— А вы нагреваетесь, — ощущая как температура Грассора растет, произнесла я ошеломленно.
Скрип зубов стал неожиданным.
— Отпустите. Меня, — процедил отделяя каждое слово Вейр.
Посмотрела на его лицо. И с ужасом отскочила. Такое у него кровожадное выражение лица было. Кажется, я разозлила саламандра. Но чем? Прикосновением?
— Прошу прощения. Я не должна была дотрагиваться до вас и… — забормотала я извинения.
На меня взглянули так, что замолчала.
— Не трогай меня, — прошипел он и…
Я не поверила своим глазам! Он… брезгливо отряхнул место, где я прикасалась к нему. Обидно стало до слез!
Посмотрел на меня и скривился. А я и так еле слезы сдерживаю… Я понимаю, что он не особо имперцев любит. А ко мне похоже и вовсе испытывает только отрицательные чувства. Но… Так открыто это выражать.
— Я… я… — попыталась хоть что-то сказать. И зачем? Ему все равно. Но молчать не получалось. — Я просто хотела…
Саламандр снова скривился и с какой-то злостью зашарил по своим карманом. Через миг мне в лицо полетел платок.
— И реветь передо мной прекращай, — шагнув ближе, он склонился. Практически выдохнув мне в лицо: — Ненавижу… слезы.
Сильнее прижала к себе светло-желтого цвета платок. Меня посверлили взглядом и отступили. Грассор отвернулся и мне как-то стало сразу легче.
— Можешь не говорить про то, что ты не проникала в чужие покои. И не лазила в чужих бумагах. Не поверю.
Опустила голову. Ну да. а что я ожидала?
Но потом все же рискнула спросить.
— А ректору? Мэтру Лоизу… вы сообщите?
Саламандр заколебался и пожал плечами. И я с надеждой выдохнула, хотела еще и подойти ближе. Но вовремя одумалась.
— Пожалуйста! Не говорите!
Снова скривился. И кивнув, ушел.
Я несколько раз глубоко вздохнула. И поспешила тоже уйти. Надо успокоиться.
Не расскажет… или расскажет, я так и не поняла. Но хоть поговорила с ним. Хотя поговорила это громко сказано. Даже ничего объяснить не смогла.
Покачав головой, тоже отправилась в столовую. Выпью горячего чая.
Вейр Грассор
— Мы его не вытащим, — слова Серита до меня дошли не сразу.
С трудом перевел взгляд на друга.
— И что ты предлагаешь? — спросил я у него хрипло.
Это моя группа. Мои саламандры. Я за них отвечаю. Мы столько всего прошли вместе. А тут…
— Ведь все было нормально. Контроль он держал отлично. Почему случился неконтролируемый оборот?! В чем причина? — злился я.
Впрочем, злость больше была на себя. Что не доглядел.
Вновь посмотрел на Урэка. Сейчас узнать его в саламандре в боевой трансформации было нельзя. К тому же ребята удерживали его, прижимая к полу. Но и невооруженным взглядом было видно, что это дается им не просто.
Саламандры осторожно, но крепко прижимали Урэка к полу. Не давая ему пошевелиться. А тот рычал, пытался вырваться. Сейчас им владело только одно жедание все разрушать и крушить.
Полная потеря контроля.
— Вейр, — настойчиво позвал Серит.
— Что? — не отрывая взгляда от второго нашего огненного саламандра, спросил я глухо.
Мы оба огненные. Но совершенно разные. Впрочем, тут надо сказать, что скорее я отличаюсь от своих, чем от Урэка.
Он был абсолютно огненным. Вспыльчивый, нетерпеливый, импульсивный. Я хоть не был пай-мальчиком. Но все же контроль у меня был железный. До появления одной иссы в Академии.
Вот после ее появления, вспомнил далёкое детство, когда я себя совсем не контролировал и свою суть. Огонь удержать в рамках очень сложно. Но Грассоры, пожалуй, всегда отличались холодной головой.
— Надо звать иссу, Вейр, — твердо сказал водный.
Я тут же развернулся к нему.
— Что? — повторил я тихим рыком.
42
Как старший в группе, я был самым сильным саламандром. А значит остальные неосознанно начинали мне починяться. Не полностью. Но вот в таких случаях, не заменимо.
Огонь Урэка яростно атаковал мои руки. Но что такое огонь для огненного?
