Читаем без скачивания Ангел тьмы - Тилли Бэгшоу

Однако этим утром его прославленная деловая хватка ему изменяла. Этим утром Дэвид Айшег мог думать только о прекрасном женском лице.

Они встретились два месяца назад на благотворительном балу, одном из ужасающе скучных официальных мероприятий в отеле «Оберой», где представители хедж-фонда и частные акционеры устроили аукцион всякой дряни. Ставки достигали сотен тысяч долларов. Аукцион вроде бы имел целью «собрать деньги для бездомных детей», но на деле превратился в вульгарное шоу, где богачи стремились перещеголять друг друга в присутствии любовниц. Обычно Дэвид избегал подобных мероприятий, как чумы, жертвуя деньги анонимно, банковским переводом, как всякий нормальный порядочный человек, которого совершенно не интересуют балы, на которых его открыто преследовали толпы обезумевших охотниц за деньгами. Женщины на подобных мероприятиях были хуже мужчин. Бесстыдные золотоискательницы с лицами, нашпигованными ботоксом, и полным отсутствием мозгов. Правда, они могли с другого конца комнаты унюхать, сколько у мужчины денег, как тренированные полицейские собаки мгновенно чуют спрятанные наркотики. Эти особы его откровенно пугали.

К несчастью, быть одним из самых заметных членов деловой общины Мумбаи означало, что время от времени он должен был появляться на подобных благотворительных мероприятиях. Но на этот раз Дэвид впервые был рад, что приехал.

Она сидела за угловым столиком и казалась такой же скучающей, как он сам. Это была не надменная аффектированная скука моделей, которые не отрывали глаз от Дэвида, опьяненные собственной красотой настолько, что считали всех остальных ниже себя, но искренняя, смертельная скука умного человека, вынужденного вести беседу с компанией ревущих ослов.

Одета она была просто, в прямое черное платье, явно не от модного дизайнера, но ее красота не нуждалась в украшениях. С высокими скулами, бледной кожей, умными темно-карими глазами и лицом, обрамленным черными волосами, подстриженными в стиле Клеопатры, она обладала некой духовной силой, аурой, которая притягивала Дэвида. Почувствовав его взгляд, она подняла глаза и улыбнулась.

Ее звали Сара Джейн Хьюз. Она была школьной учительницей, но работала на благотворительную организацию, помогавшую обучать детей из трущоб. Сара была ирландкой, всего на несколько лет младше Дэвида, и оказалась уморительно забавной. Пародии на инвестиционных банковских зануд за ее столиком заставляли Дэвида умирать со смеху и через несколько дней после бала, а лицо, которое невозможно было забыть, преследовало его: недаром он то и дело удирал с важных совещаний, чтобы проверить, перезвонила ли она и согласилась ли на свидание.

Она не перезвонила.

Дэвид, бывало, встречался с недотрогами, разыгрывавшими недоступность. Те, кто поумнее, понимали, что самый завидный жених в Мумбаи был также и закоренелым холостяком и терпеть не мог навязчивости. Но Сара Джейн ничего не разыгрывала. Она действительно была занята уроками, детьми, делами. И при их первой встрече понятия не имела, кто такой Дэвид, а когда узнала, не придала этому значения.

Дэвид уже понял, что влюбился. И это произошло мгновенно. Но как только Сара Джейн согласилась на свидание с ним, потребовался месяц, чтобы убедить ее, что она испытывает то же самое. Как раз когда он уже поверил, что такого с ним никогда не случится, что таблоиды правы, утверждая, что он просто не из тех, кто женится, Дэвид нашел женщину своей мечты. И был невероятно, ослепительно счастлив.

Зажужжало переговорное устройство.

— К вам посетитель, мистер Айшег. Молодая дама.

Дэвид был вне себя от радости. Сара Джейн! Они должны были увидеться только вечером! После того как она на прошлой неделе согласилась стать его женой — Дэвид хотел вместе с ней улететь в какое-то романтическое место, на остров Святого Маврикия или по крайней мере на Гоа, чтобы сделать предложение, но Сара Джейн решительно отказалась брать отпуск, так что пришлось протянуть кольцо за ужином в ресторане, — им многое нужно было обсудить. Но Дэвид сознавал, что, если свидания придется ждать еще шесть часов, он попросту не сможет работать. Как приятно, что она приехала сюда, оставив своих любимых учеников!

Но когда дверь открылась, сердце Дэвида упало. Это не Сара Джейн. Это Элизабет Камерон. Мой адвокат. Он совершенно забыл о встрече!

— Спасибо, что согласились принять меня, хотя я предупредила только сегодня утром, — улыбнулась она.

