которых нет в Скифии и Югре.
Однако, югры в Паннонии — христиане, отцы же их в Югре — идолопоклонники; венгры в Паннонии более культурны и образованы, знакомы со всеми утехами роскоши (хотя еще и не вполне расстались с дикостью), тогда как северные жители Югры еще совершенно лесные звери и ведут жалкую жизнь в том холодном краю.[297]
Запомни еще, что в тех, лежащих у Северного океана, областях Скифии нет больших горных вершин, есть лишь утесы или горы средней величины, а вовсе не исключительной и недоступной высоты, как пишут некоторые древние историки.
Лучше бы им, следуя опыту, было сказать, что югры вышли из рощ и густых лесов, а не из недоступных гор.
Письмо Матвея из Мехова к Иоанну Галлеру
Выдающегося и славного господина
Иоанна Галлера,[298] бывшего консула Краковского,
Матвей из Мехова, доктор искусств и медицины,
приветствует.
Выдающийся и трудолюбивый господин Иоанн!
Когда недавно в беседе кое у кого возникли вопросы о свойствах и соседстве северных местностей, лежащих за Сарматиями, приводились мнения и утверждения прежних историков — Геродота Галикарнасского, Солина (о достопамятностях мира), Помпония Мэлы, Плиния и других старых писателей, сообщавших об этих странах разные подробности, как будто виденные во сне, но, по правде сказать, совершенно не наблюдаемые и не находящие подтверждения в повседневном опыте.[299]
Вот почему, осведомляя тебя об этом, я хочу написать о некоторых из тех вещей коротенько в нижеследующем виде.
В северных странах и в странах, примыкающих к Северному океану, летом дни весьма долги, а ночи коротки или их вовсе нет. Солнце остается на небосводе, при закате лишь ненадолго скрывается или вовсе почти не заходит, не лишая света желающих читать или работать; чем ближе летнее солнцестояние, тем больше сияет солнце целыми днями и при том лишь оно одно, тогда как звезд не видно: они не появляются. Со дня святых Филиппа и Иакова, то есть с первого дня мая, вплоть до дня апостола Иакова в конце июля звезды не показываются. Наоборот, около времени зимнего солнцестояния царит глубокая и мрачная ночь, а дня почти не бывает. Солнце показывается едва на один час, когда не мешает облачность, и кажется, будто оно ползет по земле, не поднимаясь над нею вверх.
Вследствие этого, в тех странах около времени зимнего солнцестояния все делают при светильниках и при огне, а в христианских областях — Финляндии, Готтии и Норвегии богослужения — мессы и вечерня поют и совершают при свечах.
Отсюда — последовательный вывод: наиболее северные области — Пермь, Югра и Чиремисса, Швеция, Финляндия и Норвегия существуют под бременем сильнейших холодов: если бы люди там не спасались шубами, меховой или тепло подбитой одеждой, огнем в избах или подземных пещерах, они погибли бы от холода.
Второй вывод: в тех странах нет винограда, фиг и других деревьев, нет и вкусных плодов; ничего не приносит ни поле, ни лес, нет ни яблок, ни груш, ни прочих плодов, растущих у нас на полях и в садах.
Из вышесказанного — третий вывод: зима в тех областях нередко начинается с первого сентября и вплоть до первого мая, примерно, снега не тают.
Тебе следует также знать, что выше названные историки утверждали, будто бы в тех странах в воздухе постоянно виден летающий пух, так как, говорят они, там всегда и непрерывно падает иней и снег наподобие пуха, застилая зрение и мешая видеть вдаль. Опыт учит, что это неправда: там не всегда идет снег; не всегда, говорю я, но время от времени бывает снегопад, как и в других странах, впрочем, в сравнении с другими, там чаще.[300] Заметь тут чудо о снеге. Один старейший историк, описавший приход венгров, сообщает, что, по рассказам югров или венгров, они идя из Югры к Меотидским болотам, в пределах Белой Руссии видели ледяного идола. Этот автор утверждает, что в день Рождества христова пошел ледяной град и образовал фигуру девы, держащей младенца в венце, а затем изображение младенца стало постепенно таять и уменьшаться, пока наконец ко дню Обрезания Иисуса Христа все не растаяло. Образ девы, казалось, сделанный изо льда, местные жители пытались растопить, зажегши костры, но огонь ничего не растопил. Этот образ можно видеть в пределах области, именуемой Вятка, за Московией. Зовут его до сего дня «золотая старуха» или иначе Zlota baba, как я уже говорил при описании Сарматии. Итак, прими все это во внимание и суди сам.
Затем вышеупомянутые историки утверждают, будто в северных странах за Сарматиями и Скифией много золота и серебра, но рыть и брать его не дают гриффы. Я должен сообщить, что оба эти известия баснословны: там нет ни гриффов, ни золота да и вообще нет металлов. Можно упомянуть, пожалуй, что в Швеции когда-то была медь, но и там никогда ее не было в таком количестве и такого качества, как в Паннонии, или в верхней Германии близ Свотца (Swotz).
Далее, многие древние историки самоуверенно писали, что в тех далеких северных областях есть люди — то одноглазые, то двухголовые, есть одноногие, псоглавые, то есть с собачьими головами, есть такие, что превращаются в волков. Все это, при проверке на опыте, оказывается вымыслом и баснями.[301]
Не могу, однако, обойти молчанием, кое-чего, что по правде можно сказать об этих областях. Знай, что в тех областях весьма часты покушения злых духов. Так пишет Гали Родгам ко 2 книге четырехкнижия Птолемея.[302] То же утверждает Согласитель в 67 Различии. О том же говорит и повседневный опыт. Вот слова Гали Родгам: «Гермес сказал в 51° широты, что на крайнем севере и юге пребывают злые духи, диаволы и чудовища, обижающие людей». И ниже: «И входят в них другие, им подобные, как духи Корасмина и иные — из тех, что пребывают под семью звездами, называемыми колесницей». Так говорит Гали Родгам.
Затем, основываясь на опыте, во-первых, прими во внимание следующее: в странах, расположенных у Северного океана, слышатся крики, пугающие проходящих путешественников, особенно к заходу солнца и на закате, а больше около рощ, лесов и озер, среди холмов и в лесах. В христианских странах, Норвегии, Швеции и Финляндии, люди защищаются, делая перед собой крестное знамение, и тут голоса демонов удаляются; при втором крестном знамении крики становятся еще отдаленнее и тише, а при третьем и четвертом — голоса и крики слышатся уже совсем вдали и, постепенно слабея, прекращаются.