Через несколько секунд взгляд саламандра начал проясняться. Пламя стало спадать. Выдохнул. Обошлось. Мы справились.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Мы не расслаблялись. Но все равно резкий рывок Урэка стал неожиданностью.
Пламя с диким гулом рвануло от саламандра, как зверь, почуявший свободу. Яростно накидываясь на державших его друзей и меня.
Те отшатнулись, не выдержав. Моментально активируя еще дополнительные щиты. Я же еле успел поймать дернувшегося Урэка. И уже не сильно заботясь о его сохранности, припечатал к полу. Он в боевой форме, переживет.
Но тот так просто он сдаваться не собирался. Огонь еще яростнее загудел, набрасываясь на меня.
Скривившись, призвал собственный, частично трансформируясь. Рискую, но тут и так все плохо.
Если при потерявшем контроль саламандре перейти в боевую форму, то тот совсем потеряет рассудок.
Прижал Урэка к полу, захватом блокируя движения. Но тот, как змея стал извиваться, стремясь освободиться.
Ругнувшись, быстро связал его огненными веревками. Даже магические сейчас его не удержат. Закрепил, а потом еще накинул несколько от греха подальше.
Медленно встал, рассматривая получившийся огненный кокон.
— Он начал переходить в стихию, — мрачно сказал Дезир, стирая кровь в уголке рта. Значит, Урэк их все же задел.
— Плохо. Еще немного и совсем слетит с катушек. Не вернем, — также мрачно сказал Арбур.
— Нужен проводник, — гулко сказал Конр. Повернулся ко мне: — Сможешь заменить?
Покачал головой. Уже пытался. Привести его в чувство не получилось. А я все же не проводник Урэка.
— Тогда проводник, — заключил Конр.
— Исса, — произнес, рассматривая Урэка.
Надолго его огненными веревками не удержать. Уже начали потихоньку таять под напором чужого огня.
После моих слов в комнате повисло молчание. Да, исса. И в этом вся проблема.
Она не саламандра. Она даже не маг. И вообще чужая. О чем вообще думал ректор, когда соединил нашу группу с ней?
— Надо попробовать, — сказал Лард.
— Она не согласится, — сказал я хмуро.
Я был более чем уверен, что она откажется. Мало того, что опасно. Так еще и бушующее пламя вокруг Урэка заставит вспомнить о благоразумии. К тому же какой из нее проводник?
Девчонка. Метаморф. И блеклая мышь.
Так этого было мало. Она оказывается еще и шпионка. Пробралась в покои мэтра Ниирта. Специально узнал, кто там живет. И рылась в его вещах
Двуличная. Лживая.
Разве такая будет помогать? Да она…
Урэка выгнуло дугой. Он застонал и его пламя раскалилось добела.
— Он начал сливаться с огнем, — глухим голосом произнес Ровен. И отвел взгляд.
Хре-но-во.
Смотрю, как ладонь саламандра стала исчезать. И вместо нее теперь было пламя. Живое, необузданное и злое.
Это было не просто хреново. Это был конец.
Для Урэка.
Скрипнул зубами. Костяшки на кулаках побелели. А в груди начало бушевать другое, мое пламя.
Не позволю ему сдохнуть. Тем более вот так. Он мало того, что перевоплотится в живой факел, так еще и часть Академии разнесет.
Но хуже всего было то, что мы потеряем друга… товарища… брата…
А помочь ему сейчас может только одно. Точнее одна.
Исса.
Смотрю как на полу корчится друг. Ему сейчас очень плохо. Аж корежит. Можно сказать, что сейчас он по частичке лишается самого себя.
— Вейр, ты куда?
Донеслось в спину, когда я быстро покинул комнату.
— Следите за Урэком, — хрипло сказал, скрываясь за дверью.
Исса? Значит будет исса.
Я на все готов, чтобы спасти друга. И если потребуется просить шпионку, врага, чтобы она сжалилась и вернула Урэка…
Что ж… я это сделаю. И попрошу. И на колени встану. И пообещаю все, что угодно. И соглашусь на все ее требования.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Ей нужна информация? Хо-ро-шо. Будет. Нужны сведенья о саламандрах, которые знают только сами саламандры? Будут. Скажет добыть ей что-то?.. Сделаю. Своих не буду вмешивать. Сам.
