— Я в курсе, — отрезал Романов и повернулся. — Эй ты, как там тебя? Отдай мне букет. Мне нужнее.
Отобрал цветы у молодого турсулунца, Судья принялся их поедать по одному.
— Никак не могу удержаться, чтобы не сожрать молодой вкусный цветок. В моём почтенном возрасте вкус молодости особенно хорош. Вчера, значит, прикончили лидера Банка, главного военного и генерала Гвардии?
— Верно. Вы хорошо осведомлены, Верхов…
— А ты в курсе, что один из них выходец из Корпорации?
— Верно, Лукаш Сикора, глава проекта…
— Элизиум, — Романов оторвал ещё один цветок.
— Он получил большие бонусы от империи, когда передал им систему Тёмный…
— Да, отличные бонусы, пригодятся ему на том свете. Это несущественно, — заявил Судья. — Существенно другое. Завтра убийца придёт за мной.
— А почему вы уверены…
— Почему я уверен? — фыркнул Судья. — Я старше тебя, Брейлинг, я старше, чем сами звёзды. Если я что-то утверждаю, то это не просто так. Я могу себе позволить обдумывать мысль годами перед тем, как скажу её. Крест — это вызов Балябину, огромная мишень на моём панцире, что вот он я, Тиберий Романов, прибыл к тебе и жду. Балябин знает о Кресте и принял вызов. Это старое соперничество и о нём тебе знать не нужно. Ты понимаешь, как Балябин связывается со своим агентом?
— Нет.
— Да, действительно, в Квистуре работают лучшие, — Судья покачал головой. — Ты хоть знаешь, где сейчас Балябин?
— Нет, но…
— Балябин здесь, на этой планете, потому что его передатчик, который вшит ему в голову, имеет ограниченное действие. Такой же передатчик есть у убийцы. Балябин просто снится тому парню и говорит, что нужно делать. Но это не сон, это нечто другое. Когда я завтра раздавлю башку убийцы, мы найдём чип, и ты должна будешь вычислить, где скрывается Максим Балябин и найти его. Потому что тот передатчик несовместим с мозгом рептилии. И не бойся, ты не умрёшь от этого, я тебе обещаю.
— А что это за передатчик? Секретная технология Корпорации?
— Нет, Балябин смог восстановить кое-что из записей Мартиров. Он разбирается в изобретениях Мартиров не хуже меня и умеет поставить их себе на службу. Ты удивишься, когда узнаешь, сколько из привычных тебе вещей сделано Мартирами. Но об этом потом, когда я покончу с убийцей и самим Балябиным.
— Значит, завтра вы хотите драться? — спросила Петра. — Это может быть опасно…
— А что, Убийца — турсулунец весом в несколько тонн? — Судья доел цветы и начал обгрызать стебли. — Но согласен, что он опасен. Только в этот раз всё будет иначе.
— В этот раз? — удивилась Брейлинг. — А вы уже…
— Неважно. Важны замыслы Балябина, а их ограничивает только одно — то, что я жив. И завтра они окончательно разрушатся.
— И в чём его замыслы?
— Не забивай этим голову, — ответил Романов. — Это может понять только тот, кто живёт так же долго, как сам Балябин.
Кейт Адалет
Для временной резиденции Судьи выбрали здание старого корпуса Императорской Академии Наземной Боевой Техники. Строение было не только красивым и ухоженным, но большим и крепким, способным выдержать немалый вес Верховного Судьи. Это неудивительно, во многих аудиториях когда-то стояли настоящие танки и артиллерийские установки.
За высокими стенами можно было не бояться снайперов, а городок за ними эвакуировали на эти три дня. Вместе с жителями перевезли даже домашних животных, а крыс и вененатов спешно травили. Сейчас там ни души, а за городом следят за спутников. Но нет никого из охраны, потому что Верховный Судья собирается иногда гулять по городу, несмотря на все предостережения.
Пока Турсулунцы обживали здание и очень придирчиво осматривали клумбы с цветами, Тиберий Романов выбрал себе место на заднем дворике, где грелся на осеннем солнце, благо сейчас были последние дни тёплой погоды в этом году, и не обращал ни на кого внимания. Саммит назначили на послезавтра, якобы, чтобы Верховный Судья акклиматизировался и отдохнул от утомительного полёта, но не похоже, что Большая Черепаха испытывает хоть какое-то неудобство.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Значит, вы хороший стрелок. — спросил он, когда Кейт прошла мимо.
