Ну Хоа, ну и хитрован! Бывший подавальщик оказался полон сюрпризов. И все же с ним надо поговорить.
Мальчик нашелся у выхода из пещеры, он с грустью смотрел на скучную серую равнину и тяжело вздыхал. Я присела рядом.
– Ты это… извини, пожалуйста.
– Считаешь, что я смешон? Что я её недостоин? Но я все равно не отступлюсь! – упрямо сжав губы, сказал Хоа.
– Не отступайся. И я не считаю, что ты недостоин. Каждый человек делает себя сам.
– Но ты же хохотала! – обвиняюще бросил он.
Так, надо придумать какую-то другую причину, чтобы не обидеть. О, точно!
– Да, хохотала. Но ты великий ловелас! Как ловко все провернул, хитрюга! Вызнал у меня про её магию и так уверенно «заливал», что я бы сама подумала, что ты маг. А твой мурчащий голос, а? Сколько комплиментов. Даже взрослые люди стесняются, а ты как затарахтел, не уймешь, – хихикнула я, дружески пихнув его в плечо. – Ну-ка признавайся, где научился?
– Это от папы, – немного застеснялся подросток, – он рассказал. Дедушка хотел, чтобы мама поехала в школу магии, но папа…
– Соблазнил и переубедил, – продолжила я, вспомнив, что Хоа уже говорил об этом. – Оказывается, у тебя наследственное донжуанство.
– Чего?
– Был такой персонаж, Дон Жуан, он соблазнял девушек и дам, а потом спасался от их мужей и отцов. Вот я думаю, скольких еще…
– Я не такой! – оскорбленно перебил подросток. – Других мне не надо! Ниилит особенная. Она замечательная.
– Тут я с тобой не спорю, но понимаешь… – я постаралась подобрать слова, – рано или поздно она узнает о том, сколько тебе лет, и, скорее всего, сочтет себя обманутой, хотя ни слова неправды ты не сказал.
– Я подумал, что… – Хоа нахмурился и вздохнул. – Мы же с ней еще долго не увидимся. Я поступлю в школу магии в каком-нибудь другом городке, не в Парагосе, и когда выучусь, два с половиной года разницы не будут иметь такого большого значения.
Два с половиной года? А, ну да. Хоа говорил, что в школу принимают в четырнадцать-пятнадцать лет, обучение длится три года. Ниилит обмолвилась о том, что почти доучилась, значит, ей сейчас где-то семнадцать-восемнадцать, моему же герою-любовнику почти пятнадцать. Действительно, не такая уж большая разница, если так посмотреть. Особенно для магов.
– Вот я и решил сейчас произвести на неё впечатление, – продолжил Хоа. – Можно письма друг другу писать, пока я буду учиться. Вдруг она меня дождется? Как считаешь?
Он посмотрел на меня взглядом, в котором смешались отчаянная надежда и неуверенность, и я осознала, что Хоа влюблен. Влюблен той первой, особой любовью, которая запоминается на всю жизнь. И я понимала, что мои следующие слова разрушат план подростка:
– Может получиться так, что вы с Ниилит встретитесь гораздо раньше. В этих горах недалеко отсюда есть стационарный телепорт. Координаты мне дали, надо только его найти и, возможно, починить. Если получится, то вскоре мы сможем оказаться рядом со столицей. Второй стационарный телепорт находится близ Парагоса, в каком-то старом монастыре. Меня уверили, что монахи вовремя активируют артефакт и примут нас благожелательно. Возможно даже предоставят убежище Ниилит и Тайяне.
– Это же замечательно! Спрятавшись в монастыре, они будут в безопасности! Никакой Исхрем до них не доберется. А ты уверена, что монахи помогут?
– Не знаю, – пожала плечами я, про себя отмечая, что Хоа подумал в первую очередь о безопасности сестер, а не о крахе собственного плана с соблазнением.
Это внушало уважение.
– Ты считаешь, если Ниилит меня увидит, то разочаруется?
– В первую очередь она почувствует себя обманутой.
Хоа замолчал. Я давала ему время самостоятельно принять решение.
– А ты точно уверена, что починишь телепорт? – уточнил он.
– Нет. Но приложу все силы. Скорее всего, Исхрем, не найдя Ниилит самостоятельно, объявит девушку в розыск. Возможно, назовет преступницей. Если монастырь предоставит ей защиту, то она будет в безопасности. Если не предоставит, то, может быть, монахи что-нибудь посоветуют.
– Понятно. Ты хочешь, чтобы я ей признался?
– Это твое решение, Хоа.
– Пока не могу, – хмуро объявил он. – Но если ты починишь телепорт, клянусь, что расскажу ей правду.
– Хорошо, пойдем поговорим с Ниилит. Она, скорее всего, волнуется, потому что связь оборвалась слишком резко.
Я оказалась права: девушка явно переживала, но мне удалось её успокоить. Ниилит рассказала о том, что им помог дедушка-сторож, который не только охранял склад в подвале здания, но и выполнял обязанности кладовщика. Здесь хранились товары ближайших магазинов, и предприимчивый дедок отгородил часть склада и сделал себе жилище.
Сомневаюсь, конечно, что он не нарушил всяческих санитарных норм и предписаний, но, полагаю, владельцы закрывали на это глаза. Старичок предоставил сестрам комнату, не взяв плату, однако поставил условие изготовить несколько артефактов. Собственно, Ниилит как раз выполняла задание сторожа: делала простой осветительный артефакт. Простой. В этот момент я еще раз почувствовала себя неумехой.