Дэвид пытался сохранять деловой вид, но на лице его было написано разочарование.

— Все в порядке, Элизабет. Чем могу быть полезен?

Элизабет была привлекательной амбициозной блондинкой. Многообещающий молодой адвокат, она знала, как важны для ее фирмы, не говоря уже о ее собственной карьере, клиенты вроде Дэвида Айшега.

Пожалуйста, Господи, не позволь ему пристрелить гонца!

— Боюсь, у меня дурные новости. Мисс Хьюз вернула документы. Без подписи.

— Вот как? — удивился Дэвид. Бумаги, о которых шла речь, были стандартным брачным контрактом. Сара Джейн хотела сочетаться браком быстро, без шума и долгих сложных приготовлений.

«Как только ты уладишь все формальности, устроим свадьбу». Это были ее доподлинные слова.

— Уверены, что она поняла содержание документов?

Элизабет неловко заерзала на стуле.

— Совершенно уверена. Она внимательно прочитала каждый. Я сама ей их вручила. Она ответила… эээ… ответила… — Она порылась в памяти в поисках подходящего слова.

Прямо… откровенно…

— Выкладывайте, девушка, — бросил Дэвид с непривычным гневом. — Что она сказала? Дословно!

Адвокат поежилась.

— Ну, если дословно… она сказала, что не выйдет за вас, будь даже вы единственным мужчиной на земле. И добавила, что я могу отдать вам обратно этот злосчастный контракт вместе вот с этим. — Протянув руку, она сунула в ладонь Дэвида изящное обручальное кольцо с безупречным бомбейским сапфиром и бриллиантами. — Если уж быть до конца честной, она предложила, чтобы вы, цитирую, «засунули кольцо и документы себе…».

— Да-да, картина ясна. — Дэвид вскочил. — Где вы в последний раз ее видели? В школе?

Элизабет мрачно кивнула.

— На вашем месте я бы туда не спешила. Она очень, оченьрассержена. Говорю это не как ваш адвокат, а как женщина. Дайте ей время остыть.

— Прекрасный совет, — кивнул Дэвид, натягивая пальто. — К сожалению, я совершенно не способен им воспользоваться. Видите ли, мисс Камерон, беда в том, что я люблю эту женщину. И если она не выйдет за меня, я выпрыгну из окна. Простите, не могу проводить вас.

Коллеги Сары Джейн впервые видели ее в таком гневе. Собственно говоря, они вообще никогда не видели ее в гневе.

Синеад, ее помощница, сказала:

— Это скорее всего недоразумение.

Рейчел, директор школы, предложила:

— Возьмите выходной, если нужно, Сара. Поезжайте и все выясните.

Но Сара не желала «брать выходной». Ей хотелось расколоть череп Дэвида ледорубом. Да, их роман был ураганным. И да, им еще многое предстоит друг о друге узнать. Но если Дэвид вообразил, что она начнет их семейную жизнь с подписания ужасной формальной бумаги, страхующей его от ее посягательств на деньги, значит, совершенно ее не знал.

Школа, где преподавала Сара Джейн, состояла из единственной комнаты и представляла собой скорее длинный сарай, стоявший в сердце трущоб Дхарави. Свыше миллиона людей жили в этой смрадной паутине переулков и убогих домишек, теснившихся на площади чуть более половины квадратной мили между Махимой на востоке Мумбаи и Сайоном на западе. Две трети населения были детьми, менее пяти процентов которых вообще не получали образования. Две сотни детей, втиснутых в школьное здание, были выбраны из тысяч. Счастливые, что оказались здесь, они старались учиться и действительно были удивительно умными и способными. Несмотря на полное отсутствие удобств и невыносимую жару, Сара Джейн и ее коллеги считали, что о такой работе можно только мечтать.

Встреча с Дэвидом ничего не изменила. Его повседневная жизнь была так же далека от ее собственной, как Северный полюс. Но именно это и любила Сара в Индии. Место крайностей, место, где их роман, возможно, мог иметь продолжение. Конечно, ей скорее всего было легче смотреть на вещи снизу вверх, чем Дэвиду, у ног которого был весь мир. Пусть он и темнокожий и одним из его имен было Радж, но, когда речь заходила о жизни и работе среди бедных и обездоленных, Сара Джейн была куда более настоящей индианкой, чем он. Дэвид всего один раз приехал в школу, и страх на его лице, пока они шли через Дхарави, немало забавлял Сару Джейн.

Это был его второй визит. Входя в битком набитый класс, он казался еще больше напуганным, чем в первый раз, хотя по совершенно другой причине.