— Их придется брать потихоньку. Не хочется мне связываться, — сказал Игорь, — но придется. Мы должны узнать правду.
В самом-то деле ему хотелось увидеть дневники старого Роджерса. Он ужасно любил тайны, хотя никогда еще не встречался с настоящей тайной.
— А как мы с тобой договоримся?
— Ты не спи ночью, — сказал Джонни. — Я в двенадцать часов выйду в сад и прокричу, как черная жаба. Вот так: «Мы-ы-ы-ы!» И ты подойдешь к забору.
— А вдруг это буду не я? Надо пароль. Я спрошу: «Генерал Бандула?»
— Ладно, — сказал Джонни.
— Нет, еще не все. А вдруг это будешь не ты? Ты тоже должен сказать мне пароль. Например: «Матрос Исаев». Запомнил?
— Конечно. Но кто, кроме меня, может подойти к забору?
— Не знаю. Но нужна осторожность. Повтори пароль.
— Генерал Бандула.
— А отзыв?
— Матрос Исаев.
— Теперь давай как ни в чем не бывало делать ракету.
— Хорошо.
— Ты не боишься?
— Боюсь.
— Не бойся. Ничего не случится.
Они спустились в сад, где Зеленко с Мишей уже заклеили весь шар. Они даже забыли, что это не занятие для взрослых, и не пускали Наташу помогать им. Джонни и Игорь делали вид, что ничего не произошло, да, впрочем, никто и не обращал на них внимания.
Примерно через полчаса вернулся домой мистер Роджерс. Игорь хотел спросить у него про дневник, но мистер Роджерс сам подошел к забору.
— Здравствуйте, — сказал он. — Моего сына у вас нет?
— Он здесь, мы делаем ракету, — сказал Игорь.
— Ну хорошо, а то я уже волнуюсь, куда делся мой мальчик. Кстати, мистер Исаев, у меня к вам будет просьба.
— Какая? — спросил Игорь.
Он старался делать вид, что ничего не знает, но ему было очень трудно, потому что так и хотелось сказать: «Что вы нашли в мече? Признавайтесь!»
— Дорогой коллега, — сказал мистер Роджерс, — я подумываю, не заняться ли мне изучением русского языка. Это необходимо в наши дни для каждого культурного человека. Не так ли?
— Да, — согласился Игорь.
— В таком случае вы мне, без сомнения, поможете. Нет ли у вас учебника русского языка для англичан? Или у вашего уважаемого отца?
— А зачем?
— Я бы учился. Может быть, у меня появится возможность побывать когда-нибудь в вашей прекрасной стране. Я, правда, бедный человек, но не оставляю надежды съездить за границу.
«Еще притворяется!» — подумал Игорь.
— А если нет учебника, напишите на бумажке русский алфавит и у каждой буквы — ее английское произношение. Ведь у вас такой странный шрифт, он не похож на английский.
— Я постараюсь, — сказал Игорь. Он чувствовал себя разведчиком.
— Вот и отлично! Чем скорее вы это сделаете, тем скорее я усядусь за изучение русского алфавита.
«Интересно, — думал Игорь. — Ему нужен пока только алфавит. И даже не слова. Странно!»
— А вы обещали мне дать почитать дневники своего предка, — сказал Игорь, — который был начальником разведки у генерала Бандулы. Мне это тоже очень интересно.
— Разумеется, дам, — сказал мистер Роджерс и широко улыбнулся. — С удовольствием дам. Вот только они сейчас не дома. Я их послал в одно американское издательство. Как только они вернутся, вы будете первым человеком, который их прочтет. Даю вам слово.
— Спасибо, — сказал Игорь. Теперь он окончательно не сомневался, что мистер Роджерс замыслил какую-то пакость. И, конечно, он врет про дневники. Они дома, только сегодня он показывал их отцу Франциску. Игорю так и хотелось сказать: «Я все знаю», но вместо этого он сказал: — Простите, меня ждут.
И пошел обратно к Зеленке с Мишей, не оглядываясь, чтобы не видеть жалких, робких, как у Джонни, голубых глаз мистера Роджерса.
4
Тайна переводчика Роджерса
Весь вечер Игорь не находил себе места. Он даже пельменей съел только полтарелки. Мама забеспокоилась и сказала:
— Ты уж не заболел ли?
Ей вечно казалось, что Игорь вот-вот заболеет.
Вечер тянулся еле-еле. Как ни посмотришь на часы, они стоят почти на том же месте. Игорь с Зеленкой ходили в сад и пробовали зажигать лампочки. Лампочки горели очень красиво, казалось, что на дереве растут сказочные разноцветные яблоки.
Наконец наступило десять часов, и Игорь сам, без напоминания, пошел спать. Он слышал, как мама говорила отцу:
— Что-то неладно с Игорем.
— Температуры нет?
— Нет.
— Может, чуть-чуть перегрелся на солнце.
Игорь лежал, открыв глаза, и очень боялся нечаянно уснуть. Он не надеялся на Джонни. Хилый парень, робкий, может и подвести. А вдруг ему не удастся достать дневник? Или в дневнике не будет ничего интересного? Что же мистер Роджерс нашел в мече? Что-то, что написано русскими буквами, а то бы он не просил словарь у отца Франциска и алфавит — у Игоря. Наверно, Исаев написал какую-то важную записку и спрятал ее в мече.
Отец с матерью все не ложились спать. Игорь поставил будильник со светящимся циферблатом у самой кровати и часто смотрел на него. Уже без четверти одиннадцать, а они все разговаривают. Ну конечно, завтра на работу не идти.
Вот завтра Бригитта удивится, когда узнает, какие приключения он пережил! Только бы Джонни не испугался. А то начнет молиться своему богу, решит, что нельзя обманывать отца, и во всем признается. И тогда мистер Роджерс так все повернет, что Игорь окажется шпионом. Зря он не сказал сразу обо всем Евгению…
Без четверти двенадцать. За стеной все тихо. Наверно, мама с папой заснули. Игорь подождал еще несколько минут и осторожно спустил ноги с кровати. Он нащупал в темноте тапочки, зашнуровал их, надел рубашку. Без десяти двенадцать. Тихонько открыл дверь в коридор. И надо же — мама услышала.
— Ты что там? — сонным голосом спросила она.
— Мне надо, — прошептал Игорь.
— Тапочки надел?
— Надел, надел.
Теперь лестница. Надо сначала наступать на носок, а потом на пятку — так лестница меньше скрипит.
Игорь на цыпочках прошел холл. Он долго, по сантиметру, открывал дверь, чтобы она скрипом не выдала его. Дверь отодвинулась почти бесшумно. Игорь прошел вдоль стены, чтобы Аппалсвами, если не спит, не увидел его, потом осторожно скользнул за угол. Теперь он в безопасности. Еще десять шагов — и забор. Такая тишина, что, если бы у термитов были каблуки, их было бы слышно за сто метров.
Игорь ждал довольно долго. Даже ноги устали. Где-то далеко пробили часы, и сторожа начали отбивать колотушками удары. Двенадцать. Удары колотушек прокатывались по спящему городу, доносились то близко, то издалека, еле слышно. Потом опять наступила тишина. Так и есть, он не придет. Все погибло. И в тот же момент над самым ухом раздалось:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