— Не самый плохой, — ответила она.
— Да ладно скромничать, — Судья зевнул, раскрывая устрашающую металлическую челюсть. — Я видел ваш послужной список, поэтому и утвердил вас на должность своего временного сопровождающего. У меня слабость к людям-воинам. Но это я так, поддержать разговор. Если у вас есть время, разумеется.
— Конечно, господин Верховный Судья.
— Зови меня просто, Ваше Превосходительство Тиберий, — Романов зевнул ещё раз. — Шучу. У вас есть дети?
— Нет.
— Значит, у вас есть кот. Ладно, не обращайте внимания. Даже завидую. Я вот сбился со счёта, сколько у меня детей, но никак не меньше десяти миллионов. Большинство из них даже не знаю. Хотя нет, вон Донни — хороший парень. Привет, Донни!
Тиберий помахал рукой, но турсулунца-садовника, ухаживающего за цветами, это не обрадовало:
— Я Ральфи! — ответил он и с возмущением бросил маленькие грабли на землю. — Всегда нас путаешь.
— А где тогда Донни? — Романов посмотрел по сторонам. — Ладно, хрен с ним. Я к чему я вёл разговор… хочу сказать про убийцу. Вам это может помочь, я кое-что о нём знаю. Кстати, это же он убил одного из моих предшественников, Гобитрауда, мерзкая тварь, если между нами. Тогда он, имею в виду убийца, считал, что делает плохие вещи ради своей семьи, такое у него было оправдание для себя. Его оно не устраивало, но сейчас… сейчас он мотивирован намного лучше. Он мститель, а Балябин этим пользуется. Убийца пойдёт на что угодно, чтобы отомстить, хоть и устал от этого, а заодно уничтожит всех, кто стоит на пути… даже если это такой огромный сукин сын, как я. Но знаете в чём ваша проблема, люди?
— В чём?
— Вот вы говорите, что вы эмпаты, но вы никогда не хотите вставать на сторону других людей. Странно, даже я, со своим имплантированным блоком эмоций, могу поставить себя на его место. Но вы нет, вас интересуют только вы сами. Балябин этим воспользовался, но вы, полиция, не сможете найти убийцу. Для вас он — безумец, который почти одолел Империю. Но если бы встали на его место, вы бы уже его схватили.
Тиберий Романов перевернулся под солнце другим боком.
— Хотя это опасный поворот, — сказал он. — Вы бы могли встать на его сторону, а это бы сделало ситуацию ещё хуже.
Он вытянул длинную шею и закрыл глаза. Кейт немного постояла рядом, но кажется, что Судья уснул. Адалет тихо отошла подальше. Турсулунцы готовили какой-то пункт наблюдения, расставляя оборудование под навесом. Увидев Кейт, они все замерли.
— Здрасьте, — сказал один.
— Здравствуйте, — ответила Кейт.
— Вы что-нибудь хотите? — предложила другая черепаха, настраивающая мониторы. — Что вам принести…
— Ничего, спасибо…
— А не желаете ли горячего секса? — турсулунец с повязкой на голове вытянул шею.
— Что, простите?
Турсулунец в броне залепил черепахе с повязкой затрещину.
— Идиот! Не секса, а кофе. Предложи сначала даме горячего кофе.
— Но я думал, теплокровные любят секс больше, чем кофе, — оправдывался турсулунец с повязкой.
— Дважды идиот. Сначала предлагаешь кофе, а потом, если кофе понравился, можешь предложить ей секс.
— Вы два идиота, — заявил турсулунец с двойным визором на правом глазу. — Люди не в восторге от идеи межвидовых связей, они в принципе неспособны это рассматривать, за исключением отдельных случаев сексуальной девиации. Никакого секса, и даже намёков о нём. — Он повернулся к Кейт. — Извините этих болванов, они впервые видят людей. Я доктор Драгомир, специалист по человеческой психологии. Не желаете ли чая? Мы привезли с собой нашего чая, крепкий, но он совместим с вашей физиологией на сто процентов. Заварить?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Кейт хотела отказаться, но турсулунцы смотрели на неё настолько просящими глазами, что она не выдержала.
— Буду благодарна.
