, в конце концов, где устраивать? Нет, брателло, улицы – это важнейший элемент городской культуры! Опять же, крепко пьяных в воздух не пускают, а по улицам катайся сколько хочешь, на свой страх и риск, – Федул захлопнул забрало шлема, давая понять, что беседовать больше не намерен.
Видимо, пили здесь не так уж и сильно – встречного, а тем более попутного транспорта практически не было. Лишь иногда Глеб замечал стоявшие у тротуара блестящие, словно мокрые, машины-иномарки и, не часто, золотые и серебряные кареты с впряжёнными в них лошадьми. Или без лошадей, когда как. В основном транспорт кучковался возле многочисленных ресторанов-ресторанчиков с броскими вывесками, Глеб едва успевал читать диковинные названия: «Верные враги», «Филумана», «Шеллар и мистралиец», «Слимп», «Ёлки-палки» – надо же, известная Глебу обычниковая фирма и тут прижилась!
Судя по тому, что посетители ресторанов прибыли на колёсном наземном транспорте, останавливаться на затравочных ста граммах они не собирались. Глеб лишь порадовался тому, что их мотоциклетная экспедиция не попала под нетрезвый послересторанный разъезд.
Отдельно стоило бы сказать о рекламных видеоэкранах – ярких, объёмных, цветастых – но Глеб на те экраны старался не смотреть. Даже зажмуривался, если они случайно попадали в поле его зрения. Началось это после того, как парень загляделся на рекламу, где бойкий джинн восхвалял некий энергетический напиток – обрадованный вниманием, джинн сорвался с экрана и преследовал Глеба почти три квартала, во всю долдоня рекламный текст. А в паузах, негромко, предлагал услуги эротической фирмы «Поцелуй Шахерезады»; отстал теле-джинн лишь когда Глеб показал ему кулак. С оттопыренным средним пальцем.
Мотоцикл ехал и ехал, не снижая скорости; минут через десять дома стали пониже, а дорога поуже – мотопутешественники выехали на окраину города. Наконец исчезли и дома: асфальтированная дорога уходила в чёрную даль, прореженную нечастыми фонарями. Вдали, над дорогой, висела половинная луна, жёлтая и яркая; в лунном свете асфальтовое покрытие напоминало спокойную речную гладь. Глеб, вспомнив тротуарный перископ, с тревогой поглядывал вперёд: а вдруг они какую подземную лодку ненароком переедут? Неприятностей после не оберёшься…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
