Как в замедленной съёмке Влад смотрел, как поднимается рука вампира с длинными когтями-лезвиями. Кажется, его колесо фортуны крутануло совсем не в ту сторону, куда хотелось бы. Влад приготовился к смерти.
Но не тут-то было.
— А ну уберите от него лапы, сволочи!
Аркан XIV
Смерть
— А ну уберите от него лапы, сволочи!
Влад услышал, как Иван, стоявший на пороге, от мощного пинка отлетел в сторону, и, шмякнувшись об стену, сдавленно охнул. От неожиданности вампир, занёсший над Владом когти, на мгновение замер, и в следующую секунду сильные руки отшвырнули его на пол. И только затем Влад увидел черноволосую голову и бледное лицо Альберта.
Альберт! Мысли Влада пустились вскачь. А он-то что здесь делает? Он же должен находиться совсем на другом этаже.
Упавший на пол вампир оскалил свои змеиные клыки и с потрясающей скоростью прыгнул на брата. Завязалась драка. Не теряя времени, Влад ударил затылком в лицо державшего его парня. Тот даже не охнул, но слегка ослабил свою железную хватку, и Владу наконец удалось высвободиться. Он отпрыгнул в сторону, увернувшись от смертоносных когтей, и подобрал свой серебряный кинжал. Подходите, сволочи, теперь можно и подраться!
Вампир-полуоборотень теснил его к стене, когти-лезвия со звоном столкнулись с серебряным кинжалом. Скорость, с какой он двигался, была просто сумасшедшей. Влад сумел увернуться от очередного удара и, нападая, остриём кинжала зацепил руку противника. Из-под тёмной шерсти закапала кровь.
И внезапно со скоростью капавшей на пол крови в мозг Влада просочились слова Альберта, сказанные им ещё на пути к логову Рыжих Пауков: "У волкодлаков туго с регенерацией". Он поднял взгляд на оскалившееся неестественное лицо существа, стоявшего перед ним: и не вампира, и не оборотня. Значит, берём самое лучшее от двух видов? А что если вместе с лучшим передадутся и худшие стороны? Кажется, он нашёл их слабое место!
Вампир-оборотень зарычал и вновь бросился на него, как ракета. Влад каким-то чудом избежал когтей, чуть не снёсших ему полчерепа, и метнул свой серебряный клинок. Острое лезвие вонзилось глубоко в горло существу, и оно тяжело рухнуло на пол, захрипело, завозило руками, выдирая нож, и затихло. Влад облегчённо вздохнул и подобрал кинжал.
Вампира такая рана не убила бы. Но ракшасы, как и волкодлаки, тоже оборотни. Конечно, Влад сильно рисковал, бросая клинок, но, в конце концов, его догадка оказалась верной.
Он повернулся к Альберту, готовый прийти на помощь. Но помощь уже не требовалась. Иван, видимо, получивший очередной пинок, лежал на полу, а второй полуоборотень и Альберт сплелись друг с другом в тесном объятии. На спине у брата багровели длинные борозды, оставленные когтями, а черноволосая голова склонилась к шее противника, который уже даже не вырывался, а лишь слегка подёргивался. Через мгновение Альберт выпустил безжизненное тело и оттёр ладонью кровь с губ.
Влад перевёл взгляд на труп, упавший на пол. На шее, заросшей шерстью чуть меньше, чем остальное тело, отчётливо выделялись красные точки — следы укуса. Точно так же Альберт убил Тадеуша.
Иван закашлялся, поднимаясь на ноги. Его взгляд выражал недоумение и ужас: он никак не мог представить, что его совершенных желтоглазых творений можно вот так запросто убить. Альберт шагнул к нему, и учёный инстинктивно попятился к спине, хотя у Альберта в руках даже не было оружия. Влад не видел лица брата, лишь черноволосый затылок и напряжённую спину, но чувствовал исходившую от него такую холодную ярость, что тоже решил лучше не приближаться.
Интересно, что его так разъярило?
— Ты что-то там говорил о наказании? — никогда ещё Влад не слышал голоса Альберта настолько злым. — Знаешь что, это — мой брат, и только я имею права его наказывать!
У Влада упала челюсть. Он что, ослышался? Чтобы Альберт так злился… из-за него, Влада?! Не может такого быть!
Или всё-таки может?
Он едва успел заметить, как Альберт молниеносным движением выхватил клинок, и заорал во весь голос:
— Стой! Не убивай его!
Альберт замер. Иван тяжело дышал, боясь шевельнуться.
— Почему?
— Я хочу сначала кое-что выяснить, — Влад неуверенно шагнул к брату, опасаясь подойти слишком близко. Он вытащил из-за пояса ту самую тонкую папку, которую спрятал перед появлением Ивана. — Пусть он расскажет, что вот это такое. Здесь упоминается кровь короля Штефана.
— Ну-ка дай сюда.
Альберт пролистал папку и нахмурился. Он перевёл взгляд на Ивана, и тот побелел, крепко сжимая губы.
— Я не буду ничего говорить.
— Нет, будешь. Если не хочешь испытать парочку приятных мгновений, — Альберт почти нежно пощекотал остриём ножа кожу на его шее и провёл лезвием вниз по груди и животу. Иван вздрогнул. Его глаза чуть не вылезли из орбит от ужаса.
— Можешь пытать меня, сколько твоя гнилая душа пожелает, Чёрная Крыса, но я ничего не скажу.
— Посмотри мне в глаза, — вкрадчиво прошептал Альберт. Влад, стоявший теперь рядом с ним, увидел, как чёрная радужка вспыхивает, медленно меняя цвет на кроваво-красный.
— Нет!
— Смотри!
До Влада доходили слухи, что Альберт способен гипнотизировать других вампиров, но сам он никогда не видел подобного зрелища. И теперь он с содроганием смотрел, как постепенно ломается воля Ивана и в его глазах появляется обречённое выражение. Но к чести учёного можно сказать, что он долго сопротивлялся.
— Что за проект в этой папке? Отвечай.
— Проект по созданию совершенно нового вида вампиров, — голос Ивана звучал тускло и бесцветно, но глаза остались живыми. Они яростно сверкали из-под бровей, словно силой мысли пытаясь заставить собственный голос замолчать. — Ты представляешь, какую мощь можно получить, соединив кровь вампира с кровью колдуна или ведьмы? А что, если это будет кровь короля Штефана?
— Что ты имеешь в виду? — Владу показалось, или голос Альберта чуть дрогнул?
— Игорь недавно получил кое-что гораздо более ценное, чем ракшаса. Я имею в виду ещё не родившегося вампировича, в котором соединилась кровь ведьмы из могущественной семьи Ворон и вампира, получившего кровь короля Штефана.
Влад всегда мечтал увидеть, как маска холодной невозмутимости слетает с высокомерного лица его брата, как вечно бесстрастные глаза расширяются в немом изумлении и ужасе, а жёсткие губы начинают дрожать. И наконец-то он это увидел. Вот только он даже не подозревал, как испугает его это зрелище.
Никогда ещё Влад не видел Альберта таким беспомощным.
Впрочем, через мгновение он уже пришёл в себя. Вот только лицо застыло и стало казаться ещё бледнее, чем обычно, а кроваво-красные огоньки глаз пылали холодным пламенем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
