компанией «Зауер» на базе переработанного шасси бронетранспортера. Корпус и подвеска ничем не отличаются от тех, которыми обладают другие легкие танки, башня же представляет собой вариацию французской разработки, в которой пушка закреплена неподвижно, 105-мм орудие поднимается и опускается вместе со всей башней. Что это дает? Преимущество в том, что стоящая в башне жестко пушка заряжается от сдвоенного магазина автоматически. Для обслуживания автоматического орудия хватает одного человека, благодаря чему освобождается пространство в башне, кроме того, при наличии 105-мм пушки с тяжелыми боеприпасами автоматическое заряжание облегчает боевую работу. Другой голос за 105-мм - она обладает огромной огневой мощью, хотя и устанавливается на машине, считающейся легким танком. Фактически та же пушка стоит на основном боевом французском танке АМХ-30, ее кумулятивный снаряд способен поразить 360-мм бронирование с расстояния 1000 м, а подкалиберный выстрел APFSDS при той же дистанции - даже 400-мм. Если говорить о противотанковых САУ, то эта самоходка, наверное, лучшая на сегодня.
Японцы избрали совершенно другой путь. В пятидесятые годы XX века, когда складывались японские силы самообороны, на военных Японии произвели впечатление возможности американских безоткатных орудий, продемонстрированные в ходе корейской войны 1950-1953 гг. Поскольку японцы хотели получить легкую машину, они решили, что решением может стать безоткатное орудие на танковом шасси. Причем, что особенно интересно, происходило все еще до того, как морская пехота США стала обзаводиться своими «Онто».
Результатом стало уникальное изделие, представленное в 1960 г. как самоходное орудие Тип 60. Оно являлось легко бронированной гусеничной машиной с двумя 106-мм безоткатными орудиями, установленными рядом друг с другом правее осевой линии. Справа от них возвышение корпуса, в котором располагается командирское сиденье, а также необходимые ему люк и перископы. Левее другое возвышение - место заряжающего. Передвигалась машина довольно медленно, однако она позволяла вести огонь из двух стволов, которые с помощью гидравлического подъемника поднимались на высоту около 0,6 м, оказываясь таким образом над возвышениями в корпусе. Угол горизонтальной наводки составлял 30° в ту и другую сторону от осевой. Командир, выступавший в качестве наводчика, располагал дальномером и приборами ночного видения, а к тому же еще и нацеливающей винтовкой, тогда как водитель и заряжающий отвечали за подготовку орудия к боевой работе.
Существует еще огромное множество всякого вооружения, которое владельцы его называют противотанковым, или истребителями танков, но которое на деле является тем или иным средством моторной техники, оснащенным управляемыми противотанковыми ракетами. Поскольку разговор о ракетах и реактивных снарядах пойдет у нас в другой главе, тем более что, по мнению автора, установка ПУ для противотанковой ракеты «тоу» (управляемой по проводам с применением оптических средств слежения) на джип не делает этот джип противотанковой самоходкой.
Глава пятая.
Танк против танка
Трудно представить себе танковые дуэли в Первую мировую войну Во-первых, потому что задача танков состояла в поддержке пехоты путем уничтожения всевозможных проволочных заграждений и других препятствий, преодоления противодействия засевшего в окопах врага пулеметным огнем и подавления уцелевших после артиллерийской подготовки опорных пунктов. Дальше военная мысль в ту пору не шла. Во-вторых, потому что немцы тогда почти не располагали танками, применяя те немногие, имевшиеся в их распоряжении, точно так же, как и противник. Только после войны теоретики принялись рисовать картины того, как флоты из всевозможных крейсерских танков, танков морской пехоты, артиллерийских танков и т.д. и т.п. поплывут по полям сражений, а военные пытались представить себе, что произойдет, когда все эти армады войдут между собой в боевое соприкосновение.
Тем не менее первое танковое противостояние отмечалось еще в Первую мировую - 24 апреля 1918 г. у селения Виллер-Бретонне. К тому моменту немцы собрали тринадцать танков (частью собственной постройки, частью захваченные у британцев и помеченные черными крестами) и 23 апреля развернули атаку против британских и австралийских войск с целью выхода к Амьену. На следующий день союзнические силы контратаковали при поддержке танков, и тогда три британских Мк IV встретились с тремя немецкими A7V. Стороны обменялись вы стрелами. Два британских танка получили пробоины, но продолжали бой. После того как британцы добились трех попаданий в один из немецких танков, машина остановилась, а экипаж бежал. Оставшиеся два A7V принялись откатываться, огрызаясь огнем, а британцы сосредоточились на оказании поддержки своей пехоте. Тут в бой вступил немецкий самолет и едва не поразил один Мк IV, который съехал в снарядную воронку и увяз в ней. Остальные отступили, а застрявший танк все же выполз из воронки, но его уже поджидали целые толпы немецких пехотинцев с взрывчаткой, готовые уничтожить врага. Тут произошло нечто вроде волшебства, в последнюю секунду откуда ни возьмись появились семь британских легких танков «Уиппет» и пулеметными очередями смели собиравшуюся оказать британскому экипажу «торжественную встречу» немецкую пехоту. Затем на поле выехал немецкий танк и повредил один «Уиппет», после чего стороны разошлись и бой прекратился.
По окончании войны британские и французские танки были отправлены в Россию в помощь белой гвардии, сражавшейся с большевизмом. Когда союзнические войска ушли из России, а белогвардейцы потерпели поражение, несколько танков попало в руки Советов. Танковых баталий во время гражданской войны в России не происходило, поскольку у Советов не было никаких танков, однако способность таких машин служить средством усиления для белых не осталась незамеченной красными, а потому они решили завести подобное оружие и у себя.
Очень незначительные танковые силы принимали участие в военном конфликте 1932-
1935 гг. между Боливией и Парагваем, претендовавшими на спорную приграничную область Чако. В 1933 г. пестрая коллекция британских легких танков с боливийскими экипажами попыталась поддержать пехоту, однако слабо бронированные танки в джунглях всякий раз становились в ближнем бою легкой добычей артиллерии или бронебойных пулеметных пуль. Так или иначе, на технику танкового боя события в Южной Америке практически никакого влияния не оказали.
Более серьезным дебютом бронетехники можно считать вторжение итальянцев в Абиссинию в 1935 г., где танки использовались очень интенсивно как средство нагнать страха на непривычных к таким новшествам абиссинцев, хотя и те очень скоро наловчились стрелять в смотровые щели машин. Исход войны ни у кого не вызывал сомнений, тем не менее она обошлась итальянцам дороже, чем они на то рассчитывали.
И вот, наконец, в 1936 г. настало время сыграть увертюру ко Второй мировой. Началась гражданская война в Испании, и покровители обеих сражающихся в ней сторон принялись снабжать своих подопечных танками. СССР отправил в помощь республиканцам 700 единиц легких танков Т-26 и БТ-1, тогда как Италия и Германия поставили националистам Франко
